Лин Вэл – Досье (страница 4)

Сакраменто, утро следующего дня. Архив полиции.

Утро встретило их таким плотным туманом, что город словно растворился в молоке. Элис сидела на пассажирском сиденье старого «Форда» Кайла, вцепившись пальцами в край сиденья. Машина пахла бензином, табаком и ещё чем-то неуловимым — maybe тем самым запахом мужского одиночества, который она уже научилась распознавать.

Кайл вёл молча, сосредоточенно глядя на дорогу. Профиль у него был жёсткий, почти хищный — острые скулы, прямая линия носа, губы, сжатые в тонкую полоску. Элис поймала себя на том, что рассматривает его дольше, чем следовало бы, и отвернулась к окну.

— Волнуетесь? — спросил он, не глядя.

— Немного.

— Это нормально. Архивы действуют на всех угнетающе.

— Вы часто там бывали?

— Когда работал. Каждое нераскрытое дело — это километры полок. Иногда кажется, что вся боль человеческая хранится вот так — в коробках, под номерами, забытая.

Элис промолчала. Она знала это чувство.

Здание архива оказалось серой трёхэтажной коробкой в промышленной зоне, окружённой заборами и складами. Туман стелился по земле, делая очертания зыбкими, нереальными. Кайл припарковался у чёрного входа и заглушил мотор.

— Сидите здесь, — сказал он. — Я схожу, договорюсь.

— Я с вами.

— Элис, — он повернулся к ней, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на раздражение, — я сказал — сидите.

— А я сказала — я с вами. — Она уже открывала дверь. — Это моё расследование, Кайл. Я не собираюсь отсиживаться в машине.

Он посмотрел на неё долгим взглядом, потом усмехнулся — коротко, без веселья.

— Упрямство — это не всегда достоинство.

— Иногда единственное, что остаётся.

Они вошли через служебный вход. Металлическая дверь, длинный коридор, лампы дневного света, гудевшие так, что закладывало уши. В воздухе пахло сыростью, бумажной пылью и чем-то ещё — maybe химикатами, которыми обрабатывают старые документы.

Кайл уверенно вёл её по лабиринту, будто бывал здесь сотни раз. Остановился у неприметной двери с табличкой «Криминалистическая лаборатория. Посторонним вход воспрещён». Постучал особым ритмом — три коротких, два длинных.

Дверь открыл мужчина лет пятидесяти, с усталыми глазами и такими глубокими морщинами, что они казались шрамами. Он был в белом халате поверх клетчатой рубашки, в руках держал дымящуюся кружку.

— Кайл, — кивнул он. — Заходи. А это кто?

— Элис Вон, журналистка. Она ведёт дело.

Мужчина окинул её быстрым, цепким взглядом — оценивающим, но без враждебности. Кивнул.

— Ларри. Бывший коллега твоего — он запнулся, подбирая слово, — твоего напарника? Друга?

— Бывшего коллеги, — поправил Кайл сухо. — Ларри, нам нужен доступ в архив старых дел. 2015 год, убийство Виктории Уэллс.

Ларри присвистнул.

— Десять лет прошло. И что ты там надеешься найти?

— Вещдок. Мазок с укуса. Его должны были отправить на экспертизу, но он так и остался в материалах.

Ларри покачал головой.

— Ты понимаешь, что официально я не могу тебе ничего дать? Это закрытое дело.

— Ларри, — Кайл шагнул ближе, и в его голосе появилась та самая сталь, которую Элис уже начала узнавать, — ты мне должен. Помнишь? Три года назад, когда у тебя были проблемы с тем делом об убийстве, кто тебя прикрыл?

Ларри поморщился, будто от зубной боли.

— Ладно. Час. У вас есть час. И если кто спросит — вы здесь не были, я вас не видел.

Он провёл их в подвал. Здесь воздух был ещё тяжелее — пахло плесенью, металлом и временем. Стеллажи уходили в темноту, ряды коробок, помеченных годами и номерами. Лампочки под потолком горели тускло, жёлто, создавая атмосферу заброшенного бункера.

— 2015 год, секция С, — бросил Ларри, показывая рукой направление. — Я буду наверху. Если что — свистните.

Он ушёл. Элис и Кайл остались одни среди этого бумажного кладбища.

— С чего начнём? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— С систематизации, — Кайл уже шёл вдоль стеллажей, читая надписи на коробках. — Убийство Виктории Уэллс должно быть где-то здесь. Ищите по дате — 15 ноября 2015 года.

Они разошлись в разные стороны. Тишину нарушал только шелест бумаги и редкий скрип старых полок. Элис водила пальцем по корешкам папок, читала названия: «ДТП со смертельным исходом», «Кража со взломом», «Наркотики». Обыденность человеческой трагедии, упакованная в картон.

— Нашёл, — раздался голос Кайла откуда-то из темноты.

Элис подбежала. Он стоял перед высокой полкой, держа в руках толстую папку с номером «2015-334-У». На обложке было написано: «Уэллс Виктория, убийство».

— Открывайте, — выдохнула она.

Кайл положил папку на ближайший стол — старый, железный, заляпанный чем-то, что когда-то maybe было кофе. Расстегнул тесёмки, разложил бумаги.

Протоколы допросов, схемы места преступления, фотографии. Элис зажмурилась, когда мелькнуло лицо Виктории, потом заставила себя смотреть. Это была её работа — видеть, запоминать, не отворачиваться.

— Где мазок? — спросила она.

Кайл лихорадочно перебирал документы. Конверты, пакеты, улики, упакованные в целлофан. Его руки двигались быстро, но осторожно — он знал цену каждой бумажке.

— Вот, — выдохнул он.

Конверт был небольшим, коричневым, с пометкой «Биологические следы: мазок с места преступления». Печать не вскрыта. Он пролежал здесь десять лет, ожидая своего часа.

— Десять лет, — прошептала Элис. — Десять лет эта улика ждала.

— И всё это время убийца гулял на свободе, — добавил Кайл. Голос его звучал глухо, будто он говорил сам с собой.

Он взял конверт, повертел в руках.

— Если это действительно мазок с укуса, и если ДНК совпадёт с Коулом у нас будет дело.

— Но нам нужна экспертиза.

— Да. И я знаю, где её сделать. Ларри нам поможет.

Они убрали всё обратно в папку, вернули на место. Кайл спрятал конверт во внутренний карман куртки. На выходе их ждал Ларри.

— Нашли? — спросил он.

— Да. Спасибо.

— Не благодари. Просто будьте осторожны. Если там правда, кому-то это очень не понравится.

Кайл кивнул. Они вышли в туман, который уже начал редеть, открывая серое, тяжёлое небо.

В машине Элис спросила:

— Как думаете, Коул знает, что мы копаем?

— Если он убийца — знает. Такие всегда чуют опасность.

— И что он сделает?

Кайл завёл мотор.

— Постарается нас остановить.