Лина Дель – Связанные (страница 8)
Признаться, я была по-настоящему рада, что лечу не одна. Ощутимое облегчение расползалось внутри при осознании, что мне не придется оставаться без магии где-то вдали от дома, как бы ни храбрилась перед Вороновым.
Поэтому сейчас я спокойно слушаю ругань Антонина, и это меня даже веселит. Было так необычно наблюдать, как суровый бородатый мужик боится лететь на самолете. Я улыбаюсь и натягиваю маску для сна на глаза, собираясь подремать хотя бы тридцать минут. Напряжение последних недель только начало меня отпускать, и я даже не догадывалась, как сильно переживала все это время.
– Ты точно видишь, куда идешь? – хмурится Антонин, бросив многозначительный взгляд на дверь мужского туалета, которую я толкаю с потрясающей решительностью и, схватив его за рукав, тяну за собой.
Игнорирую понимающий и немного завистливый взгляд мужчины, который сушит руки с помощью обдува воздуха и не может отлепить от нас глаз. Он хмыкает, глядя на Воронова в тот момент, когда я толкаю дальнюю кабинку и снова уверенно затягиваю за собой мужчину.
– Грин, ты захотела пошалить? – не удерживается Воронов, вскидывая бровь.
– Что? – непонимающе поднимаю на него взгляд и только сейчас понимаю, как близко мы стоим друг к другу, – для двоих тут места маловато.
Щеки моментально вспыхивают, и я отворачиваюсь, буркнув себе под нос:
– Не неси чепуху, Воронов.
Уверенно сдвигаю крышку сливного бака и, закатав рукав, опускаю руку в воду. Нащупываю круглый предмет с резьбой и достаю его осторожно, боясь повредить.
Даррен воспользовался своими знакомствами и связями, чтобы достать его для меня.
Поглаживаю телепорт большим пальцем и поднимаю левую руку, глядя на часы. Успели! У нас в запасе еще пять минут. И я выдыхаю в очередной раз, чувствуя, как спираль внутри расслабляется. Облокачиваюсь на стену и откидываю голову, прикрывая глаза. Все, последний шаг и мы будем почти на месте.
Вспоминаю слова Даррена, который давал наставления:
– Хрен знает, Кара, но я вообще кое-как уговорил сделать портал в те места. И то, согласились после того, как я сказал, что тебя он сам позвал. Я не в курсе, кто этот Сварог, но они все его боятся до усрачки.
– Хорошо, спасибо, – я сжала его руку в знак благодарности и попросила: – Можешь не говорить это Зои?
Конечно, эта информация меня сильно насторожила, вкупе с тем, что говорил Воронов. Впервые за все время закралось нехорошее предчувствие. Но отступать уже было поздно и некуда.
– Боишься, Грин? – тихо спросил Антонин, чуть склонившись ко мне.
Я открываю глаза и вглядываюсь в его гипнотизирующие болотного цвета радужки. Он смотрит в ответ прямо, взгляд спокойный. И я впервые отмечаю изменения, произошедшие в нем, едва самолет приземлился на его земле. Он расслабился. Это видно.
Никогда раньше Воронов не подтрунивал надо мной с легким флиртом, никогда не смотрел так многозначительно, словно говоря в своей манере «ну давай, девочка, покажи, на что способна».
Я вообще о многом задумываюсь впервые, когда напряжение покидает меня. Я так сильно боялась вмешательства и препятствий со стороны отца, что только это занимало мою голову. Теперь же я думаю о том, что находиться рядом с ним действительно небезопасно, нужно теперь быть настороже. Опускаю взгляд на телепорт, чтобы скрыть эмоции, смотрю на магический предмет, который медленно начинает набираться светом по спирали. Забрасываю цепочку Антонину на шею, для этого мне приходится встать на цыпочки, а ему склонить голову. Мы замираем на мгновение, встречаясь взглядами.
– Я – нет, – шепотом отвечаю на давно озвученный вопрос. – А ты?
– Не знаю, что это такое.
Я усмехаюсь, но вдруг дыхание перехватывает, когда Антонин резко притягивает меня за талию, прижимая к себе. Широко раскрытыми глазами смотрю на него, а он склоняется ниже, усмехнувшись одним уголком губ, и шепчет:
– Держись крепче, Грин. Это будет чертовски длинное перемещение.
А потом магия дергает меня с огромной силой из окружающего пространства, чтобы перенести в другое.
Я никогда раньше не пользовалась телепортами, мне не приходилось путешествовать магическими путями на далекое расстояние. Поэтому теперь приходится на себе узнать, что телепорт от портала отличается не только видом, но и самой физикой перемещения в пространстве. Порталы представляют собой связь двух магических проходов, перемещения через которые ощущаются так же, как пройти сквозь дверной проем. Телепорт же сначала резко выдергивает из пространства, вышибая дух, тянет куда-то на огромной скорости, крутит, вертит, а потом выплевывает, словно пережеванную вещь.
Именно так я себя чувствую, сидя на земле и спрятав лицо в коленях. Кажется, за время перемещения я успела несколько раз задохнуться. Теперь прихожу в себя, справляясь с тошнотой, а Антонин посмеивается надо мной. Хмуро оглядываю мужчину – его последствия портала будто и не тронули.
– Кажется, нам попался бракованный, – сдавленно говорю я, мысленно ругая Даррена. – Я чуть не задохнулась.
– С телепортом все в порядке, – бросает Антонин, отходя на пару шагов. Он всматривается в густую тайгу, которой покрыты горы. – Просто ты не привыкла к таким расстояниям.
Фыркаю, глядя на часы. Из-за моей вынужденной передышки мы теперь немного выбиваемся из графика. На месте, где нас ожидают, хотелось бы оказаться до темноты. Значит, пора выдвигаться бодрым шагом. Встаю с пня и оглядываюсь, снова ощущая мурашки. Небо ярко-голубое, солнце высоко, но от этого места все равно разит чем-то холодным. Заброшенное поселение, на окраине которого нас выбросило, выглядит зловеще. Покосившиеся старые дома с пустыми глазницами окон заставляют поежиться. Ветра нет совсем, стоит жара, но старый флюгер на ближайшем доме крутится вокруг своей оси, зловеще скрипя в непривычной тишине.
– Что здесь случилось? – спрашиваю, не в силах оторвать завороженного взгляда от картины передом мной.
– Даже знать не хочу, – его голос раздается настолько близко, что я вздрагиваю. Я ведь даже его шагов не услышала. Поднимаю на него голову, встречая хмурый взгляд, а он тем временем строго бросает: – Если ты отдышалась, предлагаю идти дальше. Пока тебя не хватился твой папочка и не поднял местных агентов по нашим следам.
Это здравая мысль. Зои будет прикрывать меня до последнего, но я все равно не могу исключать вариант преследования. Собственно, из-за этого у нас такой плотный тайминг.
Мимоходом недовольно отмечаю и удивляюсь смене настроения у Воронова. С насмешливо-игривого оно в момент меняется на настороженно-хмурое. Места эти на него так влияют, что ли? Я бросаю последний взгляд на вымершее поселение и, подхватив сумку, иду следом за Антонином, который, закинув свой рюкзак на плечо, широким шагом направляется в сторону узкой тропы, теряющейся в густом лесу.
Несмотря на жаркий день и небо без единого облачка, в лесу тенисто, влажно и прохладно. Переступаю по тропинке, оплетенной корнями, неторопливо двигаюсь за Вороновым и втайне радуюсь, что не одна здесь. Вековые ели стоят близко друг к другу, образуя неприступную зеленую стену, кроны теряются где-то в облаках, путаются ветками, создавая в некоторых местах почти вечерний полумрак. В каждом поросшем мхом пне мне мерещатся лица. Кажется, сам лес следит за нами, провожает, глядя в спину настороженным живым организмом, во владения которого попал чужак. Если в начале тропы еще слышались какие-то звуки и пение птиц, то сейчас, чем глубже мы заходили, чем выше поднимались по тропе, тем молчаливее становилась округа.
– Антонин! – окликаю, когда шаг замедляется настолько, что я больше не в силах за ним поспевать.
Он оборачивается, скептически осматривая меня с головы до ног. Наверное, выгляжу я и правда не очень, раз тут же слышу его усмешку. Он спускается по тропе навстречу.
– Никакой выносливости, – поддевает Воронов.
– Просто тропа все время идет вверх, – пытаюсь оправдаться, откручивая крышку пластиковой бутылки, чтобы сделать несколько глотков воды. Да, в последнее время, после отказа в должности агента, я совсем забросила спорт. По возвращении это нужно будет исправить. Пока пью, Воронов настороженно всматривается в лес, что не остается незамеченным. – Тоже ощущаешь это?
– Не могу избавиться от чувства, что мы пара овец, выбранная пастухом на заклание…
От такого сравнения посреди загадочного леса по позвоночнику неприятно пробегают мурашки, но я громко усмехаюсь, давая понять, что он слишком нагнетает.
– Ну, Воронов, мы с тобой явно не овцы. Сможем и постоять за себя. У меня есть магия, у тебя… – я запинаюсь, критично осмотрев его с ног до головы. – На крайний случай, руки, – заметив, как он тихо посмеялся, покачав головой, я обхожу его и направляюсь вперед по тропе, бросая на ходу: – Относись к этому как к приключению.
– Я посмотрю, как ты будешь относиться к этому как к приключению, когда мы будем спасать свои задницы…
Фыркаю, предпочитая проигнорировать его слова. Сейчас только дай волю фантазии, и я сама себя запугаю так, как не сможет ни одно чудище. Никаких плохих мыслей. Уж слишком я хотела вернуть себе магическую независимость, чтобы после того, как зашла так далеко, поддаваться страхам.