Лина Филимонова – Первая любовь не ржавеет (страница 25)
- А что началось-то? Все было супер!- ничуть не смущается он. - Повторим? Фужер водки - и ты подожжешь этот бар.
Похоже, мне всю оставшуюся жизнь будут это припоминать.
- Молочный коктейль! - говорю я.
- Ну ты не перегибай. Мы же не на детском утреннике. Давай хотя бы аперольчик, там минимум градусов.
Заманчиво Аперольчик я люблю. Трудно отказаться. Да и зачем, собственно, отказывать себе в удовольствии?
- Давай уже, заказывай.
Апероль вкусный. Кузнецов смешной.
Я хохочу каждую минуту, у меня уже живот болит.
Как он язвительно раскладывает на атомы наших одноклассников! Вернее, больше одноклассниц. Еще и в лицах изображает.
Дашка Морозова по его словам - самовлюбленная курица, которая считает, что все ей должны только потому, что она когда-то была красива. Но что-то мужики не торопятся бросать картье и бентли к ее ногам.
Танька Самойлова - мать-командирша, которая сначала подминает под себя мужика, а потом сама же его критикует за мягкотелость.
Юлька Селезнева - была бы нормальная баба, если бы не оценивала каждого по его доходам и возможностям
- А я? - задаю вполне закономерный вопрос.
Готовая к самой жесткой критике. Я знаю Кузнецова - он всегда режет правду-матку.
- А ты дурочка.
- Что?
- Не понимаешь своей красоты и обаяния. Не ценишь себя. И снова готова стелиться перед Сашкой Петровым.
- Неправда! - воплю я.
И еле удерживаюсь, чтобы снова не влепить Кузнецову подзатыльник. Потому что обидно аж до слез!
А самое обидное: в глубине души я понимаю, что он прав. Я дурочка. И я опять позволяю Сашке Еще ничего не позволила! Но уже заново очаровалась
- Я так понимаю, у тебя было много женщин, - скорее утверждаю, чем спрашиваю я.
- Даже не знаю, что ответить, - ухмыляется Вадим.
- Например, правду?
- Немало, - кивает он.
- А серьезные отношения были?
- Были.
- И что пошло не так?
- Все было так. Просто они исчерпались.
- Чисто мужской ответ! - комментирую я. - Трудно представить, чтобы так сказала женщина.
- Конечно. Женщина бы сказала, что я козел.
- А почему ты не женился?
- А зачем?
- Вот тоже чисто мужской подход. Зачем жениться, если можно и так пользоваться, - ворчу я. - Неужели тебе никогда не хотелось семью? У тебя, кстати, есть дети?
Вадим качает головой.
- Нет.
- Почему?
- Все казалось, что рано, я не готов, не встретил подходящую женщину
- Понятно.
С таким критическим подходом сложно встретить подходящую.
- А в последнее время мне вдруг резко стало казаться, что уже поздно, - признается Вадим. - И все свои шансы я упустил. И все просрал.
Он вдруг становится таким грустным, что мне хочется его поддержать.
- Ой, да ладно тебе! Ты мужчина в самом расцвете сил.
- И погоняло у меня теперь будет Карлсон, - горько усмехается Кузнецов.
- Карлсон - красавчик.
- А у меня, как ты правильно заметила в нашу первую встречу, лысина в пузе отражается.
- Это была защитная реакция! Ты вообще сказал Не помню что. Что-то очень обидное.
- Прости меня, Марин. Мой язык - мой враг. У меня все беды в жизни от него. Я просто не могу промолчать, когда надо. Но тогда, на этой встрече выпускников, я не имел в виду ничего такого. Просто ты была одета
- Как бомжиха? - подсказываю я.
- В не очень подходящий для вечеринки наряд. Что было особенно заметно на контрасте со всеми нашими расфуфыренными одноклассницами. Но! - он поднимает палец вверх. - Ты доказала, что встречать человека по одежке глупо.
- Ой, все! - машу рукой я.
- Ты была там самой красивой и обаятельной. Самой отбитой и безбашенной. Я почти влюбился, честно.
- Почти? А что тебе помешало влюбиться полностью?
- Сашка Петров, - произносит Вадим. - Вернее, то, как ты на него смотрела. Я не хочу влюбиться и страдать. Треугольники - не мое.
- Ой все! - закатываю глаза я.
- На самом деле я уже влюбился и страдаю.
- Не надо.
- Сам не хочу, слушай!
И мы снова хохочем
* * *
Вадим отвозит меня домой на такси.
Выходит, открывает мне дверь, подает руку. И произносит:
- Я джентельмен. Не предлагаю даме сразу в койку.
- Молодец!
- Но, если дама сама предложит
- Вадим! - я закатываю глаза.