Лина Деева – Отверженная. Новая жизнь бабушки Арины (страница 17)
— Затем, что она больше не моя дочь! — пафосно сообщил он. — Я отрёкся от Айрис и более не желаю иметь к ней ни малейшего отношения!
Было бы логично спросить, за что такая немилость, однако Мэлоун проявил неожиданную деликатность и осведомился лишь:
— Когда это произошло, мистер Кортни?
— Три дня назад, вечером, — с короткой запинкой ответил тот. — Я узнал, что Айрис запятнала себя…
— Вы можете назвать точное время? — прервал его Мэлоун.
Кортни нервно взмахнул рукой:
— Что-то около восьми. Сэр, не знаю, что вам наговорила эта лгунья…
— Достаточно. — Голос инспектора промораживал насквозь. — От вас я узнал всё, что хотел. Теперь мне необходимо поговорить с вашими домочадцами. Миссис Кортни и ваши дочери дома?
Кортни опять занервничал.
— Они уезжали на прогулку, сэр. И по-моему, ещё не вернулись.
Он замолчал, однако под говорящим взглядом Мэлоуна был вынужден продолжить:
— Сейчас узнаю точнее, сэр.
Позвонил в колокольчик и, когда в кабинет явилась служанка, отрывисто поинтересовался у неё:
— Джейн, миссис Кортни вернулась?
Я могла бы поклясться, что при этом он скрестил пальцы на удачу, однако не помогло.
— Да, сэр, — честно ответила ни о чём не догадывавшаяся служанка. — Только что вернулись.
— В таком случае, — властно включился в разговор Мэлоун, — передай, что здесь инспектор Мэлоун, и что он желает поговорить с миссис Кортни и её дочерьми.
Джейн бросила вопросительный взгляд на хозяина дома, и тот вяло махнул рукой: выполняй, мол.
Служанка торопливо выскользнула за дверь, и в кабинете повисло тягостное молчание. Точнее, тягостным оно было для Кортни: он то открывал рот, собираясь что-то сказать, то порывался опуститься в кресло, то тянул руку к платку. Мэлоун же спокойно стоял рядом со мной и, погрузившись в свои мысли, незряче скользил взглядом по вычурной до безвкусицы обстановке. Я тоже сидела молча, самым примерным образом сложив руки на коленях. Тишина меня не тяготила, наоборот, я не без мстительного удовольствия наблюдала, как дёргается Кортни, изо всех сил стараясь даже не смотреть в мою сторону. Потому ничего удивительного, что именно он в итоге нарушил молчание.
В очередной раз прочистил горло и начал:
— Сэр, я всё-таки настаиваю, что не сделал ничего предосудительного. И коль уж вы спрашивали меня о том, знаю ли я эту девицу, значит, это она обманула полицию…
— Обмана не было, — бесстрастно поправил Мэлоун. — Мисс Кортни потеряла память в результате несчастного случая. И мои расспросы были в том числе связаны с попыткой помочь ей найти родных.
— Кхм. — Кортни уже пожалел, что поднял эту тему. — Потеряла память? В самом деле?
И вновь удостоил меня взгляда. Я честнейшим образом посмотрела ему в глаза и с удовольствием отметила, промелькнувшее в них чувство вины. Но вот что ещё собирался сказать Кортни (если собирался) осталось невыясненным. В дверь вежливо постучали, и в кабинет, шелестя платьями, вошли мачеха и сёстры Айрис.
Глава 25
— Доброе утро, инспектор! — Кто бы мог подумать, что миссис Кортни умеет щебетать! — Надеюсь, вы к нам без серьёзного повода? Ах, мистер Кортни, что же вы не проводили инспектора в гостиную! Но ничего, я распорядилась, Лиззи сейчас сервирует чай…
И тут она заметила меня. И Мэйбл с Эдит заметили.
«Немая сцена, — оценила я, бестрепетно глядя на родственниц Айрис. — Как в лучших постановках "Ревизора"».
— М-мистер Кортни… — Щебетание сменилось блеянием. — Я не понимаю…
— Она потеряла память, миссис Кортни, — вынужденно объяснил тот. — Потому инспектор здесь: он желает выяснить некоторые обстоятельства…
— Мне нужно знать, — властно перебил его Мэлоун, — во сколько мисс Кортни вернулась вечером три дня назад. А также как она вернулась: пешком, в кэбе, в омнибусе?
И он устремил пробивающий навылет взгляд на Эдит и Мейбл.
Разумеется, девицы сначала захлопали ресницами, в затем и вовсе потупились, незаметно подталкивая друг дружку. Ни одна из них не хотела брать на себя обязанность отвечать полиции.
— Боюсь, девочки не помнят, — вступилась за них заботливая мамаша. — Правда об Айрис стала для всех нас таким потрясением…
Инспектор даже не сделал вид, будто прислушался к ней.
— Начнём с вас, мисс Мейбл. — Интонации его и близко не подразумевали неповиновения. — Когда ваша сестра вернулась?
— Я не смотрела на часы, — оправдывающимся тоном начала Мэйбл. — Кажется, было что-то около восьми… Нет, половины девятого! Мы с Эдит как раз собирались ко сну.
— Да-да, именно! — поддакнула Эдит. — А вернулась Айрис в кэбе. Начался дождь, а она сухая вошла.
— Кэб? — нахмурился мистер Кортни. — Но откуда у неё деньги на кэб?
— Неужели ей платили?.. — подхватила миссис Кортни и посмотрела на меня с такой брезгливостью, словно надкусила яблоко и увидела половинку червяка.
— Это те, что подарила тётушка Аллен на Рождество, — немедленно сдала Мейбл. — Она за них и ездила к… тому мужчине.
Это что ещё за конспирация? Неужели сестрички Айрис скрыли от родителей имя Тилни?
— А ведь я говорила! — между тем торжествующе обратилась миссис Кортни к мужу. — Это дурная, развращающая идея дарить деньги юницам!
Вид у Кортни стал пристыженный, а Мэлоун с деловой сухостью уточнил:
— И какова была сумма подарка?
— Три фунта, сэр! — Эдит тоже хотелось выслужиться.
— Хм. — Инспектор посмотрел на меня. — Должно было хватить.
Семейство Кортни моментально насторожилось, а я осторожно напомнила:
— У меня не было с собой кошелька.
И краем глаза заметила, как потупилась Эдит.
— Верно, — согласился Мэлоун. — Но он мог и выпасть. — И обратился к чете Кортни: — Благодарю за ответы и надеюсь, впредь вы будете сразу откровенны с полицией. Что до ваших отношений с мисс Кортни…
— Она мне больше не дочь, — твёрдо напомнил Кортни. Было заметно, что умей он — отобрал бы у меня и фамилию тоже. — Она запятнала себя и более недостойна…
— Полиция не вмешивается в семейные дела. — Инспектор в очередной раз не позволил плохо высказаться в мою сторону. — Однако, полагаю, вы не станете возражать, если мисс Кортни заберёт свои вещи.
И тут на авансцену снова вышла мачеха.
— В этом доме больше нет её вещей! — гордо заявила она. — Мои бедные девочки получили их в качестве утешения за пережитое. А что не подошло, я отдала в благотворительный магазин и старьёвщику.
Сказать по правде, я не огорчилась. На вещи Айрис рассчитывать было бесполезно, даже если бы в Кортни заговорила совесть. Однако Мэлоуну, судя по его гранитному «Ясно», такой ответ не особенно понравился. Но что он мог сделать? Только прохладно распрощаться и увести меня из этого неприветливого дома.
После спёртого воздуха и полумрака кабинета свежий ветер и яркое солнце стали настоящим глотком свободы.
«Словно из тюрьмы выбралась, — мелькнула мысль. — Или из склепа».
— Как вы себя чувствуете? — вежливо осведомился Мэлоун.
— Хорошо, спасибо, — по инерции ответила я. И продолжила уже о важном: — Сэр, вы по-прежнему считаете, что я возвращалась к дому лорда Тилни?
— С очень большой вероятностью, — подтвердил инспектор. — Пожалуй, имеет смысл опросить кэбменов — возможно, вас кто-нибудь запомнил.
Эх, рассказать бы ему, что я шлялась под дождём, а не каталась к особняку и обратно!
— Но этим можно заняться и позже, — тем временем продолжал Мэлоун. — А пока нам с вами необходимо решить один важный вопрос.
— Какой? — Я снизу вверх заглянула инспектору в лицо и успела поймать мелькнувшую у него на губах невесёлую усмешку.
— Как вам быть дальше, мисс.