Лика Сумеречная – Невеста по контракту: инструкция по выживанию (страница 3)

В руках нападавших вспыхнули магические плетения боевых заклинаний.

– Замри! – крикнул один из них, наводя сгусток тьмы на Властислава.

Но Мирослава уже не слушала.

Её тело среагировало быстрее мозга – годы работы курьером в опасных районах превратили рефлексы в оружие. Она рванулась вперед, одновременно хватая тяжелый контейнер из-под артефакта.

Властислав даже не вздрогнул.

Он смотрел на нападавших с тем же ледяным спокойствием, с которым минуту назад рассматривал бумаги.

– Интересно, – произнес он, и в его голосе прозвучало искреннее любопытство. – Кто вас послал?

Но ответа он не услышал.

Потому что Мирослава, размахнувшись, запустила тяжелый хрустальный контейнер в голову ближайшего нападающего.

И мир вокруг взорвался магией, криками и звоном разбитого стекла.

Глава 3: Контракт

Контейнер из зачарованного хрусталя, предназначенный для перевозки артефактов высшего уровня опасности, весил почти пятнадцать килограммов. Летящий со скоростью броска разъяренного курьера, он обладал кинетической энергией, достаточной, чтобы проломить череп обычного человека.

Первый нападавший – тот, что успел выставить слабый магический щит – отлетел к стене, оставляя на безупречной поверхности черного оникса кровавый росчерк. Второй оказался быстрее. Он развернулся к Мирославе, и на его ладони уже формировалось боевое плетение – плотный сгусток тьмы с багровыми прожилками.

– Не в тот район пришла, крыса, – прошипел он.

Мирослава не стала ждать, пока он закончит фразу. Она нырнула под стол Властислава, одновременно выхватывая из внутреннего кармана куртки единственное оружие, которое разрешали носить курьерам, – разрядник. Маленькая коробочка, питающаяся от тех же кристаллов, что и гравицикл. Оружие для защиты от бродячих тварей в «Пепле». Против обученного боевика оно было бесполезно.

Но Мирослава и не собиралась в него стрелять.

Она швырнула разрядник в потолок, прямо в магический светильник, питавший кабинет энергией.

Короткое замыкание выжгло полсети. Свет моргнул и погас, погружая кабинет во тьму, нарушаемую лишь багровым свечением заклинания на ладони нападавшего и тусклым мерцанием артефакта на столе.

– Твою ж… – выдохнул боевик, пытаясь перестроить плетение для работы в темноте.

Но Мирослава уже была рядом.

Она не владела боевой магией. Её дар – слабый, едва теплящийся – позволял разве что зажигать свечи и определять подделку в документах. Зато она знала человеческое тело. Знание, приобретенное в драках на разгрузках, в гонках, где каждый удар мог стать последним.

Локоть в солнечное сплетение. Ладонью снизу в челюсть, вбивая позвонки в череп. И – добивающий – ребром ладони по шее, туда, где сонная артерия проходит ближе всего к поверхности.

Боевик осел на пол без звука, даже не успев выпустить заклинание. Сгусток тьмы погас, не причинив никому вреда.

Тишина.

Мирослава стояла в центре кабинета, тяжело дыша, чувствуя, как дрожат руки. Адреналин делал своё дело – мир казался слишком ярким, слишком громким, хотя вокруг было темно и тихо.

Она повернулась к столу.

Властислав не сдвинулся с места.

Он сидел в своём кресле, такой же безучастный, как и минуту назад. Даже тьма не скрыла его лица – холодного, спокойного, почти скучающего. На столе перед ним, в нескольких сантиметрах от локтя, лежал кристалл «Сердце Пустоты», спокойно мерцая в темноте.

– Вы сломали мой свет, – сказал Властислав. Голос ровный, без намёка на благодарность или удивление. – И разрядник. И контейнер, который, к слову, стоит в десять раз больше вашей курьерской лицензии.

Мирослава моргнула.

– Там… двое нападавших, – выдавила она, показывая на распластанные тела. – Они убили секретаря. Они хотели…

– Я знаю, чего они хотели, – перебил он. – Это не отменяет материального ущерба, который вы нанесли.

Он поднялся из-за стола. Высокий – выше, чем казалось, когда он сидел. В полумраке кабинета его фигура казалась вырезанной из того же черного оникса, что и столешница. Дорогой костюм, идеальная осанка, ни одной лишней складки на одежде.

Властислав обошел стол, приблизился к телу ближайшего нападавшего, носком идеально начищенного ботинка перевернул его лицом вверх. Осмотрел без всякого интереса.

– Наемники, – констатировал он. – Дешевые. Никакой идентификации, никаких магических меток. Одноразовый инструмент.

– Они убили человека, – голос Мирославы прозвучал резче, чем она планировала. – Вашего секретаря.

– Мою секретаршу, – поправил Властислав. – Которая, очевидно, не справилась с обязанностями по обеспечению безопасности моего кабинета. Что, впрочем, неудивительно. Её характеристики устарели три года назад, а замену я всё никак не мог подобрать.

Мирослава смотрела на него, чувствуя, как где-то глубоко внутри закипает злость.

– Она лежит в луже крови.

– Да, – Властислав вернулся к столу и нажал скрытую кнопку на его поверхности. Где-то в глубинах здания раздался тихий сигнал вызова службы безопасности. – И это создает определенные неудобства. Придется объяснять магической полиции, почему в моем кабинете трупы и посторонний курьер с нарушенными правилами доставки.

– Посторонний курьер, – медленно повторила Мирослава. – Который только что спас вашу жизнь и ваш артефакт.

Властислав поднял на неё глаза.

В темноте они казались почти черными – бездонными, пустыми. Он смотрел на неё так, как рассматривают сломанный механизм: оценивая степень повреждений и ремонтопригодность.

– Спасли, – согласился он. – Давайте разберем этот тезис. Первый нападающий был ослеплен вспышкой вашего разрядника и получил контейнером по голове. Второй был нейтрализован ударом в уязвимые точки. Вы использовали фактор внезапности, знание анатомии и отсутствие у противника информации о вашем присутствии. Это делает вас ценной в конкретной ситуации. Но стратегически, – он сделал паузу, – вы создали больше проблем, чем решили.

– Это как?

– Вы уничтожили улики. Вы отключили магическую запись в кабинете – вместе со светом ушли и накопители слежения. Вы применили физическое насилие без лицензии боевого мага, что является уголовным преступлением. И вы, – его голос стал чуть тише, – видели артефакт, который не предназначен для чужих глаз.

Он вернулся к столу, сел, и в его движениях не было ни капли поспешности. Будто два трупа на полу, мертвая секретарша и перепуганный курьер были частью обычного рабочего дня.

– Магическая полиция прибудет через семь минут, – продолжил он, открывая верхний ящик стола. – У вас есть два варианта. Первый: дождаться их, дать показания, объяснить, почему вы нарушили правила доставки, применили несанкционированное насилие и уничтожили имущество корпорации. Вашу лицензию аннулируют. Мать, как я понимаю, останется без лечения. Возможно, вам даже предъявят обвинение в соучастии – учитывая, что нападавшие мертвы, а вы остались единственным свидетелем, кроме меня.

Мирослава сжала кулаки.

– А второй вариант?

Властислав вытащил из ящика лист плотной бумаги – гербовой, с водяными знаками корпорации и магической печатью. Положил его на стол, придвинул к краю, где секунду назад лежал кристалл.

– Второй вариант – подписать этот контракт.

Мирослава шагнула ближе, вглядываясь в текст. Буквы на гербовой бумаге были мелкими, плотными, написанными на официальном языке корпоративных договоров – языке, где каждое слово имело три скрытых значения, а каждая запятая могла стоить свободы.

– «Контракт о временном супружеском сотрудничестве», – прочитала она вслух и подняла глаза на Властислава. – Вы издеваетесь?

– Я никогда не издеваюсь, – ответил он с абсолютной серьезностью. – Это слишком неэффективно.

Он щелкнул пальцами, и над столом зажглась маленькая магическая лампа – единственный источник света во всем кабинете. В её холодном сиянии лицо Властислава казалось выточенным изо льда.

– Ситуация проста, – продолжил он, откидываясь в кресле. – Мне нужна жена. Не для бытовых нужд, не для эмоциональной привязанности. Для бизнеса. Мои партнеры из рода Розенкранц – старый род, консервативный. Они не доверяют холостякам. Семейный статус, по их логике, делает человека предсказуемым, а значит, надежным.

– И вы решили, что я подойду на роль жены? – Мирослава не верила своим ушам. – Я – курьер. У меня нет ни рода, ни состояния, ни…

– Именно, – перебил он. – У вас нет ничего, что могло бы создать дополнительные риски. Вы не амбициозны в политическом смысле. У вас нет влиятельных родственников, которые попытаются влиять на мои решения. Ваша мотивация прозрачна – деньги на лечение матери. Это делает вас… удобной.

Он сказал это так, будто речь шла о покупке новой мебели. Или замене секретарши, которая не справилась с обязанностями.

– Полгода, – продолжил Властислав, указывая на контракт. – Шесть месяцев фиктивного брака. Вы переезжаете в мои апартаменты, появляетесь на официальных мероприятиях, сопровождаете меня на переговорах с Розенкранцами. Взамен: оплата лечения вашей матери статуей Чистого источника – артефактом, который, как я успел выяснить, способен полностью исцелить её заболевание. Стоимость статуи – около трех миллионов. Плюс ежемесячное содержание, плюс квартира в башне после окончания контракта, плюс восстановление вашей курьерской лицензии, если вы захотите вернуться к работе.