Лина Деева – Обманный брак с генералом-драконом (страница 33)

«Началось».

Я отчаянно заморгала, умоляя зрение скорее проясниться. А лорд остановился и с полнейшим хладнокровием велел:

— Приказ.

Тёмная пелена перед глазами постепенно отступала, и из неё выплывали фигуры дюжины закованных в броню стражников. Их предводитель без возражений протянул лорду украшенный печатью свиток и отступил. Я уже могла различать не только бледные пятна лиц, но и выражения на них: тщетно скрываемую растерянность и глухой протест.

Армейские уважали и любили маршала, однако не стоило заблуждаться: на прямое неповиновение Морхарону они были неспособны.

Между тем лорд Ригхард закончил читать документ и с тяжёлым:

— Ясно, — вернул его предводителю отряда.

Обвёл стражников взглядом — не нашлось ни одного, кто не опустил бы под ним головы — и сказал:

— Долг хорошего солдата: исполнять приказы командующего. Над маршалом нет иного командира, кроме императора, потому я подчиняюсь.

Стражники встрепенулись — они до конца не были уверены, как действовать, если лорд решит сопротивляться.

— Однако, — продолжил лорд Ригхард, — со мной моя супруга, леди Кассия. Пусть шестеро из вас со всем почтением сопроводят её в мой особняк. И чтобы ни единого волоса не упало с её головы, ясно?

— Так точно, лорд маршал!

Предводитель вытянулся, лихо щёлкнув каблуками, а следом за ним повторили остальные стражники.

«Снова он хочет решать за меня», — усмехнулась я про себя.

И прежде чем кто-либо из мужчин сказал хоть слово, спокойно произнесла:

— Благодарю, муж мой, но нет необходимости утруждать ваших подчинённых. Я не собираюсь в особняк, а останусь с вами. Ибо на то, — я подняла руку, и рукав мягко соскользнул, демонстрируя браслет, — у меня есть императорское дозволение.

Глава 62

И вновь командир стражников попал в неудобное положение. С одной стороны, разрешение Морхарона и законы Даркейна, по которым жена (по крайней мере, официально) не являлась собственностью мужа. С другой — однозначное повеление маршала, который вроде как арестован, однако авторитет в глазах армии не потерял.

— Я не для того просил вас надеть браслет… — Взгляд лорда Ригхарда был так же тяжел, как магия императорского дворца. — …чтобы вы, прикрываясь им, совершали опасную глупость.

— Никакой глупости. — Я удерживала маску хладнокровия, но одна Богиня знала, чего мне это стоило. — И никакой опасности — насчёт меня его величество не давал распоряжений, не так ли?

Последний вопрос был адресован предводителю стражников, и тот без заминки подтвердил:

— Не давал, госпожа!

Я довольно кивнула и перевела взгляд на крайне недовольного лорда Ригхарда.

— Вот видите, муж мой. Нет нужды волноваться. Я всего лишь хочу узнать, в чём конкретно вас обвиняют и куда отведут, дабы не мучиться неизвестностью.

Лорд поджал губы, однако пусть с крайней неохотой, но кивнул.

— Хорошо, леди Кассия. Однако после вы сразу же отправитесь в особняк под охраной солдат. И поклянётесь не делать глупости: вы слишком уязвимы в вашем положении и без моей защиты.

Прислушивавшиеся к разговору солдаты при намёке на мою беременность немедленно устремили взгляды в мою сторону. И к немалому удивлению, в них было неприкрытое почтение: словно всё уважение, питаемое ими к маршалу, в полной мере перешло и на меня.

— Не тревожьтесь, муж мой, — мягко улыбнулась я, и лорд Ригхард подавил обречённый вздох.

А затем светским тоном обратился к командиру стражников:

— В Каменную утробу, полагаю?

— Да, лорд маршал. — Тот вновь отвёл глаза в неловкости. — Вы же понимаете…

Лорд Ригхард кивнул и, держа меня под руку, почти торжественным шагом двинулся из зала перехода. Вокруг засуетились стражники, строясь шестеро впереди, шестеро сзади, и я невольно усмехнулась про себя: «Торжественная процессия. Жаль, Морхарон не видит».

Впрочем, возможно он и видел — это ведь был его замок. Видел и вновь получал подтверждение, что правильно решил избавиться от слишком популярного военачальника.

***

— Что именно его величество посчитал изменой?

Камера, где предполагалось держать опального маршала, произвела на меня жуткое впечатление. Низкий каменный мешок без окон и без нар, с одной лишь маленькой дырой в полу, которую не прикрывала даже доска. Запирала камеру каменная дверь (стражники вдвоём тянули за бронзовую ручку, чтобы отворить её), и когда заключённого оставляли одного, он получался буквально замурованным заживо в тесной гробнице.

Впрочем, пока я находилась в камере, её освещал оставленный стражниками фонарь, а дверь была открыта («Это против правил, — неловко пояснил командир стражи, — не выдавайте нас, госпожа»).

— Из приказа этого не понять, — отозвался лорд, — потому надо ждать первого допроса. Но на самом деле повод не имеет значения.

Я закусила губу.

— Вас уже списали со счетов, так?

— Да, — спокойно подтвердил лорд Ригхард. — Прочее лишь формальность.

Я сжала кулаки и почти обвиняюще выпалила:

— Вы знали, что так будет! Зачем вы приехали?

— Не знал, — мягко поправил лорд. — Догадывался. И потом, я ведь говорил сержанту: долг хорошего солдата — без рассуждений выполнять приказы командующего. На тот момент ослушаться императора означало бы запятнать себя дезертирством.

— А на этот момент? — не отставала я. — На что вы рассчитываете сейчас? Надеюсь, не на смерть на плахе?

Лорд слегка наклонил голову к плечу.

— Вы так переживаете?

— Конечно! — Я сама не ожидала, что настолько возмущусь. — Ребёнку… — Тут я поняла, что снова держу ладонь на животе, и поспешила опустить руку. — Ребёнку нужен отец.

И вновь возникло ощущение, что лорд хотел услышать иное. Тем не менее он всё с тем же возмутительным спокойствием ответил:

— У меня тоже нет желания умирать, леди Кассия. А после того как суд лишит меня регалий и званий, я смогу воспротивиться воле императора, не потеряв честь.

Я скрипнула зубами. Мужчины! Как же с ними сложно!

— И что вы предпримете?

Лорд Ригхард приподнял в полуусмешке уголок губ.

— Когда вернётесь в особняк, найдите в библиотеке книгу «Завет Первопредка», а в ней главу о наказаниях преступивших.

Я сердито нахмурилась.

— Это такой оригинальный способ поскорее отправить меня отсюда?

— В том числе. — Лорд вдруг оказался рядом со мной, и на плечи легли его твёрдые, горячие ладони. — Здесь холодно, много тяжёлых заклятий и в целом давящая обстановка — тюрьма не может быть иной. Потому ступайте, леди Кассия. Это место не для вас, даже в качестве посетительницы.

Так-так. Понял, что приказами меня не пронять, зашёл с другой стороны?

Впрочем, мне и впрямь было плохо здесь, и даже дар, к которому я обращалась, чтобы быть немножко драконицей, а значит, не совсем чужачкой для этих подземелий, помогал слабо.

И всё же последнее слово я желала оставить за собой.

— Хорошо, муж мой.

Я приподнялась на цыпочки и на мгновение прижалась губами к его губам клеймом прощального поцелуя. Затем отступила — так стремительно, что растерявшийся лорд не успел удержать меня. Безапелляционно сказала:

— Увидимся завтра, — и почти танцевальным движением выскользнула из камеры.

— Госпожа? — Я не успела пройти и трёх шагов, как командир стражников оказался рядом. — Вы закончили разговор?

— Да. — Отсутствие рядом лорда Ригхарда уже дурно сказывалось на мне — чужая магия навалилась на плечи с удвоенной силой.

— Вам нехорошо? — Сержанту (так ведь его назвал лорд, верно?) хватило сообразительности поддержать меня под локоть. — Тирс, Рейн, закрывайте, только прежде осведомитесь, не нужно ли лорду маршалу чего!

И он снова вернул всё внимание на меня.

— Пойдёмте, госпожа. Сейчас выйдем отсюда, вам станет получше. Дурное это место для женщины! А как поднимемся, я для вас карету стребую. Не пешком же вам домой возвращаться, правильно?

Сержант говорил и говорил, отвлекая от дурноты, и бережно вёл меня прочь из подземелья. Я же из последних сил старалась улыбаться ему: было видно, как он нервничает, переживая за беременную жену маршала и своё неумение помочь ей в случае чего. И думала, что добравшись до особняка, непременно уговорюсь с ним присылать мне весточку обо всём, что будет происходить с лордом Ригхардом.

А ещё сегодня же найду этот «Завет» и разберусь, каким образом лорд задумал избежать неминуемого. Потому как что-то мне подсказывало: лекарство здесь могло оказаться лишь немногим лучше болезни.

Глава 63

Я сама не ожидала, но, увидев в окошке кареты строгие очертания особняка лорда Ригхарда, ощутила прилив радости. И что поразительно, встретивший меня Вальтер как будто испытал похожее чувство от моего приезда.

Однако его тут же погасила тревога, когда дворецкий увидел сопровождавшего меня сержанта Карно (выбравшись из подземелий дворца Морхарона, я почувствовала себя гораздо лучше и поспешила исподволь выяснить побольше о своём провожатом). Тем не менее, как вышколенный слуга, Вальтер в присутствии постороннего не задал ни единого вопроса, хотя и внимательно прислушивался к моему прощанию с сержантом.

— Немедленно сообщайте даже о малейших переменах в положении лорда маршала. И днём, и ночью.

— Слушаюсь, госпожа!

Карно козырнул мне, как своему командиру, и я, простившись с ним, вошла в холл особняка.

— Что изволите, госпожа? — почтительно обратился ко мне Вальтер, принимая дорожный плащ и перчатки. — Ваши комнаты готовы для отдыха, вода в купальне нагрета. Если желаете поужинать…

— Благодарю, пока ничего не нужно, — прервала я. И с внутренним усилием продолжила: — У меня дурные вести, Вальтер. Лорд Ригхард арестован по обвинению в измене трону.

Дворецкий помертвел — как и все в Даркейне, он без лишних объяснений понимал, что это означало.

— Отчаиваться рано, — продолжила я с твёрдостью, которой сама до конца не чувствовала, — но если от сержанта Карно или ещё кого-либо будут известия для меня, сообщать без промедления.

— Будет исполнено, госпожа, — поклонился дворецкий.

Но только я, сочтя разговор оконченным, собралась идти в библиотеку, как Вальтер остановил меня неожиданным вопросом.

— Скажите, госпожа, почему вас сопровождал именно сержант?

— Ему и его солдатам поручили арест. — Я недоумевала, однако не видела смысла это скрывать. — А после он был настолько любезен, что раздобыл карету и проводил меня сюда.

Между бровей дворецкого пролегла тонкая морщинка.

— Вот как, — пробормотал он и, видя моё непонимание, объяснил: — Я не военный, госпожа, но неплохо знаком с военными порядками. Маршалов не арестовывают сержанты — это вопиющее нарушение субординации.

— Так. — Теперь уже я нахмурилась. — И что оно может означать?

— Либо отношение его императорского величества. — Вальтер не сказал, какое, но было ясно и так. — Либо сержант каким-то образом вызвался сам.

— Зачем ему? — Карно был низшим драконом и в целом произвёл на меня благоприятное впечатление. Неужели я ошиблась?

— Не могу знать, — развёл руками дворецкий. — Однако, если я его ни с кем не путаю, сержант обязан лорду Ригхарду свободой, а с большой долей вероятности и жизнью.

Я приподняла брови, побуждая Вальтера продолжить рассказ.

— Была какая-то грязная история с местью, — после короткой паузы начал тот. — Карно, в ту пору простой солдат, вернулся домой на побывку и узнал, что некие мерзавцы сотворили с его сестрой… страшное. Несчастная умерла, а ублюдки… Прошу прощения, госпожа. Так вот, они остались на свободе. Вы знаете, как это бывает: нужные связи, сумма золотом… Наказать их по закону не вышло бы.

— И сержант сделал всё сам, — тихо подхватила я.

— Верно, — кивнул Вальтер. — Мерзавцы получили по заслугам, однако и Карно попал под трибунал. На его счастье, история привлекала внимание лорда Ригхарда, и тот употребил всё своё влияние, чтобы спасти сержанта.

— Чем получил бесконечно преданного себе солдата, — закончила я. Вздохнула, мысленно прося Богиню о благоволении к духу несчастной девушки, и сказала: — Спасибо, Вальтер. Какой бы ни была причина того, что нас встретил именно сержант, обстоятельство это, несомненно, во благо.

— Скорее всего, госпожа, — согласился дворецкий и с плохо скрытой заботой вернулся к прежней теме: — Вы уверены, что не желаете поужинать? Или принять ванну?

— Позже, Вальтер. — Я тепло улыбнулась ему. — Спасибо.

И наконец, отправилась в библиотеку, не жалея, впрочем, о задержке.