Лика Сумеречная – Однажды в библиотеке миров (страница 2)

Айрис замерла. Тряпица выпала из рук.

– Что?

– Я считал вчера. Двенадцать тысяч четыреста восемьдесят три. Я считаю сегодня. Двенадцать тысяч четыреста восемьдесят четыре.

Айрис медленно обвела взглядом ряды шкафов. Книги стояли смирно, как ни в чём не бывало.

– Ты уверен?

– Я кот, – оскорбился Фолиант. – Я всегда уверен.

– Но… новые книги не могут появляться здесь просто так. Это же архив! Сюда попадают только после гибели миров или…

Она не договорила. Потому что в этот момент в дальнем конце зала, в самом тёмном углу, она увидела тонкий лучик света, пробивающийся между шкафами. Света там быть не могло – стены каменные, кристаллы на потолке распределены равномерно.

Айрис шагнула вперёд. Фолиант бесшумно скользнул следом.

Между двумя огромными шкафами, там, где раньше была только стена, теперь зиял узкий проход. А в конце прохода, в маленькой нише, на простой деревянной подставке лежала книга.

Она была не похожа на другие. Никакого золотого тиснения, никаких драконьих рун, никакой древней кожи. Обычный тёмный переплёт, без единой надписи. И от неё исходило тепло – живое, пульсирующее, как сердце.

– Что это? – прошептала Айрис.

– Я не знаю, – впервые на её памяти Фолиант не нашёлся с ответом. – Я никогда её не видел.

Айрис протянула руку.

И в этот момент в главном зале Библиотеки, за много этажей над ними, что-то с грохотом разбилось. Что-то тяжёлое. Что-то, чему не место в тишине.

Айрис отдёрнула руку и обернулась на звук.

Фолиант смотрел на неё, и в его зелёных глазах впервые за много лет появился страх.

– Тебе лучше подняться, – сказал он тихо. – Сейчас же.

Айрис бросила последний взгляд на таинственную книгу в нише и побежала к лестнице. Сердце колотилось где-то в горле.

Она ещё не знала, что этот день изменит всё. Что тишина, которую она так любила, больше никогда не будет прежней.

Что её история только начинается.

___

Айрис вбежала в Главный Зал, запыхавшаяся, сбившаяся с ритма дыхания, с растрепавшимися волосами, выбившимися из пучка. Сердце колотилось где-то в ушах, заглушая даже эхо её собственных шагов по мраморному полу.

Главный Зал встречал её величественным спокойствием. Высоченные колонны уходили в туманную высь, между ними стояли пульпитры с раскрытыми фолиантами, в которых никто не читал уже столетия, а в центре, под огромным куполом, изображающим карту всех известных миров, находилась стойка регистрации – массивный стол из тёмного дуба, за которым Айрис обычно выдавала книги редким посетителям.

Сейчас за этим столом никого не было.

И никакого грохота тоже не было.

Тишина стояла такая абсолютная, что Айрис слышала, как где-то далеко-далеко капает вода из неисправного фонтанчика в Зале Поэтических Метафор.

– Но я же слышала… – прошептала она, оглядываясь.

– Ш-ш-ш, – раздалось откуда-то сверху.

Айрис задрала голову. На люстре, огромном сооружении из хрусталя и магических свечей, которое свисало с купола на толстых цепях, сидел Фолиант. Как он туда забрался, оставалось загадкой, учитывая, что люстра находилась метрах в тридцати над полом.

– Ты как туда… – начала Айрис.

– Неважно, – перебил кот. – Смотри.

Он ткнул лапой вниз. Айрис перевела взгляд и только сейчас заметила то, чего не заметила вбегая.

На полу, прямо перед стойкой регистрации, лежала книга.

Точнее, не лежала, а валялась, раскрытая, словно её уронили или, скорее, швырнули с силой. Страницы были смяты, переплёт треснул, и из него, как кровь из раны, сочилась какая-то серебристая жидкость.

– Что это? – Айрис подошла ближе, опустилась на колени.

Книга была старой. Очень старой. Кожаный переплёт, когда-то бывший, наверное, зелёным, выцвел до болотного. Золотое тиснение стёрлось почти полностью, остался лишь неразборчивый узор. Но серебристая жидкость, вытекающая из разлома, пульсировала слабым светом, словно живая.

– Это "Пыль на корешках", – спокойно сказал Фолиант, спрыгивая с люстры. Он приземлился на все четыре лапы абсолютно бесшумно, словно пролетел не тридцать метров, а тридцать сантиметров. – Полное название: "Сборник философских трактатов о природе времени, одиночества и книжной пыли". Автор – неизвестный монах из мира Цитадели Вечности. Написана примерно три тысячи лет назад. Очень редкий экземпляр. Второй такой сохранился только в личной коллекции Повелителя Снов, но он вряд ли расстаётся со своей библиотекой.

Айрис посмотрела на кота с уважением и лёгкой завистью. Фолиант знал всё. Каждую книгу в Библиотеке, каждого автора, каждую строчку. Иногда Айрис казалось, что он и сам – книга, просто принявшая форму кота.

– Почему она упала? – спросила Айрис, осторожно касаясь переплёта. Серебристая жидкость на её пальцах не оставляла следа, просто испарялась.

– Она не упала, – Фолиант подошёл ближе, обнюхал книгу. – Её бросили.

– Кто?

– Вот это, – кот поднял на Айрис свои зелёные глаза, – самый интересный вопрос.

Айрис села прямо на пол, подобрав под себя юбку. Она взяла книгу в руки, бережно, как раненую птицу. Страницы внутри были исписаны мелким каллиграфическим почерком на языке, который она знала, но редко использовала.

– Здесь что-то вписано от руки, – заметила она. – Прямо на полях. Это не авторский текст.

– Покажи.

Айрис повернула книгу к коту. Фолиант прищурился, его усы дрогнули.

– Это не дополнение, – сказал он наконец. – Это исправление. Кто-то правил текст.

– Зачем?

– Чтобы изменить смысл.

Айрис почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она посмотрела на раскрытые страницы. Текст был философским, как и сказал Фолиант, – рассуждения о том, что книги живут дольше людей, что пыль на корешках – это память, что одиночество Хранителя – это не проклятие, а дар.

Но теперь некоторые слова были зачёркнуты. Рядом, тем же серебристым, что сочилось из переплёта, было вписано новое.

Вместо "Хранитель – это привилегия" стояло "Хранитель – это тюрьма".

Вместо "Книги ждут" стояло "Книги помнят твоё одиночество".

Вместо "Ты никогда не один, пока есть истории" стояло "Ты никогда не будешь частью ни одной из них".

Айрис захлопнула книгу. Дыхание перехватило.

– Это… – начала она.

– Это написано специально для тебя, – закончил Фолиант. – Не делай вид, что не поняла.

Айрис поднялась на ноги. Книга в руках показалась вдруг тяжёлой, горячей, чужой.

– Кто мог сюда проникнуть? – спросила она. – Вход охраняется магией. Никто не может войти без моего разрешения. Даже ты, – она посмотрела на кота, – даже ты не можешь провести сюда постороннего.

– Я знаю, – Фолиант потёрся о её ногу, что делал крайне редко, только когда хотел утешить. – Но есть вещи, которым не нужно разрешение. Есть вещи, которые уже здесь.

Айрис посмотрела на люстру, на колонны, на бесконечные ряды книг за стеклянными дверями. Библиотека вдруг показалась не уютным домом, а ловушкой. Местом, где за каждым корешком может скрываться что угодно.

– Я не понимаю, – призналась она.

– Ты не понимаешь, – согласился Фолиант. – Но это нормально. Понимание придёт. Или не придёт. В любом случае, тебе нужно выпить чаю. Ты дрожишь.

Айрис и правда дрожала. Она не заметила.