Лика Сумеречная – По правилам и без (страница 14)

– Инспектор, – сказал он с лёгким поклоном. – Готов к проверке.

– Садитесь, – Элинор указала на стул в центре комнаты, окружённый защитными кристаллами. – Сегодня мы используем экранирование. Это должно исключить помехи.

– Должно? – Тарквин приподнял бровь, но послушно сел. – Вы не уверены?

– Я уверена в своей методике, – ответила Элинор, подходя к столу с датчиками. – Приступим.

Она взяла первый кристалл – базовый датчик совместимости, тот самый, который вчера пошёл дымом. Сегодня она подготовилась лучше. Защитные кристаллы вокруг герцога создавали невидимый барьер, который, по идее, должен был изолировать его магический фон от измерительного оборудования.

– Начинаю сканирование, – объявила Элинор, поднося датчик к герцогу на расстояние вытянутой руки.

Кристалл засветился ровным голубым светом.

– Показатели стабильны, – сказала она, чувствуя, как напряжение в её плечах начинает ослабевать. – Магический фон – 42.3 единицы. В пределах нормы.

– Вы выглядите уставшей, инспектор, – заметил Тарквин, глядя на неё спокойным взглядом. – Плохо спали?

– Это не относится к делу, – сухо ответила Элинор. – Не двигайтесь.

Она взяла второй датчик – расширенного спектра. Поднесла к герцогу. Кристалл засветился синим, но на этот раз цвет был глубже, насыщеннее.

– Показатели магической структуры – 67.8 единицы. Высокая плотность, но в пределах допустимого.

– А вы знаете, инспектор, – Тарквин говорил тихо, чтобы не мешать, но в его голосе слышалась лёгкая насмешка, – я сегодня специально не пил. И спал. Благодаря вашему чаю. Хороший был чай.

– Рада, что он помог, – Элинор взяла третий датчик – контрольный. – Теперь глубокое сканирование. Это займёт несколько минут. Пожалуйста, сидите абсолютно неподвижно.

Она поднесла третий кристалл к груди герцога, туда, где, по всем законам магической анатомии, должно было находиться его магическое ядро.

Кристалл вспыхнул.

Свет был ослепительным – не ровным голубым, а белым, пульсирующим, с золотистыми прожилками, которые расходились во все стороны, словно молнии.

– Что… – начала Элинор.

Первый датчик, тот, что стоял на столе, издал пронзительный звон. Второй присоединился к нему. Защитные кристаллы вокруг герцога начали трескаться – один за другим, с тонким, стеклянным звуком.

– Шеф! – Лира вскочила с места.

– Не подходи! – крикнула Элинор, но не отступила. Она смотрела на третий кристалл в своей руке, и то, что она видела, не укладывалось в голове.

Внутри кристалла, в его идеальной структуре, начали формироваться цифры. Не те, что должны были появиться при обычном сканировании. Не показатели магического фона, не плотность, не стабильность.

Другие цифры.

Цифры, которые Элинор видела только в учебниках. Цифры, которые появлялись только в одном случае – когда датчик регистрировал не просто магическое ядро, а…

– Нет, – прошептала она. – Этого не может быть.

– Что? – Тарквин подался вперёд, нарушив положение. – Что вы видите?

– Сидите смирно! – Элинор попыталась отстраниться, но её рука словно прилипла к кристаллу. А кристалл – к груди герцога.

Цифры росли. Сначала 47.3. Потом 68.9. Потом 85.4.

Они росли так быстро, что Элинор не успевала их осмыслить. Кристалл в её руке нагревался, начинал вибрировать, и она чувствовала, как сквозь него проходит что-то – тёплое, живое, пульсирующее в такт её сердцу.

– Отпустите, – сказал Тарквин тихо. – Вы обожжётесь.

– Я не могу, – ответила Элинор. Её голос дрожал. – Он… он не отпускает.

Цифры достигли 97.6. Кристалл светился так ярко, что в комнате стало светло, как в солнечный день. Защитные кристаллы вокруг герцога рассыпались в пыль один за другим.

– Шеф, ради всего святого! – Лира стояла у стены, прикрывая лицо руками.

И然后在 последний момент, когда Элинор уже думала, что кристалл взорвётся у неё в руке, цифры остановились.

100%

Она смотрела на это число, и мир вокруг неё перестал существовать. Не было лаборатории. Не было Лиры. Не было защитных кристаллов, рассыпавшихся в пыль.

Было только это число.

100%.

Идеальная совместимость.

Истинная пара.

– Нет, – сказала Элинор. Громко, отчётливо, с той интонацией, которой она обычно ставила резолюцию «Отказать» на самых безнадёжных запросах. – Это ошибка.

Кристалл в её руке дёрнулся в последний раз – и взорвался.

Осколки разлетелись во все стороны, но Элинор даже не пошевелилась. Она стояла, глядя на пустую ладонь, на которой ещё светились золотистые искры – остатки цифры, которую она не могла принять.

– Шеф! – Лира подбежала к ней. – Вы не ранены?

– Я в порядке, – ответила Элинор, но голос её звучал так, словно она была не здесь. Словно она была где-то очень далеко.

– Инспектор, – Тарквин поднялся со стула. Его лицо было бледным, а в глазах горело что-то – страх? надежда? – Вы видели то же, что и я?

– Я ничего не видела, – отрезала Элинор. – Датчик был неисправен. Как и вчера. Как и все предыдущие.

– Шеф, – Лира коснулась её руки, – но я тоже видела. Цифры. 100%. Это…

– Это ошибка, – повторила Элинор, и в её голосе послышались металлические нотки. – Техническая ошибка. Датчики этой партии дают сбой. Я напишу рапорт. Потребую замены.

– Вы лжёте, – тихо сказал Тарквин.

Элинор подняла на него глаза. В её взгляде была сталь, выкованная восемью годами безупречной службы.

– Я инспектор магического соответствия, герцог, – сказала она ледяным тоном. – Я не лгу. Я оперирую фактами. А факт в том, что датчик вышел из строя и дал неверные показания. Это всё.

– Вы видели цифры, – Тарквин сделал шаг к ней. – Я видел ваше лицо. Вы знаете, что это правда.

– Я знаю, – Элинор выпрямилась, глядя ему прямо в глаза, – что вы не моя пара. Потому что у меня нет пары. Я инспектор. Моя работа – проверять чужие браки. Не создавать свои.

– А если датчик прав? – Тарквин не отступал. В его голосе не было прежней насмешливости. Только напряжение. – Если 100% – это не ошибка? Если всё, что я искал восемь лет…

– Вы искали не меня, – перебила Элинор. – Вы меня не знаете. Я здесь три дня. Вы ничего обо мне не знаете.

– Я знаю, что вы не спите по ночам, разбирая документы, – сказал Тарквин. – Я знаю, что вы пьёте чай с ромашкой, когда нервничаете. Я знаю, что вы носите королевскую печать у сердца, потому что боитесь, что её украдут. Я знаю, что вы одиноки, как и я. И я знаю, что, когда вы смотрите на меня, ваши глаза становятся живыми.

Элинор почувствовала, как что-то внутри неё обрушивается. Стена, которую она строила годами. Барьер, который отделял её от всего, что нельзя было измерить цифрами.

– Этого недостаточно, – сказала она, и её голос дрогнул. – Чувств недостаточно. Есть правила. Есть законы. Есть…

– Есть истина, – Тарквин подошёл ближе. – Которая не вписывается ни в какие правила.

Он протянул руку, и Элинор отшатнулась – не потому, что испугалась, а потому, что знала: если он коснётся её сейчас, она не сможет притворяться дальше.

– Не трогайте меня, – сказала она.

Тарквин остановился. Опустил руку.

– Хорошо, – сказал он тихо. – Я не буду трогать. Но вы не сможете игнорировать то, что произошло. Ни вы, ни я. 100%, инспектор. Это не шутка.

– Это поломка, – упрямо повторила Элинор.