Лика Сумеречная – Однажды в библиотеке миров (страница 5)
Фолиант усмехнулся – насколько кот вообще может усмехаться.
– Потому что даже пустой, он хранит её отпечаток. Попробуй прикоснуться.
Айрис протянула руку к полке. И едва пальцы коснулись дерева, как мир вокруг взорвался.
Она не видела, она чувствовала. Миллионы жизней, проносящихся перед глазами. Рождения и смерти, любовь и ненависть, взлёты цивилизаций и их падения, шёпот влюблённых и крики сражений, первые слова детей и последние вздохи стариков. Всё это одновременно, наложенное друг на друга, как тысячи прозрачных плёнок.
Айрис закричала и отдёрнула руку.
Она сидела на полу, тяжело дыша. Фолиант смотрел на неё с беспокойством.
– Ты в порядке?
– Что… что это было?
– Эхо, – ответил кот. – Книга Судеб была здесь так долго, что впиталась в само дерево. Даже сейчас, когда её нет, прикосновение к стеллажу даёт почувствовать… ну, ты почувствовала.
– Это было… – Айрис не могла подобрать слов. – Это было слишком.
– Книга Судеб не для слабых, – согласился Фолиант. – Поэтому её никто и не читает целиком. Говорят, даже боги боятся заглядывать в неё слишком долго.
Айрис поднялась, отряхивая юбку. Руки всё ещё дрожали.
– Зачем ты привёл меня сюда? – спросила она. – Мы ведь шли к той книге, в Зале Древних Фолиантов. Зачем этот крюк?
– Чтобы ты поняла, – Фолиант встал и потянулся, выгибая спину. – Книга, которую ты нашла сегодня утром… она появилась в том месте не случайно. Зал Древних Фолиантов – самое близкое место к тому, где раньше хранилась Книга Судеб. Если какая-то сила пытается вернуть её в мир… она начнёт оттуда.
– Ты думаешь, та книга… это и есть Книга Судеб?
– Я думаю, – медленно сказал Фолиант, – что нам нужно быть готовыми ко всему. Триста восемьдесят семь лет я живу в этой Библиотеке. И никогда – слышишь? никогда – здесь не появлялось книг без объяснения. А сегодня их появилось две. Испорченная "Пыль на корешках" в главном зале и таинственная книга в Древних Фолиантах. Это не совпадение.
Айрис посмотрела на пустой стеллаж. Теперь он не казался ей просто пустым. Он казался ожидающим.
– Пойдём, – сказала она решительно. – Покажешь мне дорогу к той книге. Настоящую дорогу, а не свои кошачьи тропы.
– Обижаешь, – фыркнул Фолиант. – Кошачьи тропы – самые настоящие. Просто вы, люди, их не видите.
Он развернулся и потрусил к выходу из Зала Ненаписанных Книг. Айрис задержалась на мгновение, оглядывая бесконечные ряды спящих миров.
– Я вернусь к вам, – пообещала она тихо. – Я прочитаю вас всех. Когда-нибудь.
Хрустальные книги, казалось, мигнули ярче в ответ. Или ей просто показалось.
Айрис выбежала вслед за котом, оставляя за спиной зал, полный неродившихся возможностей. Она не знала, что очень скоро некоторые из этих возможностей начнут просыпаться. И не все из них – добрые.
В коридорах Библиотеки было всё так же тихо. Вечный рассвет лился сквозь невидимые окна. Пахло книгами и покоем. Но Айрис чувствовала: покой этот – обманчив. Что-то назревало. Что-то, чему она не могла подобрать названия.
– Фолиант, – окликнула она кота.
– М?
– А легенда о Книге Судеб… там ещё что-то было? Кроме того, что она хранит все судьбы?
Кот остановился. Обернулся.
– Было, – сказал он неохотно. – Там было предупреждение.
– Какое?
– Что если страницы Книги Судеб начнут исчезать, реальность начнёт рассыпаться. Мир за миром. Пока не останется ничего.
– А если страницы начнут появляться? Новая книга, которой раньше не было?
Фолиант посмотрел на неё долгим взглядом.
– Этого в легенде нет, – сказал он наконец. – Потому что такого никогда не случалось.
Они двинулись дальше. Но Айрис заметила, что кот идёт быстрее, чем обычно. И хвост у него подрагивает – признак волнения, который она научилась распознавать за долгие годы.
Впереди была лестница вниз. В самое сердце Библиотеки.
К той самой книге.
___
Лестница вниз была бесконечной.
Айрис уже сбилась со счёта ступеней, когда Фолиант вдруг остановился так резко, что она едва не наступила ему на хвост.
– Тсс, – прошипел кот, и его шерсть встала дыбом.
– Что случилось? – прошептала Айрис, замирая.
– Чувствуешь?
Айрис прислушалась. Сначала ничего, кроме собственного дыхания и далёкого-далёкого шороха книжных страниц, которые всегда шевелились сами по себе. Но потом…
Холод.
Не просто прохлада, которая всегда царила в глубинах Библиотеки, а настоящий, пробирающий до костей холод. Такой бывает только в одном месте – там, где граница между мирами истончается настолько, что сквозь неё просачивается дыхание небытия.
– Кто-то пришёл, – сказал Фолиант. – Не по правилам.
– В Библиотеку нельзя прийти не по правилам, – возразила Айрис. – Вход только через главный портал, и только с моего разрешения.
– Ты уверена?
Айрис открыла рот, чтобы ответить, и закрыла. Потому что в этот момент снизу, из темноты, донёсся звук.
Шаги.
Медленные, тяжёлые, словно кто-то с трудом передвигал ноги, хотя под ногами была каменная лестница. И вместе с шагами – шорох. Будто кто-то волочил за собой тяжёлую ткань.
– Назад, – скомандовал Фолиант. – Быстро. Наверх.
Они побежали. Вернее, Айрис побежала, а Фолиант летел рядом, его лапы едва касались ступеней. Сердце колотилось где-то в горле. Айрис не помнила, когда в последний раз бегала – наверное, никогда за все триста сорок семь лет. Хранителям не нужно бегать.
Лестница кончилась внезапно. Они вылетели в коридор, ведущий к Главному Залу, и Айрис, задыхаясь, прислонилась к стене.
– Что это было? – выдохнула она.
– Не знаю, – признался Фолиант. Его усы дрожали. – Но оно идёт сюда. Чувствуешь? Холод становится сильнее.
Айрис кивнула. Воздух вокруг действительно заметно остыл, и её дыхание начало превращаться в пар.
– Нам нужно в Главный Зал, – сказала она. – Там защитные барьеры. Там мы будем в безопасности.
– Ты правда думаешь, что барьеры остановят то, что идёт по лестнице, на которой нет никаких барьеров?
– А что ты предлагаешь? Спрятаться в Зале Поэзии и ждать, пока оно найдёт нас?
Фолиант задумался на секунду.
– Вообще-то звучит неплохо, но… нет. Ты права. Идём в Главный Зал. Хотя бы встретим его лицом к лицу.
Они побежали дальше. Коридоры мелькали один за другим, привычные, родные, а сейчас вдруг ставшие чужими и пугающими. Айрис заметила, что книги на полках дрожат. Буквально дрожат, словно им тоже было страшно.
Главный Зал встретил их всё той же величественной тишиной. Вечный рассвет лился сквозь невидимые окна, и в его лучах кружились пылинки. Стойка регистрации стояла на месте, пустая и безмолвная.