Лина Шир – Не верь мне (страница 20)

Сажусь в машину. Нужно ехать, а я внезапно вспоминаю, как была напугана Дина в тот момент, когда за нами гнались. Это безумие... Может быть кольцо так действует на меня? Снимаю его и бросаю на приборную панель, следом кидаю туда телефон и завожу машину, направляясь в сторону клуба, где обычно проводит время Камал. Зная его, он и вовсе не выходил бы оттуда. Любитель алкоголя, легкодоступных девчонок и денег. Точно такой же, каким может быть каждый мужчина, но Камалу позволяют намного больше. И как оказалось – никто не собирается ему запрещать нарушения, которые периодически замечаются.

Безумство.

С каких пор я стал блюстителем закона? Нет, я ни в коем случае не собираюсь носиться со сводом законов и каждого тыкать в него носом, но уточнить следует. Если Камал не хочет проблем, а хочет дальнейшее сотрудничество в рамках добросовестности, то пусть помалкивает.

За время, которое я провожу в пути от офиса до клуба все же немного успокаиваю нахлынувшие эмоции.

Ставлю машину и направляюсь ко входу. Знаю же, что Камал должен быть где-то в клубе. Но где? Днём в таких заведениях делать особо нечего. Только пить, да болтать по душам с барменом. Но стоит мне подойти к дверям, как двое хамоватый охранников, которые судя по всему являются пешками Камала, преграждают путь.

— Вход закрыт. — Цедит один сквозь зубы.

— Для меня двери всех клубов всегда открыты.

— Приказ не пускать.

— Ах вон оно что... — уходить ни с чем не в моих правилах, поэтому приходится пренебрегать законом и найти в карманах хотя бы парочку крупных купюр.

— Только держи язык за зубами. — Вновь цедит громила, забирая деньги и пропуская меня в клуб.

Отлично.

Музыка играет негромко, отчего я могу слышать голоса, доносящиеся из vip-зала. Камал кому-то слезно что-то объясняет, и я бы удивился, если бы то был кто-то из уважаемых людей, а не обычная полуголая девка, каких в его окружении тьма.

— О, дружище, как поживаешь? — я вхожу, стараясь не потерять дружественного настроя, но девка, слушающая Камала сразу же хватается за пистолет и направляет его в мою сторону.

— Ну же, зайчик, сделай шаг, и я прострелю тебе третий глаз! — хихикает она, на что тот ухмыляется и делает пару шагов к ней, пьяно пошатываясь.

— Успокой ее. Я пришел поговорить.

— Нам не о чем говорить! — резко отзывается Камал, потирая нос. — Твоя новая телка – прокурор. А я дела привык решать по «нашим» законам, а не по законам, которые предлагают легалы.

— Никто и не собирается решать дела так, как будет неудобно. Я всегда ценил комфорт. Тебе ли этого не знать. Мне нужна кое-какая инфа. — Говорю я, всё ещё находясь под прицелом пистолета.

Не уверен, что он заряжен, но все же рисковать и проверять на себе не собираюсь.

— Инфа? Давид свой пост потерял? Да свали ты уже! — хмурится он, выхватывая в девки пистолет и толкая ее в плечо. — Выпьешь со мной, Арс?

— Я бы с радостью, но я сегодня сам за рулём. Не могу, но могу составить тебе компанию. Так что по информации? Поможешь?

— А что надо? — Камал разваливается на диванчике и вновь требует от девки, чтобы она оставила нас.

Когда в зале остаёмся только мы с Камалом, я наконец-то могу прижать его к стенке. Вот только получу информацию, а после он может делать все что захочет.

— Надо найти тех, кто напал на меня. Они явно не из наших парней. Слишком много несовпадений, а потому советую проверить Антипьева. Вдруг этот старый козел решил поиграть со мной и нанял кого-нибудь.

— Связаться с Антипьевым? Ты хочешь, чтобы меня закопали где-нибудь на пустыре? Нет. Исключено.

— Плачу любые деньги. К тому же, у тебя есть привилегия. Если вдруг тебя загребут, то моя жена – прокурор – не будет сильно на тебя давить. Это я тебе обещаю.

— Твоя жена – дочь Антипьева! Забыл? — Камал вскакивает на ноги и указывает в сторону выхода. — Откуда мне знать, что ты сейчас пришел не просить о чем-либо, а лишь для прослушки. На тебе жучок?

— Ты боевиков пересмотрел? Давид должен был посвятить тебя в наши планы. Моя жена скоро самостоятельно отправит обвинение Антипьеву. Будь уверен, скоро это дело прогремит на весь город! — говорю я, зная, что рано или поздно мне удастся убедить Дину в том, что ее отец настоящий преступник. — Мы все желаем одного – избавиться от этого козла. Верно? И если мы будем действовать вместе, то рано или поздно все получится!

— Я тебе не верю, но попробовать, думаю, стоит.

— Отлично, тогда найти всех, кто был в ту ночь в моей квартире!

— Ладно, но, знай, просто бабками ты не отделаешься!

— В плане? — это меня настораживает. Камал тот ещё ублюдок, с которыми нельзя заключать сделки вслепую.

— Я хочу твою жену... на разок.

Я никогда не чувствовал ярость настолько, насколько испытал в этот момент. Не понимаю, как не убил Камала, но опомнился, когда двое громил вышвырнули меня из клуба прямиком на асфальт. Кажется, я где-то свернул не туда. Я почти добился того за чем шел, но лишь одна фраза все испортила... Одна фраза, и ярость затмила мой разум. Я обезумел...

24

Дина

Рабочий день выжал из меня все соки, а предстоящий семейный ужин, дату которого я по-прежнему не знаю, буквально добивает. Я не могу думать ни о чем, кроме ужина, на котором нельзя не появиться. Страшно ли мне? Нет. Это не страх. Это осторожность. Я знаю, что за каждое неправильное или неправильно понятое слово отец будет цепляться, а теперь после ситуации с моим обвинением, пусть и ложным, он будет рвать меня. На куски. Рвать, чтобы доказать собственную правоту. Собственное мнение, которое, как он привык считать, всегда самое правильное.

Пройдя по коридору и выйдя из здания прокуратуры, я сразу же вижу Арса. Он стоит у машину, подставляя лицо под лучи солнца, прикрыв глаза. Выглядит немного взвинченно, возможно, даже потрепано. Не знаю чем он занимается понимо того, что контролирует меня, но плевать. Теперь все, что касается моей жизни идёт не в том направлении, а значит, что на все можно не обращать внимание. Плевать на все. Пусть идёт, как идёт. Хуже или лучше уже не будет. Я в подвешенном состоянии, словно марионетка. Моя жизнь зависит не от меня, а от людей, которые мной управляют.

Обидно.

Прохожу мимо Арса, сразу же сажусь в машину и пристегиваюсь. Не могу ничего поделать с излишней раздражительностью. Могла бы выпить, но это опять же нарушает мои принципы, и если я это сделаю, то не смогу сказать, что я это я. Дина Антипьева никогда не решала собственные проблемы таким образом, но Дина Валиева, которой не существует и никогда не существовала – живёт по собственным, выдуманным правилам.

— Плохой день на работе? — раздается голос Арслана, но я не отвечаю.

Не хочу.

Он уже достал!

Мало того, что он везде и всюду меня контролирует, так ещё и теперь, когда видит, что я в убитом состоянии, пытается сделать только хуже. Мне не нужны разговоры с ним. Мы не муж и жена, мы даже не друзья, так почему же он никак не отстанет? Что он задумал? Я не доверяю ему. Я ему не верю! Он сам говорил не верить ему, и это единственное правило, которому я придерживаюсь не потому что этого хочет Арс, а потому что я никому не доверяю.

— Не хочешь со мной говорить? — вновь спрашивает он, и я не понимаю, как до сих пор сдерживаюсь. — Хорошо, тогда я включу музыку. Не хочу ехать под твое недовольное сопение!

Он тянет руку к автомагнитоле, и я замечаю, что костяшки его пальцев разбиты в кровь. Уж точно ничего хорошего у него не было, что означает – его день был точно таким же отвратительным, как и мой. Так может быть стоит немного развеяться?

— Поехали на набережную! — говорю я, а сама не понимаю откуда у меня появилось это желание. Слишком внезапное.

— Как скажешь!

Мы едем в сторону набережной, и я наконец-то выдыхаю с неким облегчением. Впервые за день стараюсь не думать о предстоящем ужине. Семейном ужине. Может быть стоит попросить Арса поехать со мной? Нет. Вряд ли он чем-то поможет, наоборот, только сделает все хуже. У нас с отцом всегда были, есть и будут сложные отношения, и как бы то ни было никто не сумеет это изменить.

Люди.

Их много, и они тоже, наверняка, после тяжёлого рабочего дня решили отдохнуть и поесть на свежем воздухе. Не знаю, как Арс, но я безумно проголодалась. Настолько, что готова съесть даже уличный пирожок или что-нибудь сытное.

— Здесь сегодня не протолкнуться! Удивительное место, да? — говорит Арслан, но я только лишь делаю вид, что веду с ним разговор, на деле же, я не знаю, как себя вести с ним, после того, как отказала в помощи.

— Да... Место, и правда, отличное. Прогуляемся? Нет, если ты вдруг устал или же не в настроении, то можешь меня оставить, я и сама не прочь провести время здесь.