Лина Коваль – Заберу твою боль (страница 8)

– Терпи давай, – Стас усмехается позади. – Еще парочку. Ты ведь не слабачка какая-нибудь.

– Не могу… – взвываю.

– Мы могли бы заниматься любовью, но ты сама выбрала спорт, – он говорит философски.

– Какой ты дурак, – смеюсь и с трудом выжимаю из себя еще два раза. – А ну-ка помоги мне.

Стас подходит спереди и, обняв одной рукой меня под ягодицами, снимает с турника. Я вцепляюсь в каменные плечи и заглядываю в светлые, чуть насмешливые глаза. От сильного мужского тела идет жар.

– А теперь отпусти меня, – неловко смеюсь.

– Я всю неделю ждал, когда тебя пощупаю, – еще сильнее сжимает руку. – Потерпишь.

– Боже, какой ты мужлан, а еще разведчик. Серьезности ни грамма. Все такой же качок, которого я встретила шесть лет назад.

Несколько смущаюсь от непонятных ощущений: одновременно какого-то чисто женского удовольствия до легкой боли.

Со Стасом мы познакомились, когда я встречалась с Ренатом. Также на спортивной площадке во дворе их дома, так как они были соседями. Потом оказалось, что мы учимся на одном факультете, завязалась легкая дружба, порой переходящая в флирт. Возможно, все это переросло бы во что-то большее, но когда-то я дала обещание, что у нас ничего не будет, а свои обещания я привыкла исполнять. Всегда-всегда.

Стас двигается по кругу.

Запрокинув голову, наслаждаюсь тем, как легкий, осенний ветер кружит голову, а потом все же выбираюсь из крепкого захвата и поспешно надеваю олимпийку.

– Так все-таки? – Стас косится на Всеволода и Алексея. – К тебе их отец приставил?

– Нет, – мотаю головой и еще раз непонимающе смотрю на друга.

Зачесанные назад, светлые волосы, немного влажные от тренировки. Это удивительным образом подсвечивает объемные, грубоватые скулы на широком лице.

– Ты правда ничего не знаешь? – интересуюсь чуть тише.

– Нет. А что я должен знать?

– Да так, – пожимаю плечами.

Стас поступил на службу в Управление сразу после окончания учебы в МГУ, но работает в научно-техническом отделе, занимающимся защитой информации и спецсвязью, поэтому вполне возможно: об отце он ничего не знает.

– У тебя какие-то проблемы, Эмилия? Кто-то обижает? – его взгляд становится жестким, цепким.

– Нет, блин. Я сама кого хочешь обижу, – беру его под руку.

– Это точно, Пенелопа, – он трудно вздыхает и называет меня старым прозвищем.

Мы уже подходим к моему дому – новенькому, жилому комплексу, где я арендую огромную квартиру в двести квадратных метров.

– Почему ты мне не сказал, что Ренат вернулся? – все-таки решаюсь спросить, открывая калитку электронным ключом.

– А почему я должен был сказать? – Стас придерживает дверь.

– Я думала, мы друзья?..

– Мы не друзья, Эмилия, – произносит он спокойно.

– А кто же?

– Я подкатываю к тебе яйца и жду, когда ты поймешь, что мы созданы друг для друга.

– Ах, вот как, – смущаюсь. – А я надеялась на дружбу.

– Дружба в нашем случае, как безалкогольное пиво. Вкус вроде тот же, а вообще – ни о чем.

– Ну хватит, – хихикаю. – Я скоро замуж выхожу.

– Никогда бы не подумал, что буду завидовать задроту-юристу.

– Эй, это обидно звучит. Глеб не задрот. Он умный, понимающий и добрый. Если ты будешь его обижать и говорить о нем в подобном ключе, мне придется отменить наши понедельники.

– Ладно-ладно. Никто его не трогал, Эми. Поворчать нельзя.

– Поворчать можно, просто не на тему Глеба, – я умиротворенно вздыхаю.

– Если серьезно, то говорить про Аскерова специально не стал. Во-первых, ходят слухи, что он в любое время может вернуться обратно туда, где был. Во-вторых, что-то тут нечисто…

– Что ты имеешь в виду?

– Из таких командировок так быстро не возвращаются. Еще и звание дали. Очередное, но все же…

– Чисто из любопытства, – сразу предупреждаю. – Ты можешь навести справки, зачем он вернулся?..

– Теоретически могу. Земля слухами полнится, – утвердительно кивает Стас. – Только если поцелуешь, – пальцем указывает на щеку.

– Да легко, – смеюсь и, приподнявшись, быстро целую.

Глава 6. Когда прошлое стучится в двери

Уже к концу недели слабость, беспокоившая меня еще до концерта, но на которую в связи с загруженностью приходилось не обращать внимание, возвращается вместе с легким недомоганием и кашлем.

Организм будто расслабляется и… окончательно сдается.

Глеб настаивает на полном обследовании, которое я прохожу по совету Анны Константиновны – в Кремлевской больнице. Во-первых, там работают отличные специалисты, моя будущая свекровь им точно доверяет, а во-вторых, информация из подобного рода учреждения вряд ли попадет в различные интернет-паблики, что так любят трясти грязным бельем.

На голосовые связки болезнь тоже влияет: в горле постоянные ощущения скованности и першения. Все запланированные мероприятия и концерты приходится отменить, у Искры, в связи с этим, появляется много хлопот.

А еще подруга сильно за меня беспокоится, потому что два года назад после такой же рядовой ОРВИ, а вернее, ее осложнений, талантливой выпускнице Гнесинки пришлось закончить едва начавшуюся карьеру.

Это было очень тяжелое время для нас, ставшее неожиданной проверкой.

Отрицание, гнев, депрессия – все эти этапы мы прошли вместе, пока не наступило принятие. Чтобы чем-то заняться, Искра начала работать со мной и за это время зарекомендовала себя как лучший концертный директор и организатор.

– Мне грустно, потому что у меня не будет работы до конца следующей недели, – говорю я, размазывая кашу по тарелке. – Искра обо всем договорилась.

– Твоя Искра – молодец, – холодно произносит Глеб, завязывая темно-синий галстук. – Ты можешь спокойно заняться свадьбой, – глядя на меня, смягчается. – Мама могла бы тебе помочь выбрать все необходимое.

– Да… я знаю… – вздыхаю, чувствуя новый прилив кашля.

Овсянка становится противна до тошноты.

Чтобы отвлечься. осматриваю свою просторную кухню с высокими окнами и белоснежными фасадами гарнитура. В квартире целых пять комнат плюс огромная, светлая гостиная, но здесь я люблю находиться больше всего.

– Реши уже с датой, Эмилия, – Глеб подхватывает пиджак и по-хозяйски целует меня в висок.

– У тебя будут какие-то пожелания? – запрокидываю голову и улыбаюсь.

Он смотрит сверху.

– Чем быстрее, тем лучше. Хотя за два дня организовать такое событие тоже не получится…

– Я хочу что-то камерное, – прикрываю глаза, мечтая. – Маленький загородный отель, тридцать человек – не больше, белое платье и кружевная фата, ты в смокинге, фотосессия и легкий праздничный ужин.

– Увеличь количество гостей до трехсот, выбери отель побольше, а остальное сделай так, как ты хочешь, – он смеется и склоняется, чтобы поцеловать мои губы.

Глеб – идеальный для меня во всем. Так же, как и я, не очень любит нежности и никогда не посягает на мою отстраненность, которую я стараюсь держать со всеми. Он бережный любовник, отличный друг и прекрасный мужчина. С другими он открыт для общения, но держит дистанцию. Именно такого понимающего и спокойного мужа я хотела бы видеть рядом. Именно такой отец – ответственный и внимательный – подойдет моим детям.

– Триста человек?.. Это уже не то… – грустнею, потому что не хочу чужих людей в свой день. Однако, догадываюсь, что мой свекор не может себе позволить задуманный мной формат. Тут же вспоминаю о папе и грустнею. – И вообще, ситуация с отцом начинает меня беспокоить… Дмитрий Александрович ничего не рассказывал?

– Нет. Ярославский отказался с ним разговаривать на эту тему и вежливо попросил не мешать работе Управления.

– И что же делать?..