Лина Кайлас – Контрактор. Коллизии желаний (страница 2)

– Смотри меньше ужастиков на ночь. И бросай наконец курить, – девушка картинными размашистыми движениями рук разогнала плывущие по комнате завитки дыма.

– Хорошо, мам, – язвительно хмыкнул Ал, закатив глаза.

Он медленно затушил сигарету в стоящей на противоположном краю подоконника банке из-под растворимого кофе, проживавшей вторую жизнь в качестве бесконечной пепельницы. Окурок утонул там же.

– Пока нет клиентов, – пробормотала Ронни, переминаясь с ноги на ногу. – Могу тебя постричь. Мне все практика. А ты зарос как бомжара.

Аластор оценивающе, но все еще весьма небрежно, потеребил кончик длинных волос, рассыпавшихся по плечам.

– Ты преувеличиваешь.

– И вовсе нет!

– Луна убывает. Не лучшее время для стрижки.

Ронни саркастично усмехнулась.

– Ты повернут на всех этих лунных календарях, движении звезд и прочей мути. Мне кажется, что это больше мешает жить нормально, чем помогает.

«Ты даже не представляешь насколько права», – подумал Аластор, устремив пустой взгляд в окно и невесело улыбнувшись краешком губ.

– Возможно, – многозначительно произнес он. – Но я уже не в той точке, чтобы сойти с дистанции, знаешь ли.

– Человек сам кузнец своей судьбы! Уж не думаю, что ты смирился с…

– С чем, Вероника? – холодно прервал Аластор.

– С таким положением дел, – осеклась Ронни, недовольно фыркнув. Ал прекрасно знал как она ненавидела свое полное имя. – Давно пора найти новую работу. Ты почти месяц не выходишь из комнаты. И вообще, – она уперла руки в бока и стала похожа на пузатую сахарницу. – Чем ты собрался платить за аренду? Ты мне уже за два месяца должен.

– Ты за этим пришла что ли? – фыркнул Ал. – Скоро отдам.

– Скоро? Я вообще не знаю почему до сих пор тебя не выселила!

– Я неотразим.

– Ты придурок, Аластор!

– Тогда я самый неотразимый придурок, – парировал Аластор, спрыгивая с подоконника.

Ронни фыркнула и вылетела из комнаты, громко хлопнув дверью.

«Чем меньше ты знаешь, Вероника, тем лучше для тебя», – вздохнув, подумал Аластор, провожая девушку взглядом.

Он и сам прекрасно понимал, что без работы долго не протянет. И без того скудные накопления стремительно таяли, богатство не преумножалось, предложения присоединиться или возглавить какую-нибудь мега корпорацию почему-то не приходили. Да и вообще, нужны ли корпорациям бармены? Или продавцы? Бариста? Неудачливые фейс-контролеры? Гардеробщики? Сотрудники бюро с многозначительной вывеской «Ритуал»? Какими там еще заработками может перебиваться парень, поспешно отчислившийся из университета?

За неполные пять лет, что Аластор жил в Новом Орлеане, кем только не приходилось работать. У любой работы, на которую он в итоге подписывался, был только один, но самый важный критерий, – не мешать основной деятельности. И не мешать искать клиентов.

Была, конечно, возможность сдать родительскую квартиру. Но каждый раз, когда Ал представлял это, словно что-то невидимое держало за руку, не позволяя решиться.

«Давно пора заделаться каким-нибудь фрилансером, знать бы только каким», – обреченно подытожил Аластор, заливая кипятком последние несколько ложек паршивого дешевого кофе. Прямо в банку. Ну что поделать, если чистых кружек не осталось еще вчера? Он скучающе поболтал получившуюся субстанцию, которая явно не дотягивала до гордого звания «напиток», и сделал большой успокаивающий глоток. Привычку глушить стресс кофеином он приобрел здесь же, в Новом Орлеане. Когда кофеин не помогал, в ход шли «обезболивающие» покрепче. Благо чего-чего, а спиртного в городе было предостаточно.

Наспех закусив безвкусную бурду завалявшимся печеньем, Аластор выудил из внушительной кучи, покоившейся на стуле, простую черную футболку, которая в его персональной градации еще попадала в группу «чистые» и такие же потертые джинсы.

Хотел он того или нет, а проблемы насущные придется решать. И начать предстояло именно с поиска новых клиентов. «Оплата Ронни еще подождет», – заключил Ал. А вот его наниматель уж точно никогда не придерживался жизненного кредо «терпение – есть добродетель». Напротив, этот известный своим непристойным поведением и распущенностью циничный любитель рома и табака, отличался прескверным характером. Особенно, когда пребывал не в самом радостном расположении духа. Увы, но затягивание заключения новой сделки положительных эмоций ему не прибавляло. А ее отсутствие к назначенному часу не порадует уже самого Аластора.

Тяжело вздохнув, Ал спустился по скрипучей старой лестнице на первый этаж. Вероника уже вовсю хлопотала в зале, готовя небольшую парикмахерскую к открытию. Заплетя высокий хвост и нацепив фартук с потрепанной надписью «Londa Professional» поверх растянутой футболки, она яростно орудовала веником, гоняя по полу перекати-поле из сплетенных разноцветных волос. Маленький ураган носился по комнате в попытках создать видимость заведения классом повыше.

– Работа в разгаре? – усмехнулся Аластор, провожая взглядом очередной комок из пыли и чьих-то остриженных кудрей.

– Явление Христа народу, – хмыкнула девушка, картинно подняв руки к потолку.

– Вряд ли, – фыркнул Ал. – Скорее «Восставший из ада».

Ронни снисходительно рассмеялась.

– И куда Пинхед1 направляется?

– На поиски новой жертвы, – невесело отозвался Аластор.

И это даже не было откровенным враньем. Скорее наоборот, претендовало на значительный процент истины. К счастью, девушка расценила ответ как шутку.

– Тогда удачной охоты, – хихикнула она, возвращаясь к работе.

– Ага, – бросил Ал и стремительно выскочил на залитую утренним светом улицу.

Жизнь в Новом Орлеане уже кипела вовсю. Конечно, это не вечно шуршащий муравейник, какими предстают неспящие мегаполисы, наподобие Нью-Йорка, но все же самый густонаселенный портовый город штата Луизиана. «Город Полумесяца», такое прозвище он получил, благодаря расположению в крутом изгибе вокруг реки Миссисипи, все еще возрождался после обрушившихся на него мощнейших ураганов.

Правда, в этой части города казалось, что кто-то нажал на паузу сразу после рождения короля джаза Луи Армстронга. Мимо пронесся темнокожий мальчишка на велосипеде, отчаянно терроризируя хрипящий старый звонок. Следом за ним степенным шагом прошла седовласая леди в цветастом платье, манерно обмахиваясь потрепанным веером с яркими перьями. На другой стороне дороги вокруг небольшого круглого столика, стоявшего под навесом кафешки в старом французском стиле, восседали четверо разномастных старичков, отдаленно напоминавших джазменов на пенсии. Они громогласно беседовали, перекрикивая Фрэнка Синатру, напевавшего «Don't you know, little fool, you never can win, use your mentality, wake up to reality»2 из небольшого динамика, то и дело прерываясь на увлекавшую их партию в карты. В общем, Французский квартал, будто навечно застывший в начале двадцатого века, проживал очередное непримечательное и до ужаса привычное утро.

Одно только выбивалось из замшелой исторической картинки – в паре шагов от парадного входа в парикмахерскую… простите, салон красоты, который Ронни окрестила вычурным названием «Парадокс совершенства», припарковался наглухо затонированный черный седан. Около пассажирской двери, небрежно прислонившись к машине и запустив руки в карманы брюк, стоял высокий брюнет в классическом черном костюме. Полы расстегнутого пиджака смялись, галстук съехал в сторону, носки модных ботинок запылились, а на темных очках отчетливо виднелись и играли на солнце отпечатки пальцев.

Аластор смерил незнакомца оценивающим взглядом, попутно отгоняя ассоциации с «Людьми в черном». Очень уж он походил на молодого агента Кея. Пожалуй, Ала не смутило бы, если б «Кей» подошел к нему со словами «Нам нужны люди для работы в бюро по сотрудничеству с инопланетянами, чтобы вернуть «галактику».

К изумлению Аластора, мужчина действительно направился к нему. В несколько шагов преодолев разделявшее их расстояние, он сверился с чем-то в смартфоне, медленным движением снял очки, зацепил их на нагрудном кармане и объявил.

– Аластор Дрейк?

– Смотря кто его спрашивает, – неодобрительно отозвался Ал.

– Билл Эдвардс, – представился мужчина, протягивая раскрытую ладонь. – Я доверенное лицо мистера Малека Хилла, владельца концерна «Хиллс».

– Вот как.

Аластор неспешно пожал руку, попутно прикидывая зачем мог понадобиться нынешнему главе табачной и алкогольной империи. Тому самому наследнику миллиардов, сколоченных сразу после разрухи, устроенной ураганом Катрина. Быстро подмяв мелких конкурентов еще его отец заработал почти стопроцентную монополию на рынке штата Луизиана и значительную долю в стране, торгуя в основном ромом, бурбоном, вермутом и дорогими сигарами.

– И что же привело сюда доверенное лицо Малека Хилла? – наконец спросил Аластор, поднося ко рту сигарету.

Билл Эдвардс быстро сориентировался и услужливо предложил металлическую зажигалку с заметной гравировкой в виде заглавной буквы «Х». Ал не без удовольствия прикурил.

– Нам вас рекомендовали, – Билл снова засунул руки в карманы. – Как человека, что может помочь в решении некоторых необычных проблем.

Он отчетливо выделил слова «необычных проблем», будто в другой ситуации изобразил бы пальцами кавычки в воздухе.

– Мне казалось, «Хиллс» не испытывает нехватки подобных кадров.