Лика Сумеречная – Хозяйка Чёрного рынка (страница 12)

– Знаешь, – сказала она. – Кажется, я на своём месте.

Щегол хмыкнул и вышел.

Айрин взяла монету, подбросила её в воздух, поймала и сунула в карман.

– Пошли, мелкий, – сказала она Шороху. – Обедать. А потом – новые дела. Чувствую, это только начало.

Шорох радостно пискнул и первым выбежал за дверь.

–

Прошла неделя.

Айрин сидела за столом и раскладывала пасьянс из старых квитанций, которые нашла в мусоре и приспособила под записные книжки. Шорох дремал на подоконнике, свернувшись клубком и подставив чешуйчатое брюхо слабому солнышку, которое сегодня впервые за долгое время пробилось сквозь тучи.

Дела шли неплохо.

После истории с амулетом Соли и разоблачением Шмыга к Айрин потянулись люди. Мелкие торговцы, подозревающие соседей в воровстве. Ремесленники, которым не платили заказычики. Даже парочка магов-недоучек, которых обманули с артефактами.

Всего за неделю она заработала ещё сорок монет, расплатилась с Гроном за два месяца вперёд (гном одобрительно крякнул и пообещал "посмотреть, что можно сделать с дверью") и даже купила нормальную еду – не объедки, а настоящий хлеб, сыр и вяленое мясо, которое Шорох обожал до дрожи в хвосте.

Жизнь налаживалась.

Айрин как раз подсчитывала, сколько ещё нужно отложить на нормальную кровать (спина всё ещё ныла после ночёвок на тряпках), когда в дверь постучали.

Стук был особенный. Не требовательный, как у алхимиков, не робкий, как у мелких торговцев, не развязный, как у местных авторитетов. Стук был спокойный, уверенный, с достоинством.

– Войдите, – сказала Айрин, машинально поправляя воротник куртки.

Дверь открылась.

И Айрин забыла, как дышать.

На пороге стоял мужчина. Высокий, поджарый, с благородной сединой на висках, которая только подчёркивала молодость лица. Одет он был в идеальный чёрный костюм – такой дорогой, что Айрин даже не могла предположить его стоимость. Пальто из тонкой шерсти, белоснежная рубашка, серебряные запонки, трость с набалдашником в виде волчьей головы – всё это кричало о статусе, власти и деньгах.

Но главным были глаза. Серые, холодные, с лёгкой искрой усталости, они смотрели на неё с таким вниманием, будто видели насквозь.

– Госпожа Ло? – спросил мужчина голосом, который мог принадлежать либо оперному певцу, либо дипломату высшего ранга.

– Она самая, – Айрин встала, стараясь не выдать волнения. – Чем обязана?

Мужчина вошёл, оглядел комнату. На его лице не дрогнул ни один мускул – ни презрения, ни удивления, ни снисходительности. Он просто смотрел и запоминал.

– Меня зовут лорд Торн, – сказал он. – Я императорский советник.

Шорох на подоконнике проснулся, принюхался и вдруг издал такой звук, которого Айрин от него никогда не слышала – нечто среднее между шипением и восхищённым писком.

– Тихо, – машинально сказала Айрин, не сводя глаз с гостя.

Лорд Торн. Она слышала это имя. Кто ж не слышал? Правая рука императора, глава тайной канцелярии, человек, который, по слухам, знал всё обо всех. И он стоял в её каморке, заваленной тряпьём, пахнущей крысодраконом и дешёвым мылом.

– Присаживайтесь, – Айрин указала на табуретку. Другой мебели не было, и это вдруг стало ужасно стыдно.

Лорд Торн посмотрел на табуретку. Помедлил секунду. И сел.

Без тени смущения, без намёка на неловкость. Сел так, будто каждый день проводил время на табуретках в трущобах.

– У вас тут… уютно, – заметил он.

– Скромно, – поправила Айрин, тоже садясь на стул. – Чем могу помочь, ваша светлость?

– Просто лорд Торн, – поправил он. – "Ваша светлость" – это к герцогам. Я всего лишь советник.

"Всего лишь советник", – мысленно хмыкнула Айрин. Который управляет половиной империи.

– Хорошо, лорд Торн. Слушаю.

Мужчина помолчал, собираясь с мыслями. Айрин заметила, как дрогнули его пальцы на набалдашнике трости – единственный признак волнения во всём его безупречном облике.

– Мне нужна ваша помощь, – сказал он наконец. – Конфиденциальная. Неофициальная. Такая, о которой никто не должен знать.

– Это моя специализация, – кивнула Айрин. – Конфиденциальность гарантирую.

– Даже если дело касается императорского двора?

Айрин внутренне напряглась, но виду не подала.

– Даже если Луны.

Лорд Торн чуть заметно улыбнулся – впервые за весь разговор.

– Хорошо. Тогда слушайте.

Он достал из внутреннего кармана пальто небольшой сверток, развернул ткань и положил на стол перед Айрин пустоту.

В прямом смысле пустоту.

На столе лежала бархатная подушечка с углублением по центру. В углублении когда-то что-то лежало – это было видно по вмятине. Но сейчас там ничего не было.

– Здесь был медальон, – сказал лорд Торн. – Принадлежал моей покойной жене. Две недели назад его украли.

Айрин смотрела на пустую подушечку и ждала продолжения.

– Я обращался в магический надзор, – продолжал лорд Торн. – Они обещали помочь. Но прошло две недели, а результата нет. Мне кажется… – он запнулся, – мне кажется, они не хотят его искать.

– Почему?

– Потому что медальон не простой. Он связан с одной старой историей. Очень старой. И очень неприятной для некоторых людей.

Айрин ждала.

Лорд Торн посмотрел ей прямо в глаза.

– Я не могу рассказать подробности. Не сейчас. Но мне нужно, чтобы вы нашли этот медальон. Тихо, аккуратно, не привлекая внимания. Заплачу любую цену.

– Любую? – переспросила Айрин.

– Любую, – подтвердил он. – В разумных пределах.

Айрин задумалась.

История пахла большими деньгами и большими проблемами. Слишком большими для её маленького агентства. С другой стороны, если она откажется, лорд Торн уйдёт к кому-то другому. А если согласится…

– Почему я? – спросила она. – В столице полно частных сыщиков. И подороже, и с репутацией.

Лорд Торн посмотрел на неё долгим взглядом.

– Потому что вы не продадитесь, – сказал он просто. – Я наводил справки. Десять лет в надзоре, ни одной взятки, ни одного слитого информатора. Уволили за то, что дали по морде графу, который этого заслуживал. Вы не боитесь сильных мира сего и не гонитесь за деньгами. Вы ищете правду. Мне нужна именно правда.

Айрин молчала, переваривая.

– И ещё, – добавил лорд Торн. – Вы работаете на Чёрном рынке. Здесь вращается много информации, которая не доходит до дворца. Если медальон украли, его могли принести сюда.

– Могли, – согласилась Айрин. – Но за две недели след простыл бы.

– Возможно. Но у вас есть нюх. Мне говорили.

– Кто говорил?