Лина Кайлас – Контрактор. Коллизии желаний (страница 18)
Для Аластора отправка таких сообщений стала привычкой. Они часто терялись в безмолвной пустоте, и лишь в редкие, особенные дни Джонатан Ривер удостаивал его ответом. Но даже за это Ал был ему благодарен – как-никак именно Джонни оставался связующей ниточкой, источником информации. Нет, конечно, то и дело Аластор просил теневых лоа проведать Лею. Они делали это с большой неохотой, а потом жаловались Барону Самеди: мол, не доверяет тебе наглый контрактор, хозяин астральных врат. В сложившейся ситуации злить могущественного лоа было бы идиотизмом на грани самоубийства – то есть непозволительной роскошью. Аластор и так ходил по тонкому льду: испытывал терпение Барона и был повязан с Малеком Хиллом.
Как всегда – холодный ответ. Ну, отсутствие плохих новостей – уже хорошая новость.
Ждать пока Хилл выйдет на связь оказалось так же мучительно, как томиться в ожидании неутешительного диагноза врачей, начитавшись умных статей в википедии. Прошел почти месяц до того момента, когда однажды вечером трофейный Блэкберри, валявшийся на полу вечно прикованным к розетке, издал призывную трель.
Тем не менее, Аластор успел сделать две важные вещи – расплатиться с Ронни и разгрести титанических размеров бардак в комнате. И второе он считал гораздо большим достижением. Вероника была не менее удивлена неожиданной активностью Аластора, наблюдая, как он приводит в более-менее жилой вид заросшее всем, чем только можно помещение. В полнейший же шок ее привело заявление, что на растущую Луну можно и постричься. Довольная девушка заботливо поколдовала над черной шевелюрой, вернув ей привычную длину до плеч.
– Несправедливо, – обиженно пробормотала она, проводя расческой по его длинным локонам в конце стрижки. – И почему вам мужикам ничего не надо делать, чтобы волосы оставались красивыми?
– Генетика, – усмехаясь, пожал плечами Аластор.
Он настоял на том, чтобы заплатить за услуги Вероники, как бы она не сопротивлялась. Смущенная девушка долго отнекивалась, напоминая Аластору про его скорбное финансовое положение, но тот был непреклонен. Разумеется, о набитом стодолларовыми купюрами кейсе, что покоился под матрасом, он умолчал.
Дни летели похожими друг на друга, как вороны на проводах. Эйфория от выигранной у Барона Самеди партии прошла до неприличия быстро. Анализируя ночь в баре, Аластор пришел к неутешительному выводу – вообще-то он в полной заднице. Победа стоила ему долга перед Мэтром Карфуром, которой он уж точно не забудет взыскать. И как водится по закону Мерфи21 – в самый неподходящий момент. Как Аластор и предполагал – на шее, в том самом месте, где он ощутил неприятный укол после спонтанной договоренности с хозяином злых духов, проявился черный узор, напоминающий череп свиньи, размером со спичечный коробок.
Каждый лоа, с кем человек заключал договор, даже такой незначительный, считал своим долгом заклеймить контрактора. После сделки с Бароном Самеди Аластор обзавелся его портретом на правом предплечье. Пришлось щеголять с заметной татуировкой в виде черепа в цилиндре. Хотя бы стильно.
А вот что намного хуже, так это недовольство самого Барона, обязательства перед которым тоже никуда не исчезли. Уязвленный поражением от новичка лоа бесцеремонно выставил Аластора за дверь, не преминув напомнить, что не стоит кусать руку, которая его кормит. Пока Ал брел домой по оживленным улицам залитого утренним солнцем Нового Орлеана, случайно выловленная песня, неприлично громко орущая из открытого окна полуподвального магазинчика рок-атрибутики, возвестила «Then we're all just fucked»22. Что ж, пожалуй, не без оснований. Казалось бы, что еще могло пойти не так?
Теперь кормящую руку тоже предстояло задобрить. Через какое-то время. При всем своем скверном характере, Барон Самеди все же был натурой довольно отходчивой. Особенно, если в качестве аргументов приводить ром и сигары.
Аластор, развалившийся на матрасе перед сном убивая время за просмотром коротких видео в тик-токе, протянул руку и за провод подтащил к себе Блэкберри. «
«Даже не поздоровался», – закатив глаза, фыркнул Аластор. Отправив в ответ короткое «ОК», он отбросил к стенке ни в чем не повинный телефон и уснул, повернувшись на бок.
Всю ночь Аластора одолевали беспокойные кошмары, главным героем которых по необъяснимой причине выступал Мэтр Карфур. В финале каждого хромой лоа разными способами вырывал из его тела еще трепещущую душу под громкий потусторонний смех. Почему-то обязательно женский. Карфур раскраивал ее на мелкие кусочки, методично, с довольной садистской ухмылкой на лице скармливая голодным теням. Сам же Аластор мог только беспомощно наблюдать, как последние крохи жизни таят в темноте бездонных пастей.
После таких безрадостных сновидений Аластор проснулся ближе к обеду. Чувствовал он себя прескверно, словно и не спал вовсе, а играл роль живой боксерской груши, на которой несколько часов спортсмен в тяжелом весе отрабатывал удары. Казалось, что в голове играл неслаженный симфонический оркестр с криворуким дирижером, от чего в висках пульсировала тупая тянущая боль.
За окном разрывалась сирена скорой помощи, добавляя новые звуки в и без того адскую какофонию. Скинув одеяло, Аластор, пошатываясь, добрел до стола и не глядя ткнул в кнопку чайника. Выкурив в ожидании вожделенного кипятка две сигареты, он наконец разжился кружкой кофе. Горячий, но мерзкий на вкус горький напиток разогнал кровь по венам, помогая Аластору немного прийти в себя. В таком разбитом состоянии встреча с Хиллом обещала стать изощренной пыткой. Помедитировав над чашкой, Ал недовольно фыркнул и разбавил кофе щедрой дозой рома. День потихоньку начал приобретать оттенок доброго.
– Уже бухаешь?
Аластор издал недовольный протяжный стон. Вот кого точно не хотелось видеть, и не только сегодня, так это Геде Нибо. Пижонский лоа давно не наведывался в гости. Это счастье когда-то должно было кончиться.
– Что тебе надо?
– Хозяин из тебя так себе, – фыркнул Нибо, бесцеремонно отхлебывая рома из бутылки. – Птичка на хвосте принесла, что у тебя сегодня занимательное рандеву намечается.
Недовольно цокнув языком, Аластор залпом осушил кружку. Приставленные к нему тени частенько играли на руку семейству Геде. Пронырливые информаторы Барона! Сразу же доложили.
– Это был вопрос времени.
– Постарайся не просрать…
– Не помню, чтобы просил совета, – перебил Аластор. – Можешь передать Барону, что сделке дали ход. Ты же для этого пришел.
– Ты невероятно мерзкий собеседник, mon cher ami.
– Сочту за комплимент.
За нарочитой наглостью Аластор скрывал нарастающее беспокойство. В этой игре он начал партию, дав сопернику значительную фору. Пока Барон Самеди шел вперед, он вынужден был с двойной силой нагонять, сокращая отставание в счете.
– Лучше за предупреждение, – отмахнулся Нибо. – Думаешь, папаша не догадался
Ала передернуло. В глубине души он надеялся, что скромное соглашение останется незамеченным. Он прекрасно знал, что Барон не любил делиться живыми игрушками. Предпочитал развлекаться единолично, забирая себе все причитающиеся трофеи.
– Не заметил, чтобы он возражал.
Опустошив бутылку, Нибо с громким стуком поставил ее на стол.
– Его скорее позабавило твое решение. Хотим понять, как глубоко ты загонишь себя в задницу, прежде чем смиришься с неизбежным и прибежишь целовать папаше ножки, умоляя о прощении.
– Я же обещал шоу.
– Не заиграйся.
Нибо игриво подмигнул и растворился в воздухе.
* * *
Офис «Хиллс» встретил Аластора оживленным гудением. Создавалось впечатление, что чуть ли не каждый сотрудник корпорации следовал пресловутой культуре суеты, философия которой строилась на простом принципе – в любом уголке земного шара есть шанс добиться целей при одном условии: как можно больше работать и «суетиться». Видимо именно поэтому уже на первом этаже сновали туда-сюда люди, не замечающие ничего на пути.
Приложив ключ-карту, обнаруженную в кейсе, Ал быстрым шагом, маневрируя между чересчур целеустремленными работниками, повторил путь до лифта, которым в первый раз его проводил Билл Эдвардс. К моменту, когда двери распахнулись, открыв проход в приемную офиса Малека Хилла, Аластор успел почти наизусть заучить игравший в лифте раздражающий мотивчик.
– Вы должно быть мистер Ди, – поприветствовала миловидная брюнетка, вставая из-за секретарского стола. – Мистер Хилл говорил, что ожидает визита советника, – она протянула раскрытую ладонь. – Я Сьюзан.
Коротко кивнув вместо ответа, Ал пожал девушке руку.
Мистер Ди? Фантазия у Малека Хилла если и работала, то слабо. Почему не «Мистер Икс»? Или как там еще шифруют тех, кого хотят оставить персона нон грата? Хотя, последнее больше подходило для цели какого-нибудь киношного наемника.
– Хилл у себя?
–
Аластор запустил руку в волосы и протяжно выдохнул. В очередной раз Малек Хилл заставлял его ждать! Ал медленно направился в сторону кожаного диванчика, где собирался скоротать время. Не успел он сделать и пары шагов, как дверь кабинета резко отворилась, выпуская «сдувшуюся» копию Хилла с жутко недовольной миной на лице. Поджарый, ладно скроенный блондин ростом немного выше бизнесмена всем видом показывал, что аудиенция успехом не увенчалась.