Лика Сумеречная – ПОСЛЕДНЯЯ ИЗ РОДА СОЛНЦА (страница 8)

Я видела такие однажды. Давно, в другой жизни, когда отец ещё был жив и к нам привели лекаря, который сунулся в Запретный лес. Он умер через час, превратившись в лёд.

Этот был ещё жив.

– Кто ты такой? – прошептала я, разглядывая его лицо.

Не знаю, что заставило меня взяться за лечение. Может быть, отчаяние в его глазах. Может быть, глупая надежда, что если я спасу его, то искуплю что-то в своей прошлой жизни. А может, просто привычка лечить всё, что дышит.

Я достала свои запасы.

–

Травы. Вода. Чистые тряпки. Всё, что у меня было.

Я промывала раны и видела, как чёрное неохотно отступает под моими пальцами. Моя сила – та самая, которую я прятала пять лет – просыпалась и тянулась к нему.

– Ты пахнешь светом, – вдруг сказал он.

Я вздрогнула и отдернула руки.

Он смотрел на меня. Взгляд уже осмысленный, но страшно уставший.

– Лежи, – приказала я. – Не разговаривай.

– Ты меня лечишь, – он не спрашивал, утверждал. – Значит, ты не простая травница.

– Я та, кто пытается спасти твою шкуру. Помолчи.

Он усмехнулся. Даже сейчас, весь израненный, еле живой, он нашёл силы усмехнуться.

– Упрямая.

Я закатала рукава и принялась заново обрабатывать самые глубокие раны. Пальцы дрожали, но я не позволяла себе остановиться. С каждой минутой я понимала всё яснее: этот человек не простой путник. Такие раны не получают в драке с разбойниками. Такие раны оставляет только одна тварь – та, что живёт в Северном лесу.

– Ты из Цитадели? – спросила я, затягивая повязку.

Он помолчал.

– Можно и так сказать.

– Лорд?

– Можно и так.

Я резко подняла голову. В свете свечей его лицо казалось высеченным из камня. Красивое. Опасное. И эти глаза – светлые, холодные, нечеловеческие.

– Ты Северный Лорд, – выдохнула я.

– Я Кай, – ответил он. – Просто Кай. Сегодня.

Я смотрела на него и не знала, что делать. Бежать? Добить? Спрятать?

– Ты не похож на чудовище, – сказала я наконец.

– Чудовища редко похожи на себя. В этом их главная сила.

Я хмыкнула и вернулась к ранам.

–

До рассвета я не сомкнула глаз. Меняла повязки, поила отварами, следила, чтобы жар не поднялся снова. Он то проваливался в забытьё, то открывал глаза и смотрел на меня долгим, изучающим взглядом.

– Как тебя зовут? – спросил он под утро.

– Айка.

– Айка, – повторил он. – Спасибо.

– Не за что. Ты мне заплатишь.

– Чем?

Я пожала плечами:

– Придумаю. Ты должен.

Он улыбнулся. Впервые – по-настоящему. И от этой улыбки у меня внутри что-то перевернулось.

– Договорились.

За окном начало светать. Петухи ещё не запели, но небо на востоке посерело. Скоро в деревне начнётся жизнь, и мне нужно было придумать, как объяснить появление в моём доме этого… этого северного гостя.

– Отдыхай, – сказала я, поднимаясь. – Завтра поговорим.

– Сегодня, – поправил он. – Уже сегодня.

– Сегодня, – согласилась я. – Спи.

Я задула свечи и вышла во двор. Воздух был свежим, пахло росой и хвоей. Я села на крыльцо – то самое, где нашла его несколько часов назад – и обхватила колени руками.

Что я наделала? Впустила в дом чужака. Северного Лорда. Проклятого. Того, кого боятся все.

Но когда он смотрел на меня, я не чувствовала страха. Я чувствовала что-то другое. Что-то, чему не могла подобрать названия.

– Дура, – сказала я себе. – Круглая дура.

Из дома донёсся тихий стон. Я вскочила и побежала обратно.

–

Он метался в бреду.

– Деймон… не смей… она моя… – слова вырывались хрипло, бессвязно. – Солнце… не отдам…

Я опустилась рядом, приложила ладонь к его лбу. Горячий. Снова горячий.

– Тихо, – прошептала я. – Тихо, Кай. Ты в безопасности.

Он вдруг схватил мою руку. Крепко, до боли.

– Не уходи, – сказал чётко, глядя прямо на меня. – Останься.

– Я здесь, – ответила я. – Я никуда не уйду.

Он выдохнул и расслабился, проваливаясь в сон. Но руку мою не отпустил.

Я сидела рядом, чувствуя тепло его ладони, и понимала: моя тихая жизнь закончилась. В ту самую минуту, как он постучал в мою дверь.

Или даже раньше. В ту минуту, когда я решила открыть.

–

Утром я вышла во двор за водой и столкнулась с тётей Глашей.

– Айка! Ты чего такая бледная? Опять не спала? – она подозрительно оглядела меня. – И чего это у тебя дверь на засове? Боишься кого?

– Травы сушила, – ответила я привычную ложь. – Всю ночь провозилась.

– Травы, травы… – тётя Глаша покачала головой. – Ты бы хоть мужика себе завела, что ли. А то всё одна да одна. Не дело это.