Лина Деева – Отверженная. Новая жизнь бабушки Арины (страница 10)
— Ничего нельзя исключать, — с умным видом подтвердила я, хотя версии Китти больше подходили для какого-нибудь романа, а не для реальной жизни.
— Он вообще ужасно загадочный! — Похоже, нашедшая благодарного слушателя служанка решила вывалить на меня все сплетни, которые доселе обсуждала только с кухаркой. — Я ещё понимаю, когда к нему в любое время дня и ночи приходят странные люди — всё-таки он инспектор. Но вот та комната…
Китти сделала многозначительную паузу, и я подыграла:
— Какая комната?
— На втором этаже. — Вид у служанки был чрезвычайно таинственный. — Она всегда заперта, просто всегда. А ключ только у хозяина, даже у Кадди нет, представляете?
— Да ты что! — ахнула я, пошире распахнув глаза. — И что, неизвестно, что там?
Китти покачала головой и со всё теми же интонациями продолжила:
— А ванная комната? Ни у кого из соседей такой нет! Кадди как-то обмолвилась, что мистер Мэлоун сам её проектировал: и как трубы идти будут, и как котёл в подвале нагреваться, и насос, и вообще всё. Я же говорю, учёный! Но вот зачем он её устроил, если всё время обтирается холодной водой, а горячую ванну раз в полгода велит сделать?
— Обтирается холодной водой? — В доме у Мэлоуна и без того было, кхм, нежарко, чтобы ещё и моржеванием заниматься. — Зачем? То есть, почему не подогретой?
— Говорят, так полезнее, — развела руками Китти. — Но честно, мисс, была бы я на его месте, ни в жизнь холодной водой не умылась бы! Брр!
В этом я её поддерживала, хотя ничего удивительного в такой причуде инспектора не видела. Хочется человеку закаляться — да на здоровье! Лишь бы оно позволяло. Только зачем тогда вкладывать столько трудов в ванную комнату?
«Наверняка всему есть банальное объяснение, — подумала я, под мелодичный звон колокольчика входя в лавку с одеждой. — Просто Кадди развела таинственность на ровном месте, а прислуге лишь бы поболтать. Эх, лучше бы они полицейские дела Мэлоуна обсуждали!»
Но увы, эта тема, казалось, была совершенно неинтересна ни Китти, ни Суини, а задавать вопросы Кадди я благоразумно избегала. И поскольку сидеть на попе ровно мне мешало пресловутое шило, решила всё равно собирать информацию о расследовании убийства Тилни.
Глава 14
Следующим утром меня разбудила Китти.
— Мисс Алина, уже семь! — сообщила она с такой тревогой, словно я проспала собственную свадьбу. — Вставайте, мисс Кадди уже спрашивала о вас, и она недовольна!
«Какая неожиданность!» — кисло подумала я и открыла глаза.
— Да, Китти, встаю. Спасибо, что подняла.
Служанка улыбнулась и убежала заниматься другими делами. А я, вздыхая и ёжась от утреннего холода, спустила ноги на прикроватный коврик. Викторианская Англия — для жаворонков, и кого волнует, что в прошлой жизни я была убеждённой совой и просто ненавидела ранние подъёмы.
Порядком провозившись с туалетом (обилие пуговок, крючков и завязок реально подвергало в отчаяние), я спустилась в холл и нос к носу столкнулась с Кадди, державшей в руках стопку газет.
— Доброе утро, мисс, — не без язвительности поприветствовала она, и, уверена, будь на моём месте Китти, к этому было бы прибавлено уничижительное «засоня».
— Доброе, мисс Кадди. — Зато я постаралась ответить с максимальным дружелюбием. — У вас есть какие-то поручения для меня?
— Да, — неласково буркнула экономка и буквально впихнула газеты мне в руки. — Отнесите это в столовую, мистер Мэлоун уже садится завтракать. И впредь считайте вашей обязанностью подавать ему свежую прессу.
— Хорошо, мисс Кадди, — безмятежно отозвалась я и отправилась выполнять поручение.
Запах типографской краски навевал воспоминания о моей библиотекарской работе, и, с удовольствием его вдыхая, я мимоходом подумала: «А ведь журналисты вполне могли писать и про лордёныша».
И чуть не хлопнула себя газетами по лбу. Вот ведь дурная голова! Полночи ворочалась, прислушиваясь к звукам из камина, даже кровать для этой цели передвинула. Строила планы по проникновению в кабинет, придумывала наводящие вопросы для прислуги, а ведь ларчик можно было так легко открыть!
«Только бы Мэлоун хранил прошлые выпуски!»
С этой мыслью я остановилась у столовой. Занесла руку, чтобы постучать, и едва не потеряла равновесие, когда дверь резко распахнулась.
— Мисс Алина? — Как и любой человек, Мэлоун в первое мгновение опешил, однако сразу же вернул себе самообладание. — Прошу прощения, не хотел вас напугать. Входите.
Он посторонился, впуская меня в столовую, и запоздало добавил:
— Доброе утро.
— Доброе утро, сэр, — в свою очередь ответила я. — Ваши газеты.
— Благодарю. — Инспектор взял у меня прессу. — Я, собственно…
Тут в дверях столовой возникла запыхавшаяся Китти и речитативом выдала:
— Доброе утро, сэр, вы звали?
— Да, — кивнул ей Мэлоун. — Я хотел спросить, почему завтрак накрыт только на одного.
Здесь мы с Китти захлопали ресницами с одинаковым непониманием, и инспектор не без раздражения пояснил:
— Я полагал, мисс Алина не откажется составлять мне компанию в те дни, когда завтракаю дома.
Он вопросительно посмотрел на меня, и я, окончательно опешив, сначала по-простецки кивнула, а лишь затем сообразила сказать:
— Да, сэр, разумеется.
— Простите, сэр! — в унисон со мной выпалила служанка. — Сейчас всё исправлю, сэр!
Она унеслась на кухню (до нас донёсся голос Кадди: «Китти! Ты топаешь так, что потолки осыпаются!»), а Мэлоун вежливо помог мне усесться за стол. Затем отошёл к камину, судя по бодрящей температуре в комнате, недавно разожжённому, и подбросил в огонь несколько полешек. Поворошил их кочергой, а я всё никак не могла отвести взгляд от его чёткого профиля, с болезненной сосредоточенностью ловя сходство с человеком из прошлого. Или будущего? Нелепый парадокс. Нелепая тоска.
Отвернувшись от камина, Мэлоун поймал мой взгляд, и несколько мгновений мы смотрели друг другу чётко в зрачки. Затем я потупилась — нехорошо девушке так пялиться на мужчину, — да и инспектор вроде бы отвёл глаза. Не без скованности заметил:
— Надеюсь, вы хорошо спали ночью, мисс Алина, — и я ухватилась за эту банальность, как за соломинку.
— Да, сэр, всё прекрасно, спасибо. — Перевела взгляд на стол и вспомнила свою гениальную идею. — Сэр, мне пришла в голову одна мысль… Возможно, я сумею что-нибудь вспомнить, если получу… толчок к воспоминаниям. Например, из газет.
— Хм. — Мэлоун тоже посмотрел на прессу. — Согласен, здравое соображение. Прошу.
Он пододвинул ко мне газеты, и я не без трепета развернула лежавшую сверху «Таймс».
И сразу попала на обширный некролог Тилни. Опасаясь вызвать подозрения чрезмерным интересом, пробежалась по нему по диагонали, однако выцепила лишь пафосные фразы об «одном из достойнейших членов британского общества» и «невосполнимой утрате», которую оное общество понесло.
«Вот уж действительно, — цинично хмыкнула я про себя, — только хорошее о человеке говорят лишь в двух случаях. На юбилее и после смерти».
Долистала газету до конца, но больше ничего стоящего не обнаружила. Потянулась за следующей «Дейли телеграф», и тут в столовую вернулась Китти с подносом, на котором стояли приборы для второго сотрапезника. Потому пришлось смирить своё нетерпение и повременить с чтением.
Глава 15
Впрочем, когда я вернулась к газетам, то обнаружила в них лишь вариации того же некролога. Не особенно пряча разочарование, отложила прессу, и Мэлоун с ноткой сочувствия уточнил:
— Ничего?
— Ничего, — вздохнула я. И без промедления продолжила: — Сэр, а вчерашние и позавчерашние газеты остались?
— Да, разумеется, — отозвался инспектор. — Обычно Кадди относит их в библиотеку.
— Замечательно! — Я вновь ощутила прилив надежды. — Вы ведь не станете возражать, если после завтрака я займусь их изучением?
Мэлоун повёл плечами.
— Нет, конечно. Я ведь уже говорил: вы можете чувствовать себя здесь, как дома.
— Благодарю вас! — Даже если он не такого знатного происхождения, какое ему приписывает прислуга, то настоящий джентльмен однозначно.
— Не стоит благодарности, — сдержанно отозвался инспектор. — К сожалению, на вчерашний день в полицию не поступало никаких сведений, которые могли бы вам помочь.
«И не поступит», — хладнокровно подумала я, изобразив, тем не менее, печальный вздох. А затем аккуратно прощупала почву:
— А о судьбе той девушки, которая сбежала в Гретна-Грин, тоже нет известий?
— Нет, — скупо ответил Мэлоун, давая понять, что тему лучше не развивать.
«Теперь ясно, отчего на кухне не болтают о делах Скотланд-Ярда, — разочарованно подумала я. — Сложно обсуждать то, о чём не говорят даже полусловом».
Однако надежда на вчерашние газеты пока была жива, и я отступила, выдав следующей ничего не значащую фразу о погоде.