Лика Сумеречная – Сны на заказ (страница 13)

Старик надел очки обратно и посмотрел на Элианну долгим, изучающим взглядом.

– Я не помню, – сказал он наконец. – Странно, но я не помню. Я должен помнить – я работал в архиве уже тогда, регистрировал все брачные контракты знати. Но имя… оно выпало. Как будто его никогда не было.

Элианна почувствовала, как холодок пробежал по спине.

– Могу я посмотреть записи? – спросила она. – Сама. Без вашей помощи.

Корвин колебался. Она видела, как в нём борются профессиональная гордость архивариуса и что-то ещё – страх, который он не мог объяснить.

– Пять минут, – сказал он наконец. – Я провожу вас в крыло Вэннов, но вы ничего не трогаете. Только смотрите.

– Спасибо.

Они прошли через главный зал архива – огромное помещение с высокими потолками, где стеллажи с книгами и свитками уходили вверх на три яруса. Здесь пахло пылью, воском и чем-то ещё – сладковатым, приторным, как запах увядающих цветов. Элианна никогда не замечала этого запаха раньше, но теперь он казался ей знакомым.

Крыло Вэннов находилось в дальнем конце здания, за тяжёлой железной дверью, которую Корвин открыл ключом, висевшим у него на поясе.

– Здесь хранятся документы семьи Вэннов за последние триста лет, – сказал он, пропуская Элианну внутрь. – Брачные контракты, свидетельства о рождении, завещания. Всё, что касается рода.

Комната была небольшой, но аккуратной. Свитки лежали на полках в хронологическом порядке, каждый был подписан и пронумерован. Элианна прошла к секции, где хранились записи двадцатилетней давности.

– Что я ищу? – спросила она.

– Свидетельство о помолвке. Или о смерти. Всё, где упоминается имя невесты.

Она начала перебирать свитки. Контракты, счета, письма – всё было в порядке, всё было на своих местах. Но чем ближе она подходила к нужной дате, тем сильнее чувствовала странное ощущение – пустоту. Как будто кто-то вырезал страницы из книги, но оставил обложку, чтобы никто не заметил пропажи.

– Вот, – сказала она, когда её пальцы наткнулись на свиток, стоявший отдельно от других. – Это документы за тот год.

Она развернула свиток и замерла.

Бумага была чистой. Не испорченной, не выцветшей – абсолютно чистой. Как будто на ней никогда ничего не писали. Но свиток был запечатан сургучом с гербом Вэннов, и сургуч был нетронут.

– Это невозможно, – прошептала она. – Здесь должны быть записи.

Она перебирала свиток за свитком, но результат был тот же. Чистые листы. Пустые страницы. Там, где должны были храниться имена, даты, события – ничего. Только белая, девственно чистая бумага.

– Я же говорил, – раздался голос Корвина от двери. – Имя стёрто.

– Кто мог это сделать?

– Не знаю. Но это не обычное повреждение. – Архивариус подошёл ближе и провёл пальцем по одному из свитков. – Смотрите. Бумага цела, сургуч не тронут. Но текст исчез. Как будто его никогда не было.

Элианна поднесла свиток к свету. Никаких следов чернил, никаких царапин, никаких вдавленных букв – ничего. Только гладкая, чуть желтоватая поверхность.

– Магия, – сказала она. – Кто-то использовал магию забвения.

– Это запрещённая практика, – заметил Корвин. – Стирать имена из архивов – значит стирать их из истории. Только Совет Гильдии мог санкционировать такое.

– Или тот, кто обладает достаточной силой, чтобы не спрашивать разрешения.

Она закрыла последний свиток и положила его на место. В руках у неё ничего не осталось – только пустота. Та самая пустота, которая была в глазах Кассиана Вэнна, когда он говорил о своей невесте. Та самая пустота, которая жила в городе из сна.

– Спасибо, мастер Корвин, – сказала она. – Я узнала достаточно.

– Вы узнали, что ничего не узнали, – заметил старик.

– Иногда это тоже знание.

Она вышла из архива и остановилась на крыльце, вдыхая свежий утренний воздух. Город просыпался – где-то гремели телеги, кричали торговцы, перекликались дети. Обычная жизнь обычного дня. Но Элианна чувствовала, что эта жизнь – не для неё. Не сейчас.

– Ну что? – раздался голос Морфея. Кот сидел на парапете, делая вид, что греется на солнце, хотя солнца почти не было.

– Пусто, – сказала Элианна. – Все записи стёрты. Магией.

Морфей не удивился. Он смотрел на неё своими жёлтыми глазами, и в них читалось что-то, похожее на обречённость.

– Это многое объясняет, – сказал он. – Если имя Лириэль стёрто из архивов, значит, кто-то очень могущественный хотел, чтобы её забыли. И этот кто-то – не Кассиан Вэнн.

– Ты думаешь, это сделала Гильдия?

– Гильдия не станет тратить такие ресурсы на одну девушку. – Морфей спрыгнул с парапета и пошёл рядом с ней, когда она направилась вниз по улице. – Здесь что-то большее. Ритуал, о котором говорила Лириэль. Если Вэнн действительно пытался провести обряд вечной привязки, это не просто глупость влюблённого. Это древняя магия. Очень опасная. И очень запрещённая.

– Значит, нам нужно узнать больше о ритуале.

– Нам нужно поговорить с Вэнном. По-настоящему. Без масок, без недомолвок.

Элианна кивнула. Она знала, что Морфей прав. Все эти дни она работала со сном, но почти не разговаривала с человеком, которому этот сон принадлежал. Она видела его страх, его боль, его отчаяние. Но она не знала главного – что он сделал. И почему.

– Сегодня вечером, – сказала она. – Я приглашу его в мастерскую. И он расскажет всё.

– А если не расскажет?

– Расскажет. – Элианна посмотрела на своё запястье. Ожог под рукавом пульсировал ровно, спокойно, как второе сердцебиение. – Потому что теперь я ношу её след. И он это видит.

Она пошла быстрее, чувствуя, как город остаётся позади. Впереди был новый разговор, новые вопросы и, возможно, ответы. Но одно она знала уже сейчас: имя Лириэль стёрто из истории не случайно. Кто-то очень могущественный хотел, чтобы она исчезла. Или чтобы её никогда не нашли.

Но Элианна Ламар не была той, кто останавливается перед пустыми страницами. Она была той, кто их заполняет.

Она вернётся в архив. Она найдёт другие источники. Она докопается до правды. А пока – она будет ждать вечера. И разговора с человеком, который двадцать лет носил в себе секрет, который мог разрушить всё.

___

Особняк Вэннов стоял на северной окраине столицы, там, где городская застройка редела, уступая место паркам и старым усадьбам. Элианна никогда не бывала в этой части города – слишком богато, слишком тихо, слишком… пусто. Карета, которую она наняла, чтобы не идти пешком, остановилась у кованых ворот, и возница, молодой парень с веснушчатым лицом, с удивлением огляделся.

– Вы уверены, мадам? – спросил он, глядя на высокую стену, за которой виднелись только верхушки старых деревьев. – Здесь вроде никто не живёт.

– Живёт, – ответила Элианна, расплачиваясь. – Подождите меня. Я не задержусь.

Она вышла из кареты и подошла к воротам. Они были массивными, коваными, с гербом дома Вэннов – спящим львом, свернувшимся кольцом. Элианна потянула за цепь звонка, и звук разнёсся по ту сторону стены глухим, протяжным эхом.

Минута. Другая. Она уже хотела позвонить снова, когда ворота со скрипом начали открываться.

На пороге стоял слуга. Мужчина лет пятидесяти, в строгом чёрном сюртуке, с безупречно гладко выбритым лицом и абсолютно пустыми глазами. Элианна, привыкшая читать людей по лицам, не увидела в его взгляде ничего. Ни удивления, ни любопытства, ни даже обычной для слуг вежливой отстранённости. Только пустоту.

– Мадемуазель Ламар? – спросил он голосом, в котором не было интонации.

– Да. Я к лорду Вэнну. Мы договаривались.

– Лорд Вэнн ждёт вас. Следуйте за мной.

Он повернулся и пошёл по дорожке, ведущей к дому. Элианна последовала за ним, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Сад, через который они шли, был прекрасен – старые дубы, аккуратные клумбы, подстриженные кусты. Но в нём тоже не было жизни. Ни птиц, ни белок, ни даже насекомых, которые обычно роятся над цветами. Тишина стояла такая, что Элианна слышала собственное дыхание.

– Давно вы служите у лорда Вэнна? – спросила она, пытаясь завязать разговор.

– Двадцать лет, – ответил слуга, не оборачиваясь.

– И вы никогда не хотели уйти?

– Зачем? – В его голосе мелькнуло что-то – не удивление, скорее недоумение. – Моё место здесь.

Они подошли к дому. Он был огромным – трёхэтажным, с колоннами и широкой лестницей, ведущей к парадному входу. В архитектуре его угадывалась та же старинная элегантность, что и в особняке из сна, но здесь всё было настоящим. Камень, дерево, стекло – настоящее, живое, но… застывшее. Как будто время обошло этот дом стороной.

Слуга провёл её через парадный вестибюль, мимо портретов предков Вэннов, чьи глаза, казалось, следили за каждым её шагом. Они поднялись по широкой лестнице на второй этаж и остановились у высоких дверей из тёмного дуба.

– Лорд Вэнн в библиотеке, – сказал слуга. – Он просил передать, что вы можете войти без доклада.

Элианна кивнула и толкнула дверь.