Лика Сумеречная – Воровка чужих лиц (страница 8)

— Я... я пойду приготовлю воду для умывания, миледи.

И она выбежала из комнаты, как заяц от лисы.

Элина нахмурилась. Слуги боялись. Кучер боялся. Даже дворецкий, при всей своей каменной маске, нервничал. Что здесь происходит на самом деле?

Она встала, подошла к окну. Сад при свете дня выглядел ещё более запущенным, чем ночью. Сорняки выше пояса. Фонтан с треснувшей чашей. И — Элина прищурилась — в дальнем углу сада, у каменной стены, кто-то стоял.

Человек в чёрном плаще. Неподвижный, как статуя. Смотрел прямо на её окно.

Элина отшатнулась.

Когда она выглянула снова, человека уже не было.

«Мерещится, — подумала она. — Недосып. Нервы».

Но холодок по спине остался.

Завтрак подавали в малом зале, там же, где вчера был ужин.

Кассиан уже сидел за столом. На нём был тёмно-зелёный сюртук, волосы зачёсаны назад, открывая шрамы. Он не прятал их сегодня. Элина заметила, что левая рука снова лежит под столом.

— Доброе утро, леди Ариадна, — сказал он. — Вы хорошо спали?

— Не очень, — честно ответила Элина.

— Бессонница перед свадьбой — обычное дело. — Он указал на стул напротив. — Присаживайтесь. Сегодня будет долгий день.

Она села. На стуле снова лежала бархатная подушка.

— Вы распорядились, — сказала она.

— Я обещал комфорт.

Элина налила себе кофе. Горячий, крепкий, с ароматом кардамона. Лучший кофе, который она пробовала. В Нижнем городе пили цикорий с жёлудями и называли это кофе.

— Сегодня в шесть вечера церемония, — начал Кассиан. — Священник приедет из города. Гостей будет немного — только мои доверенные лица и ваш отец.

— Отец приедет? — Элина чуть не поперхнулась. Она совсем забыла об отце Ариадны. Что, если он заметит подмену?

— Он уже здесь. Прибыл час назад. Спит в восточном крыле.

Элина внутренне выругалась. Отец. Родной человек. Тот, кто знает Ариадну с пелёнок. Если он заметит что-то не так — если она ошибётся в жесте, в слове, во взгляде — всё пропало.

— Он хочет видеть вас до церемонии, — добавил Кассиан. — Я сказал, что вы отдыхаете. Но к обеду ему не терпится.

— Я поговорю с ним, — сказала Элина, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Вы не рады? — спросил Кассиан, и в его единственном глазу мелькнуло любопытство.

— Я рада, — соврала Элина. — Просто волнуюсь.

— Понимаю.

Он замолчал. Элина пила кофе и думала.

Отец Ариадны — лорд Торн, старый аристократ с большими долгами и маленькой совестью. Именно он продал дочь в жёны Кассиану, чтобы расплатиться с долгами перед короной. Ариадна ненавидела отца. Презирала. Боялась.

«Элина, — сказала она себе. — Ты играла сотни ролей. Ты была купцом, солдатом, служанкой, даже священником. Сыграешь и дочь».

Но внутри всё сжималось от страха.

После завтрака Кассиан предложил показать поместье.

— Вы должны знать дом, в котором будете жить, — сказал он. — Если, конечно, решите остаться после свадьбы.

— А куда я могу уйти? — спросила Элина.

— Куда угодно. Я не держу жену на цепи.

Они пошли по коридорам. Кассиан показывал комнаты: библиотеку (тысячи книг, многие в пыли), музыкальную гостиную (клавесин без ножки), бильярдную (стол накрыт простынёй). Везде было пыльно, темно и холодно.

— Здесь нужна уборка, — заметила Элина.

— Здесь нужна хозяйка, — ответил Кассиан. — Моя мать была последней, кто заботился об этом доме.

— А вы?

— Я не умею заботиться. Я умею только разрушать.

Элина остановилась.

— Почему вы так говорите о себе?

— Потому что это правда, — Кассиан повернулся к ней. — Я разрушил свою семью. Свой дом. Своё лицо. Всё, к чему я прикасаюсь, превращается в пепел.

— Это не так.

— Откуда вы знаете?

Элина хотела сказать, что видела его руки — нежные, дрожащие. Что видела, как он поправил подушку на её стуле. Как распорядился принести тёплое молоко перед сном (она нашла стакан на тумбочке, когда вернулась в комнату).

Но Ариадна не могла этого знать. Ариадна не должна была замечать такие мелочи.

— Просто чувствую, — сказала она.

Кассиан долго смотрел на неё. Потом кивнул и пошёл дальше.

Они поднялись на второй этаж. В конце коридора была дверь, обитая железом.

— А это что? — спросила Элина.

— Старая башня. — Кассиан бросил быстрый взгляд на дверь и отвернулся. — Там ничего интересного. Руины.

— Почему она заперта?

— Потому что там опасно. Прошу, не ходите туда.

Элина кивнула, но про себя отметила: «Не ходите туда» — это верный способ заставить человека пойти именно туда.

Они вернулись в малый зал к обеду.

Отец Ариадны уже ждал.

Лорд Торн оказался толстым, краснолицым мужчиной с седыми бакенбардами и маленькими злыми глазками. Он сидел за столом, пил вино и жевал мясо, не дожидаясь остальных.

— Ариадна! — рявкнул он, увидев дочь. — Иди сюда, живо!

Элина подошла. Внутри всё похолодело, но лицо Ариадны оставалось надменным и равнодушным.

— Здравствуйте, отец, — сказала она.

— Здравствуй, здравствуй. — Лорд Торн окинул её взглядом. — Выглядишь паршиво. Не спала?

— Волновалась.

— Пустое. Дело сделано. Сегодня выходишь замуж, а завтра я получаю свои деньги. — Он усмехнулся, обнажив жёлтые зубы. — Хорошую цену за тебя дали, дочка. Даже не думал, что ты столько стоишь.

Кассиан, стоявший у двери, сжал кулаки. Элина заметила — костяшки побелели.