Лика Сумеречная – Контракт на счастье (страница 2)
– Ты всегда умела подбодрить.
Лисса перевернула страницу в поисках имени клиента. Там было пусто. Только магическая печать, которая должна была активироваться при личной встрече.
– Откуда это?
– Прислали с курьером. Буквально час назад. Курьер выглядел… странно.
– Странно – это как?
– У него не было лица.
Лисса подняла бровь.
– В смысле – не было? Совсем?
– Гладкое такое место, где должны быть глаза, нос, рот. А вместо лица – дымка. Я сначала подумала, что это маска такая. А потом поняла – нет, это просто… пустота.
– Демоны, – уверенно сказала Лисса. – Только демоны так перемещаются.
– Демоны не заключают брачные контракты.
– Демоны заключают что угодно, если им это выгодно.
Мирабель побледнела. Лисса, напротив, почувствовала знакомый азарт – тот самый, который охватывал её перед сложными делами.
Она снова посмотрела на контракт. Тридцать дней. Неограниченное вознаграждение. Потеря магии в случае провала.
И ни слова о клиенте.
Нюх внутри неё снова дёрнулся – на этот раз сильнее. И Лисса вдруг отчётливо поняла: этот контракт изменит всё.
– Что будем делать? – тихо спросила Мирабель.
Лисса посмотрела на подругу. Потом на пергамент в своих руках. Потом в окно, за которым расстилался привычный, уютный, предсказуемый мир Арамеи с его магией, драконами и благодарными клиентами.
– Принимаем, – сказала она.
– Но мы даже не знаем, кто…
– Тем интереснее.
Лисса поднесла палец к уголку контракта – там, где крошечными рунами было написано: «Подпись свахи».
Она укусила палец, и капля крови упала на пергамент.
В ту же секунду мир вокруг неё взорвался.
Белая вспышка ослепила. Воздух сжался в тугой комок и вытолкнул Лиссу прочь из собственного кабинета, прочь из Арамеи, прочь из всего, что она знала и любила.
Последнее, что она услышала перед тем, как провалиться в никуда, был испуганный крик Мирабель:
– Лисса!
А потом – тишина.
И холод.
И запах…
Запах чего-то совершенно нового.
–
Тремя часами ранее.
В магическом мире Арамеи существовало три вещи, которые никто не рискнул бы назвать скучными: еженедельные гонки на драконах, заседания Совета магов и утренний кофе Лиссанды Весны.
Особенно утренний кофе.
– Мирабель, если ты сейчас же не уберешь эту бумажку с моих глаз, я заварю тебя в чайнике вместо мяты.
– Это не бумажка. Это заявка.
– Они все заявки.
– Эта – особенная.
Лисса приоткрыла один глаз и уставилась на подругу с выражением глубочайшего скептицизма. Мирабель стояла в дверях её кабинета, прижимая к груди стопку пергаментов так трепетно, будто это были не документы, а новорожденные дракончики.
– Ты так говоришь каждое утро, – напомнила Лисса, делая глоток кофе. – И каждое утро оказывается, что «особенная» заявка – это очередной тролль, который хочет жениться на эльфийке, потому что у неё «ушки хорошенькие».
– Ну, тех двоих мы всё-таки свели.
– Потому что эльфийка оказалась любительницей экзотики, а тролль умел готовить. Это не заслуга заявки, это заслуга моего профессионализма.
Мирабель подошла ближе и сгрузила пергаменты на стол. Лисса поморщилась – она терпеть не могла беспорядок по утрам. Утро было священным временем для кофе, планирования дня и мысленного прокручивания вчерашних удачных сводничеств.
Но сегодняшнее утро явно решило пойти по другому сценарию.
– Смотри, – Мирабель ткнула пальцем в верхний пергамент. – Пришло сегодня ночью. Через экстренный канал.
– Экстренный канал? – Лисса наконец заинтересовалась. – У нас что, кто-то горит?
– В прямом смысле? Нет. В переносном? Возможно.
Лисса отставила чашку и взяла пергамент. Обычная заявка, ничего примечательного – плотная бумага, стандартный бланк, заполненный аккуратным почерком. Она пробежалась глазами по строчкам.
– Мира, это шутка? – Лисса подняла бровь. – Тут даже имени нет.
– Читай дальше.
Лисса перевернула страницу и присвистнула.
– Сто тысяч? – переспросила она на всякий случай.
– Авансом, – подтвердила Мирабель с таким видом, будто сама до сих пор не верила.
– Это… это же годовой бюджет королевской казны.
– Двух королевских казен.
– Здесь написано «Любой бюджет» без ограничений. То есть сверху ещё добавят?
– Видимо.
Лисса отложила пергамент и уставилась на подругу. Та выглядела абсолютно серьёзной, что само по себе было подозрительно – Мирабель обычно не могла удержаться от улыбки, когда дело касалось денег.