Лика Сумеречная – Невеста по контракту: инструкция по выживанию (страница 4)

– Три миллиона, – прошептала Мирослава. Сумма была такой огромной, что не укладывалась в голове. Она таскала посылки за пять тысяч. Рисковала жизнью за десять. А здесь…

– И ещё кое-что, – добавил Властислав, словно вспомнив о мелочи. – Ваш дар. Я проверил его характеристики по базе курьерской службы. Диагностика: «слабый, небоевой, пригоден только для низкоуровневой бытовой магии».

– И что с ним?

– Ничего. Но в моей корпорации работают лучшие магические диагносты. Возможно, ваша слабость – это не врожденная особенность, а блокировка. Или неправильное развитие каналов. Я готов оплатить полную диагностику и, если потребуется, развитие дара.

Мирослава смотрела на контракт, чувствуя, как кружится голова. Слишком много информации. Слишком много цифр. Слишком много «если».

– Почему я? – спросила она. – В городе тысячи девушек, которые мечтают стать женой магната. Красивых, образованных, с идеальными манерами. Почему курьер, который только что устроил драку в вашем кабинете?

Властислав замер.

На секунду – всего на секунду – его ледяная маска дала трещину. В глазах мелькнуло что-то, похожее на… признание?

– Потому что вы доставили посылку на шесть минут раньше срока, – сказал он тихо. – Потому что, когда на меня напали, вы не побежали. Вы бросили в преступника контейнером, который стоил дороже вашей жизни. Потому что, – он сделал паузу, – вы единственный человек за последние пять лет, который посмотрел на меня и не попросил ничего, кроме оплаты по факту.

– Я попросила. Десять тысяч. Вы сами предложили.

– Вы не попросили. Вы сказали, что мать больна. Это не просьба. Это факт. – Он постучал пальцем по контракту. – У вас есть три минуты, чтобы принять решение. Полиция уже в здании.

Мирослава посмотрела на контракт. На кристалл «Сердце Пустоты», мерцающий в темноте. На тела нападавших. На лицо Властислава – холодное, чужое, но вдруг ставшее не таким пугающим, как минуту назад.

– Я даже имени вашего не знаю, – вырвалось у неё.

– Властислав, – он кивнул. – Властислав Северов. А вы – Мирослава. Мирослава…?

– Просто Мирослава, – ответила она. – У нас в районе фамилии не носят. Ими можно подавиться.

Она взяла контракт.

Бумага была тяжелой – пропитанной магией, хранящей каждое слово. Мирослава пробежала глазами текст, не вникая в детали. Она знала, что подписывает договор с тем, кого в её районе называли «Ледяной герцог». Знала, что фиктивные браки редко остаются фиктивными – и что обычно это заканчивается плохо.

Но за спиной у неё была мать, которая умирала уже три года. Квартира, которую вот-вот отберут за долги. И дар, который никогда не давал ей стать тем, кем она хотела быть.

– У меня есть условие, – сказала Мирослава, поднимая глаза.

– Какое? – Властислав уже протягивал ей ручку – стальное перо с накопителем крови, для магической фиксации подписи.

– Моя мать. Она не должна знать, что брак фиктивный. Пусть думает, что я действительно вышла замуж. По любви. Ей будет спокойнее.

Властислав замер, обдумывая это требование. Мирослава ждала, чувствуя, как капли пота стекают по спине.

– Приемлемо, – сказал он наконец. – Но есть встречное условие.

– Какое?

– Вы будете учиться. Манерам, этикету, основам магического права. Жена главы корпорации не может позволить себе… – он окинул взглядом её куртку, разбитые перчатки, – такой экстремальной непосредственности.

– Я научусь, – Мирослава взяла ручку. – Но вы тоже кое-что должны понять.

– И что же?

– Я не вещь, которую можно купить. Я – человек. И если вы будете обращаться со мной, как с проблемой логистики, – она приставила острие пера к бумаге, чувствуя, как магия контракта тянет из пальца каплю крови, – однажды я стану вашей самой большой проблемой.

Она подписала контракт.

В тот же миг бумага вспыхнула серебристым светом, и Мирослава почувствовала, как тонкая нить магической связи опутывает её запястье, уходя к Властиславу. Символическая связь. Временная. Оборвется через полгода.

Или нет.

Властислав взял контракт, просмотрел подпись, кивнул.

– Рад сотрудничеству, – сказал он тем же тоном, каким подписывал бумаги минуту назад, даже не поднимая глаз. – А теперь, пожалуйста, встаньте за моим креслом и постарайтесь выглядеть испуганной. Полиция уже в коридоре.

Мирослава послушно переместилась за спину Властислава, чувствуя, как глупо это выглядит. Она только что согласилась стать женой человека, который рассматривал её как логистическую единицу. Она подписала контракт, даже толком не прочитав мелкий шрифт. Она продала себя за лечение матери.

И всё же, когда в кабинет ворвались люди в форме магической полиции, а Властислав, не меняя выражения лица, начал объяснять им, что его секретарша была убита наемниками, а перепуганная невеста просто принесла ему документы, Мирослава поймала себя на мысли:

Она сделала правильный выбор.

Потому что, когда полицейский спросил, как ей удалось выжить, Властислав, не оборачиваясь, накрыл её ладонь своей – холодной, сухой, но вдруг ставшей единственным теплом в этом ледяном кабинете.

– Она просто стояла за моей спиной, – сказал он полицейскому. – Там самое безопасное место в городе.

И Мирослава не была уверна, шутит он или говорит правду.

Но она точно знала, что полгода с этим человеком – это не просто контракт. Это игра, в которой ставки выше, чем три миллиона.

На кону стояла её жизнь.

И, возможно, его душа.

Глава 4: Засада в холле

За три минуты до того, как Мирослава вошла в здание, Вероника – старший секретарь приемной корпорации «Северный Ветер» – почувствовала, что что-то не так.

Она не могла бы объяснить это чувство словами. Семь лет работы на Властислава научили её доверять интуиции больше, чем магическим детекторам. А интуиция сейчас выла сиреной, накручивая спираль тревоги где-то под ложечкой.

– Вахта, – она коснулась амулета связи на шее, – проверьте периметр этажа. У меня странные показатели фона.

– Всё чисто, Вероника Сергеевна, – ответил дежурный. – Сенсоры молчат, магический периметр в норме.

– А визуально?

– Визуально тоже.

Она должна была успокоиться. Но не могла. Семь лет назад, в первый день работы, Властислав сказал ей фразу, которую она запомнила на всю жизнь: «Если вам кажется, что вы что-то упустили – значит, вы это упустили. Проверяйте ещё раз».

Вероника поднялась из-за стола и прошлась по холлу, поправляя безупречную стойку. Зеркальные стены отражали её фигуру – идеальную, как всегда. Семь лет она строила эту карьеру. Семь лет она была лицом корпорации, её визитной карточкой. Безупречная секретарша с безупречным лицом и безупречными манерами. Никто не знал, сколько сил стоит поддерживать эту безупречность. Сколько ночей без сна, сколько тренировок перед зеркалом, сколько подчистки собственных эмоций.

Она была лучшей. И лучшие не ошибаются.

В холле было пусто. Слишком пусто для середины рабочей смены. Обычно в это время здесь сновали курьеры, посетители, младшие сотрудники с отчетами. Сейчас – ни души.

Вероника остановилась у центральной композиции – ледяных ветвей, символа корпорации. Ветви мерцали, переливаясь внутренним светом. Красиво. Холодно. Безжизненно.

– Вахта, почему пустой холл?

– Противоаварийные учения, Вероника Сергеевна. Всё по графику.

– Я не утверждала никаких учений.

Пауза в эфире затянулась.

– Сейчас уточним…

Голос дежурного оборвался на полуслове. Вместо него в динамике амулета раздался короткий, влажный хруст, а затем – тишина.

Вероника не стала задавать вопросов. Она развернулась к пульту безопасности, встроенному в стойку регистрации, и нажала кнопку экстренного вызова. Тишина. Кнопка не сработала.

Она попробовала другую. Третью. Десятую.

Мертво.

Связь с внешним миром была перерезана.

Семь лет работы на Властислава подготовили Веронику ко многому, но не к этому. Потому что перерезать связь в здании, где работают лучшие магические инженеры города, мог только кто-то, кто знал систему изнутри. Кто-то, у кого был доступ.