Лика Сумеречная – Мой муж – некромант и это проблема (страница 11)

Церемония шла своим чередом. Нас спрашивали о согласии, мы отвечали «да», гости одобрительно гудели. Призраки плакали (призрачными слезами, которые я мысленно приметила – пригодятся для зелий). Скелеты стучали костями в знак одобрения.

– А теперь – обмен кольцами! – провозгласил жрец.

Мортимер, который стоял рядом с подушечкой, на которой лежали кольца, сделал шаг вперёд. Поклонился. И тут случилось неизбежное.

Его правая рука, та самая, которой он держал подушечку, вдруг отделилась от запястья и упала на пол. Вместе с подушечкой. Вместе с кольцами.

– Ой, – сказал Мортимер.

В зале повисла тишина.

Кольца покатились по каменному полу. Одно звякнуло и укатилось под стол. Второе описало дугу и замерло у ног какого-то вампира.

– Артрит, – виновато пояснил Мортимер, глядя на свою руку, которая лежала на полу и всё ещё сжимала подушечку. – Последнее время обострился. Я предупреждал, хозяин.

– Предупреждал, – вздохнул Зев. – Ничего страшного.

Он наклонился, поднял кольцо из-под стола. Я подобрала второе. Вампир галантно отсалютовал бокалом.

– Бывает, – сказала я, протягивая Зеву его кольцо. – У меня однажды пациент-призрак так руку потерял. Потом нашли в сундуке с бельём.

– Правда? – Зев улыбнулся.

– Чистая.

Напряжение спало. Гости засмеялись, скелеты заскрежетали (по-видимому, это был их смех), призраки одобрительно закивали. Мортимер с достоинством поднял свою руку и попытался приладить её обратно. Получалось не очень.

– Мортимер, иди приведи себя в порядок, – распорядился Зев. – Мы справимся.

Скелет поклонился оставшейся рукой и удалился, бормоча что-то о качестве костяного клея в наше время.

Мы обменялись кольцами. Кольцо Зева было массивным, чёрного золота, с рубином. Моё – тоненькое, серебряное, с маленьким сапфиром. Они смотрелись странно, но почему-то правильно.

– Объявляю вас мужем и женой! – провозгласил жрец. – Можете поцеловаться!

Зев замер. Я замерла. Мы посмотрели друг на друга.

– Это обязательно? – шепнул он.

– По традиции – да, – шепнула я в ответ.

– Тогда… простите, если что-то пойдёт не так.

Он наклонился и поцеловал меня.

Это был лёгкий, почти невесомый поцелуй. Простое прикосновение губ. Но у меня внутри что-то ёкнуло, перевернулось и встало на место.

Гости зааплодировали. Скелеты застучали костями. Призраки запели.

Призраки, надо сказать, пели своеобразно. Они выбрали блюз – медленный, тягучий, заунывный. Мама Зева, Элеонора, выводила особенно душещипательные рулады о любви до гроба и после.

– Мама всегда мечтала спеть на моей свадьбе, – пояснил Зев, не отрывая взгляда от меня. – Двести лет ждала.

– Красиво поёт, – соврала я.

На самом деле призрачный блюз напоминал звуки, которые издают трубы, если в них залетел ветер и не может выбраться. Но ради уважения к чувствам свекрови я готова была потерпеть.

Пир начался.

Мортимер, несмотря на конфуз с рукой, накрыл столы так, что пальчики оближешь (у скелетов пальчики не оближешь, но суть ясна). Пироги, жаркое, соленья, дичь, заливное, сладости – всего было в изобилии.

– Это всё он сам? – спросила я у Зева.

– Сам. И ещё несколько скелетов-помощников. Но рецепты – его. Он каждое блюдо выверял по минутам.

– Гениально, – сказала я. – Ему точно нужно открывать ресторан.

– Я ему говорил, – вздохнул Зев. – Но он стесняется.

– Надо помочь.

Зев посмотрел на меня с удивлением.

– Вы серьёзно?

– Абсолютно. У меня есть опыт в организации. Я приют открывала почти с нуля. Если хотите, мы с Мортимером это обсудим.

– Хочу, – улыбнулся Зев. – Очень хочу.

Пир продолжался. Гости веселились. Скелеты отплясывали какой-то дикий танец, призраки парили над ними, создавая причудливые узоры. Вампиры чинно беседовали в углу, потягивая что-то красное из бокалов (надеюсь, не то, о чём я подумала). Оборотни устроили соревнования по поеданию пирогов и явно выигрывали.

Когни метался между гостями, собирая сплетни и тут же их распространяя.

– А вы знаете, – каркал он, присаживаясь на плечо к очередной жертве, – что молодая хозяйка лечит призраков от головной боли? Да-да, у неё специальная мазь! А ещё она умеет варить зелья от бессонницы! Мне воробьи рассказывали!

– Когни, не надоедай гостям, – попыталась остановить я.

– Я не надоедаю! Я пиарю! – обиделся ворон. – Теперь все знают, какая вы замечательная. Это полезно для репутации.

Зев только покачал головой.

Ближе к вечеру, когда гости начали понемногу расходиться (призраки растворились в воздухе, скелеты убрали посуду, вампиры отбыли в карете с затемнёнными стёклами), мы с Зевом остались вдвоём в малой гостиной.

Горел камин. За окном темнело. Мы сидели в креслах и молчали.

– Устали? – спросил Зев.

– Есть немного, – призналась я. – Но в целом – хорошо.

– Да, – согласился он. – Хорошо. Давно у меня не было так хорошо.

– А обычно как?

– Обычно я сижу один. Мортимер приносит ужин. Когни сплетничает. И всё.

– А теперь?

– А теперь у меня есть жена, – он улыбнулся. – Фиктивная, но всё равно. С ней можно поговорить. Посидеть у камина. Выпить чаю.

– Чаю я бы выпила, – призналась я.

– Сейчас будет.

Он щёлкнул пальцами, и в дверях появился Мортимер с подносом. Рука у него была примотана бинтом к локтю, но чай он нёс уверенно.

– Ваш чай, хозяин. Госпожа. С мятой и медом, как вы любите, – последнее относилось ко мне.

– Спасибо, Мортимер, – сказала я. – И простите за руку.

– Пустяки, – отмахнулся скелет. – К вечеру прирастёт. Клей у нас хороший, некромантический. Главное – не мочить.

Мы пили чай. За окном завывал ветер. Где-то в замке бродили призраки и тихонько напевали блюз.

– Ярослава, – сказал Зев. – Можно задать личный вопрос?

– Давайте.

– Вы не жалеете?