Лика Сумеречная – ПОСЛЕДНЯЯ ИЗ РОДА СОЛНЦА (страница 9)

– Как-нибудь без мужика, – улыбнулась я. – Мне и так хорошо.

– Хорошо ей, – проворчала тётя Глаша. – Ладно, беги. Я к старосте, там новости с границы пришли. Говорят, Северный Лорд…

Я замерла.

– Что – Северный Лорд?

– Да кто ж его знает. Говорят, пропал. Или убили. Или сам ушёл. Тёмные дела, в общем.

– Понятно, – сказала я как можно спокойнее. – Вы идите, тёть Глаш. А мне правда бежать надо.

Я развернулась и почти бегом вернулась в дом.

Кай сидел на лавке. Бледный, но с ясными глазами.

– Слышал? – спросила я.

– Достаточно, – ответил он.

Мы смотрели друг на друга, и в его взгляде я читала то же, что чувствовала сама: игра началась.

–

Три дня.

Три дня я выхаживала этого северного гостя, и за все три дня он не сказал мне ни слова о том, кто он на самом деле.

Я не спрашивала. Во-первых, потому что лечить легче, когда пациент молчит. Во-вторых, потому что боялась ответов.

Но утро четвёртого дня началось с того, что я открыла глаза и увидела его сидящим на лавке. Одного. С совершенно ясным взглядом.

– Ты очнулся, – сказала я глупо.

– Я не спал, – ответил он. – Три дня наблюдал, как ты суетишься вокруг меня. Занятное зрелище.

Я села, поправляя сбившуюся рубаху. В голове шумело от недосыпа, но мысль работала чётко: он в порядке. Действительно в порядке. Моё лечение сработало.

– Раны? – спросила я деловито.

– Затянулись.

– Жар?

– Спал.

– Проклятие?

Он помолчал.

– Отступило. Частично.

Я подошла и без спроса откинула край его рубахи. На груди, там, где ещё вчера чернели страшные раны, теперь розовели свежие шрамы. Чёрная кайма исчезла, но глубоко внутри, под кожей, я чувствовала что-то тёмное. Оно притаилось, замерло, но не ушло.

– Я не могу убрать его полностью, – призналась я. – Моих сил недостаточно.

– Твоих сил, – повторил он. – Не трав, не отваров, а сил.

Я отдёрнула руку и отвернулась к печи, делая вид, что поправляю дрова.

– Травы – это и есть моя сила.

– Не ври, – спокойно сказал он. – Я чувствую магию. Ты светишься, Айка. Даже сейчас, когда пытаешься быть незаметной.

Я резко обернулась. Он смотрел на меня без страха, без удивления – с интересом. Как учёный на редкий экземпляр.

– Ты не боишься? – спросила я.

– Чего?

– Того, что я могу оказаться не той, за кого себя выдаю.

Он усмехнулся – впервые за эти дни открыто, почти весело.

– Девушка, которая три дня выхаживала меня, не спрашивая платы, не пытаясь ограбить или убить, – это лучшая рекомендация. Кем бы ты ни была, ты спасла мне жизнь. Этого достаточно.

Я растерялась. Такого ответа я не ожидала.

– Есть хочешь? – спросила я, чтобы сменить тему.

– Хочу.

–

За завтраком мы молчали. Я наварила каши, нарезала хлеба, поставила на стол крынку с молоком. Он ел аккуратно, но с волчьим аппетитом человека, который давно не видел нормальной еды.

– Давно не ел? – спросила я.

– Четыре дня. До того как прийти сюда, я шёл по лесу трое суток.

– Трое суток с такими ранами?

– Выбора не было.

Я покачала головой. Железный человек. Или не человек?

Когда с едой было покончено, он отодвинул миску и посмотрел на меня в упор.

– Я должен заплатить за лечение.

– Я же сказала: потом придумаем.

– Я так не привык. – Он полез за пазуху и вытащил что-то, завёрнутое в тряпицу. – Возьми это.

Я развернула тряпицу и замерла.

На ладони лежал амулет. Круглый, размером с женский кулак, из тёмного металла, который, казалось, вбирал в себя свет. По краям шла вязь древних рун, а в центре мерцал камень – тёмно-синий, почти чёрный, но с искрой внутри.

– Что это? – спросила я.

– Плата, – коротко ответил он. – Этого хватит, чтобы ты могла не работать несколько лет. Продашь – получишь состояние.

– Такие вещи не носят простые путники.

– Я не простой путник.

– Знаю.

Он ждал. Я смотрела на амулет и чувствовала, как от него исходит тепло. Слабое, едва уловимое, но моё тело откликалось на него, как растение на солнце.

– Он магический, – сказала я.

– Очень. Родовой артефакт.

– И ты отдаёшь его мне?

– Ты спасла мне жизнь. Жизнь Лорда Севера стоит дорого.

Я подняла глаза. Он смотрел спокойно, без вызова, просто констатируя факт.