Лика Сумеречная – Мой муж – некромант и это проблема (страница 10)

Он задумался надолго. Так надолго, что я уже пожалела о вопросе.

– Был, – сказал он наконец. – Очень давно. Когда мама была жива. Она тоже была ведьмой. Не такой, как вы – она управляла погодой. Могла вызвать дождь или разогнать тучи. Мы жили в маленьком домике у леса. Я тогда ещё не был главным некромантом, только учился. И мы были счастливы.

– А потом?

– А потом она умерла, – просто ответил он. – От старости. А я остался. И понял, что счастье – это не то, что можно удержать.

Мы помолчали. Я взяла его за руку – просто так, не думая. Он вздрогнул, посмотрел на меня удивлённо, но руку не убрал.

– Знаете, – сказала я. – Я, конечно, всего лишь деревенская ведьма. Но я знаю одно: счастье не нужно удерживать. Его нужно проживать. Каждый момент. А потом отпускать. И благодарить за то, что было.

– Вы мудрая, Ярослава, – улыбнулся он той самой тёплой улыбкой.

– Я просто много призраков слушаю, – отмахнулась я. – Они многое понимают. Особенно те, которые уже всё отпустили.

В день свадьбы погода решила нас испытать.

С утра зарядил дождь. Не простой, а какой-то особенно противный – мелкий, холодный, пронизывающий. Небо затянуло тучами так, что пришлось зажечь свет в доме.

– Это хорошая примета! – уверяла бабушка, пытаясь втиснуть меня в свадебное платье. – Дождь к богатству!

– К богатству, – мрачно согласилась я. – Особенно если утонем по дороге.

– Не утонете, – заверил Когни, прилетевший с утра пораньше с донесением. – Хозяин прислал карету. Она непромокаемая. И лошади у него специальные, болотные. Им дождь нипочём.

Платье оказалось… интересным. Бабушка где-то раздобыла старинный ведьминский наряд – тёмно-зелёный, расшитый серебряными звёздами, с длинными рукавами и шлейфом. В нём было тепло и уютно, но двигаться – почти невозможно.

– Бабушка, я в этом даже до кареты не дойду.

– Дойдёшь, – отрезала бабушка. – Красота требует жертв. И вообще, это платье твоей прапрабабки. Она в нём замуж выходила. И брак был счастливый.

– Долго?

– Ну, лет тридцать, пока её муж не помер от старости. Для того времени – отлично.

Я вздохнула и покорилась.

Волосы мне заплели в сложную косу, украсили живыми цветами (бабушка наколдовала, чтобы не вяли), на шею повесили фамильный оберег. Брошь Зева я приколола на грудь – пусть будет.

– Красавица, – довольно сказала бабушка, оглядывая результат. – Настоящая ведьма. Некромант твой слюной изойдёт.

– Бабушка!

– Что «бабушка»? Я правду говорю. Ладно, давай, жених заждался уже.

Карета и правда ждала у крыльца. Чёрная, блестящая, с гербом. Лошади фыркали, выпуская пар из ноздрей – казалось, они дышат огнём, но это просто от холода.

Дверца открылась, и я увидела Зева.

Он был в парадном чёрном костюме – расшитом серебром, с высоким воротником и множеством пуговиц. Выглядел он… потрясающе. Честное слово, у меня сердце ёкнуло.

– Ярослава, – сказал он, протягивая руку. – Вы прекрасны.

– Спасибо, – пробормотала я, чувствуя, что краснею. – Вы тоже ничего.

– Я ничего, – улыбнулся он. – Я просто некромант.

Мы поехали. Дождь барабанил по крыше, но внутри было тепло и сухо. Когни устроился на облучке рядом с кучером (скелетом, разумеется) и громко комментировал происходящее для всех воронов округи.

– Свадьба! – орал он. – Свадьба главного некроманта! Всех приглашаем! Угощение будет! Мортимер пирогов напёк!

– Когни, тише, – попросил Зев. – И без тебя все знают.

– А я что? Я ничего, – обиделся ворон. – Я просто делюсь радостью.

Церемония должна была проходить в замке. Зев объяснил, что так удобнее – не надо никуда ехать, и призракам предков легче присутствовать.

– Их много? – спросила я с опаской.

– Человек пятьдесят, – подумав, ответил Зев. – Плюс мои родители. Они очень хотели познакомиться.

– Ваши родители? – я чуть не поперхнулась. – Они же… ну…

– Мёртвые? Да. Но для призраков это не проблема. Мама сказала, что заждалась невестку. А папа пообещал не пугать гостей.

Я представила знакомство с родителями жениха, которые уже лет двести как призраки, и мне стало душно. Пришлось открыть окно.

– Всё будет хорошо, – успокоил Зев. – Они добрые. Ну, мама добрая. Папа строгий, но он только с виду.

– Легко вам говорить, – вздохнула я. – Вы их знаете.

– А вы скоро узнаете. И, обещаю, они вас полюбят. Вас нельзя не полюбить.

Это было сказано так просто и искренне, что у меня снова ёкнуло сердце.

Замок встретил нас торжественной тишиной. Дождь кончился, тучи разошлись, и даже выглянуло солнце – редкое явление в этих краях.

– Магия, – пояснил Зев. – Я попросил погоду наладиться. Для вас.

– Вы можете управлять погодой?

– Нет, – он улыбнулся. – Но могу попросить. У духов воздуха. Они иногда соглашаются.

Во дворе замка было празднично. Повсюду висели чёрные и серебряные ленты, стояли столы с угощениями (Мортимер постарался на славу), и бродили гости.

Гости были… разнообразные.

Я увидела нескольких скелетов в нарядных ливреях, пару вампиров (бледных, элегантных, с вечными бокалами в руках), трёх оборотней в человеческом обличье (но по глазам было видно, что внутри них воет волк), и множество призраков. Призраки парили над землёй, переговаривались и с интересом разглядывали меня.

– Не бойтесь, – шепнул Зев. – Они просто любопытные.

– Я не боюсь, – ответила я. – Я своих пациентов не боюсь.

И правда – призраки как призраки. Некоторые были знакомых очертаний, некоторых я видела впервые. Но все смотрели доброжелательно.

– Ярослава! – ко мне подплыла женщина в старинном платье. Прозрачная, красивая, с добрыми глазами. – Я мама Вельзевула. Можно просто Элеонора.

– Очень приятно, – поклонилась я.

– Какая милая, – Элеонора обернулась к кому-то за спиной. – Эдгар, иди сюда, посмотри!

Подошёл мужчина-призрак, строгий, в мундире, с седыми усами.

– Здравствуйте, – кивнул он. – Берегите моего сына. Он у нас… ранимый.

– Папа, – поморщился Зев.

– Что «папа»? Я правду говорю. Ты двести лет один, наконец-то нашёл кого-то. Так что, Ярослава, присматривайте за ним. Он без присмотра может в депрессию впасть.

– Буду стараться, – серьёзно ответила я.

Церемония началась, когда солнце достигло зенита.

Нас поставили под арку из чёрных роз (тех самых, что цвели только в полнолуние – для свадьбы их специально расколдовали). Ведущим был местный жрец – древний старик, который, кажется, помнил ещё прадедушку Зева.

– Дорогие гости! – начал он. – Мы собрались здесь, чтобы соединить двух любящих сердец…

Я покосилась на Зева. Он стоял прямой, как струна, и смотрел перед собой. Любящих сердец у нас не было, но жрецу об этом знать не обязательно.