Лика Сумеречная – Невеста по контракту: инструкция по выживанию (страница 6)

А пока Ян лежал на холодном полу серверной, истекая кровью, и видел, как безликая фигура выходит вон, оставляя за собой дымящиеся серверы и стертую память.

Он умирал, но перед смертью успел запустить одну программу. Ту, что не стереть никаким взломом. Ту, что сохранит его сознание в сетях корпорации.

Последняя мысль Яна была о сестре.

«Вероника… ты должна выжить. Кто-то должен рассказать им правду».

А потом наступила тишина.

Глава 5: Скорость реакции

Когда двое в черном ворвались в кабинет Властислава, Мирослава не думала.

Позже, анализируя свои действия, она поймет, что мыслей вообще не было. Было только тело – натренированное годами работы в условиях, где промедление стоило жизни. Были рефлексы, отточенные до автоматизма. Было то самое чутье, которое позволяло ей чувствовать опасность за секунду до того, как она материализовывалась.

Сейчас оно кричало: «ДВИГАЙСЯ».

Контейнер из-под артефакта – тяжелый, прочный, с острыми гранями – полетел в первого нападавшего, и Мирослава даже не смотрела, попала она или нет. Она уже ныряла под стол Властислава, выхватывая разрядник, и одновременно сканировала пространство в поисках того, что можно использовать дальше.

Глаза работали быстрее мозга.

Стол Властислава – массивный, из черного оникса, встроенные ящики. Скорее всего, с защитой. Бесполезно. Стены – зачарованное стекло, за которым ночной город. Хрупкое, но не для пробития голыми руками. Пол – каменный, скользкий. На полу – тела. Первый нападавший без сознания, второй – над ней, уже формирует плетение.

Разрядник ушел в потолок. Мирослава знала, что будет дальше: короткое замыкание, темнота, секундная дезориентация противника. Она не ошиблась.

Свет погас.

Во тьме Мирослава видела лучше, чем большинство людей. Годы жизни в районах, где электричество было роскошью, а магическое освещение – опасной привилегией, сделали её глаза чувствительными к самым слабым источникам света. Сейчас такими источниками были багровое свечение плетения на ладони второго нападавшего и тусклое мерцание «Сердца Пустоты» на столе.

– Твою ж… – выдохнул боевик, пытаясь перестроить заклинание для работы в темноте.

Мирослава уже была рядом.

Локоть в солнечное сплетение. Удар – короткий, резкий, вбивающий воздух из легких. Противник согнулся, инстинктивно опуская руки, и его незаконченное плетение рассыпалось искрами. Ладонь снизу – в челюсть, вбивая позвонки в череп. Третий удар – ребром ладони по шее, точно в сонную артерию.

Тело рухнуло на пол, даже не дернувшись.

Мирослава замерла, прислушиваясь к темноте. Тишина. Только тяжелое дыхание Властислава за спиной и мерный гул вентиляции где-то в стенах.

– Живы? – спросила она, не оборачиваясь.

– Как видите, – голос Властислава был спокойным, будто они обсуждали погоду. – Впечатляет. Для курьера.

– Не для курьера, – отрезала Мирослава, опускаясь на корточки рядом с поверженным боевиком. – Для человека, который выживает. Есть разница.

Она обыскала тело быстро, профессионально. Курьерская школа выживания включала в себя и такие навыки – когда доставляешь грузы в «Пепел», нужно уметь забирать трофеи с тел тех, кто не смог тебя убить. Никаких документов. Никаких опознавательных знаков. Только оружие – магические накопители, разрядник (мощнее её, профессиональный), и странный амулет на шее, пульсирующий глухим багровым светом.

– Связь, – она сорвала амулет и швырнула на пол, раздавив каблуком. Стекло хрустнуло, багровый свет погас. – Их кто-то вел. Координировал.

– Я знаю, – Властислав зажег маленькую лампу на столе – единственный источник света, который уцелел. В его холодном сиянии лицо главы корпорации казалось вырезанным изо льда. – И я знаю, кто.

– Тогда, может, поделитесь? – Мирослава поднялась, чувствуя, как дрожат руки. Адреналин спадал, оставляя после себя пульсирующую боль в висках. – Мне, как вашему… временному активу, было бы неплохо знать, от кого меня спасать в ближайшие полгода.

Властислав посмотрел на неё долгим взглядом. В его глазах – серых, почти прозрачных – промелькнуло что-то, похожее на уважение. Или, по крайней мере, на интерес.

– Конкуренты, – сказал он наконец. – «Техномантия Юга». Мы боремся за контракт с родом Розенкранц. Контракт, который определит расклад сил в магической индустрии на ближайшее десятилетие.

– И ради этого они убивают секретарш и нападают на главу корпорации?

– Ради этого они убивают города, Мирослава, – голос Властислава стал тише, жестче. – Вы ещё не поняли, в какую игру ввязались. «Сердце Пустоты» – это не просто артефакт. Это ключ к технологиям, которые могут изменить всё. С его помощью можно стабилизировать магические потоки, увеличить эффективность кристаллов в десятки раз. Или, – он сделал паузу, – можно уничтожить энергосистему города за одну ночь.

– И вы хотите его использовать?

– Я хочу, чтобы он не достался тем, кто использует его для уничтожения.

В коридоре послышались шаги. Много шагов. Тяжелых, уверенных.

– Полиция, – сказал Властислав, не меняя выражения лица. – Встаньте за моим креслом. И постарайтесь выглядеть напуганной.

– Я не умею притворяться, – огрызнулась Мирослава, но послушно переместилась за спину Властислава.

– Учитесь. Это теперь часть вашей работы.

Когда дверь распахнулась, и в кабинет ворвались люди в форме магической полиции, Мирослава стояла за креслом Властислава, положив руки на его спинку. Она не выглядела испуганной – она выглядела уставшей, злой и готовой к новому бою.

Но полицейские этого не заметили. Они видели только главу корпорации – спокойного, властного, держащего ситуацию под контролем. И девушку за его спиной. Тень. Приложение к главной фигуре.

– Господин Северов, – старший полицейский отдал честь, бросая взгляд на тела на полу. – Что здесь произошло?

– Нападение, – голос Властислава был ледяным. – Моя секретарша ранена, охрана выведена из строя. Нападавшие нейтрализованы.

– Кем? – полицейский оглядел кабинет, ища боевого мага.

– Мной, – ответила Мирослава, не дожидаясь подсказки Властислава.

Полицейский уставился на неё. На её куртку с выцветшей нашивкой, на разбитые перчатки, на лицо без грамма косметики и дорогих украшений.

– Вы? – в его голосе звучало недоверие. – И кто вы?

– Моя невеста, – сказал Властислав, и в кабинете повисла тишина. – Мирослава. Мы планируем пожениться. Сегодня она привезла документы и оказалась в эпицентре атаки.

Полицейский переводил взгляд с Властислава на Мирославу и обратно. Его лицо выражало сомнение, но перечить главе корпорации он не решался.

– Невеста, – повторил он. – И она справилась с четырьмя обученными боевиками?

– С двумя, – поправила Мирослава. – Остальных я не видела. Но справилась, да. У меня есть навыки самообороны.

– Какие навыки могут быть у курьера против…

– Курьера, который работает в «Пепле», – перебила Мирослава, и её голос стал жестче. – Вы знаете, сколько там нападений за смену? Сколько раз нужно уворачиваться от пуль, заклинаний и голодных тварей? Я выживаю там каждый день. Два боевика в чистом кабинете – это отдых.

Она сказала это с такой уверенностью, что полицейский замолчал. Властислав смотрел на неё с выражением, которое она не могла прочитать. Удовольствие? Удивление? Или, может быть, удовлетворение от того, что его «временный актив» оказался с характером?

– Мы проведем расследование, – сказал полицейский, возвращаясь к профессиональному тону. – Господин Северов, вам нужно будет дать показания. И вашей… невесте тоже.

– Завтра, – голос Властислава не терпел возражений. – Сейчас моя невеста в шоке, я тоже не в лучшей форме. Мы свяжемся с вами.

– Но…

– Завтра, – повторил Властислав, и в его голосе появились стальные нотки. – Я оплачу ваш overtime. В двойном размере.

Полицейский понял, что спорить бесполезно. Он кивнул, отдал приказ своим людям забирать тела и документировать место преступления.

Когда они ушли, Мирослава рухнула в кресло напротив стола – то самое, где минуту назад сидел Властислав.

– Невеста, – она устало усмехнулась. – Это было быстро. Я думала, мы объявим о помолвке через неделю. Сделаем вид, что всё по-настоящему.

– Обстоятельства изменились, – Властислав подошел к бару, встроенному в стену, и достал две рюмки и графин с темной жидкостью. – Сегодняшнее нападение – это сигнал. Они знают, что «Сердце Пустоты» у меня. И они не остановятся.

Он налил напиток в обе рюмки, подвинул одну Мирославе.

– Что это? – спросила она, нюхая. Пахло травами, льдом и чем-то неуловимо опасным.

– Северный мороз. Специальный напиток для восстановления магического фона. Вам нужно.

– У меня нет магического фона, – напомнила Мирослава.

– После сегодняшнего – есть. Вы использовали адреналин, скорость, реакцию. Это тоже магия. Только другого рода. – Он поднял свою рюмку. – За ваш первый день в корпорации.