Лина Филимонова – Первая любовь не ржавеет (страница 26)

- Мля. Опять я все испортил. Весь романтик. Как бы мне укоротить свой великий и могучий Я про язык, если что.

- Я поняла.

- Язык не в пошлом смысле. Мля Почему я не могу заткнуться?

- Иди уже!

Я почти заталкиваю его в такси и вхожу в дом.

Пустота, тишина. На кухне ободраны стены. А в вазе стоит букет белых роз

Глава 23

Марина

Белые розы Он помнит!

У меня эти цветы всю жизнь вызывали противоречивые чувства. Нежность, растерянность, острое счастье, трепетное смущение И - боль от обиды и предательства.

На следующий день после выпускного я проснулась в пустой квартире. Мама на работе, время обед. Я вернулась в пять утра. Но мама меня не ругала - выпускной, мы всем классом, после празднования в ресторане, пошли встречать рассвет на реку.

Ну, мама так думает.

На самом деле мы с Сашкой оторвались ото всех еще в начале пути. Гуляли по ночному городу, держась за руки, целовались на каждом перекрестке. И мне казалось, что я в жизни не была так счастлива. Главный красавчик класса, а, может, и всей школы Сашка Петров обратил на меня внимание

Я давно по нему сохла.

А он впервые пригласил меня прогуляться как раз перед экзаменами. Я тогда чуть не умерла от восторга Экзамены пролетели как один день. И я сдала их лучше, чем рассчитывала - такова сила любви!

И вот экзамены позади. Выпускной мы отгуляли. И Мы целуемся!

Я понимала, что он хочет большего. И чувствовала, что тоже хочу. С каждым поцелуем - все сильнее.

Ночь, пустые улицы, его жаркое дыхание, нежные губы и сильные руки У меня подкашивались колени. Внизу живота сладко ныло, а в груди разливалось неведомое до этого момента острое томление

Я не сразу заметила, но каждый следующий перекресток, на котором мы целовались, был ближе к его дому. И вот уже он прижимает меня к шершавому стволу дуба в скверике рядом со своим подъездом.

Мое платье задралось, его горячая ладонь скользит по моему бедру. У меня все пульсирует и горит. Я впервые в жизни понимаю выражение “потоп в трусиках”.

Боже Это так остро! Так невыносимо! Так хочешься, чтобы его пальцы поднялись выше и коснулись

Я испорченная. Я не должна Это неправильно!

- Я люблю тебя, - шепчет Сашка мне на ухо.

- Я тоже тебя люблю

Мы задыхаемся в поцелуе, он стягивает мое открытое выпускное платье с плеча. Его губы скользят внизе по шее, по ключице, по А-а-ах!

Это же боже я и не подозревала, что бывают такие ощущения Меня просто оглушает. И выключает. И

Я не могу поверить, что это происходит на самом деле. Он целует мою грудь И я уже не могу сопротивляться. Его рукам, губам, его словам

- Пойдем ко мне. Я так хочу целовать тебя всю!

- Но твоя мама

- У нее ночная смена.

Его мама тогда работала администратором в отеле. И, конечно, он знал, что ее нет, когда вел меня к себе

Мы поднялись к нему. И у нас все было.

Как во сне, в тумане и в беспамятстве. Мне было больно. И приятно. На простынях осталась кровь

А потом я чувствовала себя резко повзрослевшей. И - виноватой.

И, если честно, я толком ничего не поняла. Но мне понравилось. Самый лучший момент был, когда мы лежали потом обнявшись, и Саша говорил, что любит, что мы будем вместе. Что он уедет, но вернется. А потом я приеду к нему

И вот - утро следующего дня. Вернее, уже обед. Мама на работе, я в пустой квартире. Вчера, после всего, я вернулась домой. Не могла же я остаться у Сашки и утром встретиться с его мамой

Он меня проводил. Мы долго целовались у подъезда. А потом он ушел И я поднялась в квартиру, пытаясь не выдать себя блеском глаз и опухшими от поцелуев губами.

Моя мама всегда повторяла: парням нужно от тебя только одно. Они в этом возрасте абсолютные дураки. А ты должна быть умнее!

Наверное, она больше боялась моей незапланированной беременности, чем потери девственности. Это должно было рано или поздно случиться.

И вот - случилось Внизу все ноет. Скорее сладко, чем больно. И - я уже не ребенок. Я взрослая женщина. Ну почти

Звонок в дверь.

Я взволнованно мечусь по прихожей. Как я выгляжу? Волосы разлохмаченные, на мне старенький халат. Может, переодеться?

Смотрю в глазок. И вижу Цветы. Белые. Красивые!

Распахиваю дверь. Вдыхаю сладкий аромат роз. И чувствую на своих губах такие же сладкие Сашкины губы

- Привет, как ты?

- Хорошо

- Я ужасно соскучился.

И мы снова целуемся. Но он вообще ни на чем не настаивает.

- Если тебе больно, мы не будем

Я сама хочу!

Но это еще страшнее. Не в тумане, не после пары бокалов шампанского на выпускном. При задернутых шторах в моей комнате.

Мне уже не больно. Мне так приятно, что я кричу. А потом плачу. Сама не знаю, почему.

Наверное, от невыносимой любви к Сашке.

Через две недели он уехал. Но обещал вернуться. Перед отъездом подарил мне еще один букет. Белые розы... Символ того, что я для него что-то значу. Что мы будем вместе.

Белые розы - символ лжи!

* * *

Я всю ночь ворочалась, вспоминая прошлое. Засыпала - и видела продолжение во сне. Горячие губы Сашки. Горячая пульсация между ног.

Больно, приятно, остро, невыносимо

Я больше никогда и ни с кем не испытывала ничего подобного.

Утром по привычке иду на кухню, по дороге спотыкаюсь о шкафы, вытащенные в коридор. И понимаю: мне даже негде сварить кофе. Но есть электрический чайник. Поэтому я завариваю себе чай и пью его в беседке, с сыром и хлебцами.

Кстати, время уже одиннадцать! А мастеров все нет. И от Сашки никаких вестей. Кухня разобрана, ремонт начат и брошен.

Как это на него похоже! Наобещать с три короба - и исчезнуть.

“Я тебе тут все отремонтирую, весь дом перестрою” Ага, ага.

“Люблю - трамвай куплю”. Это я уже слышала.

И белые розы он мне уже дарил.