Лика Сумеречная – Факультет временных парадоксов (страница 7)

Она вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

В коридоре было пусто. Только на подоконнике сидел рыжий кот и смотрел на неё янтарными глазами.

– Ну что, – сказала Влада, – летим?

Кот моргнул. И исчез.

А в её кармане вдруг оказался тяжелый металлический амулет – якорь времени, который она не брала. На амулете было выгравировано: «Эрдинг, 1874. Не потеряй себя».

Влада сжала амулет в кулаке и пошла в Хранилище Хроник.

У неё была неделя, чтобы найти человека, который её ненавидит, спасти его от небытия и сдать ему экзамен, который она не могла сдать три года.

И если она провалится – она потеряет всё.

Включая себя.

А в кабинете ректора, когда дверь за Владой закрылась, Старая Хранительница отложила вязание и посмотрела на пустое кресло, в котором еще недавно сидела студентка.

– Она справится? – спросил профессор Хейз.

– Не знаю, – ответила ректор. – Но время выбрало её. А время, Арманд, никогда не ошибается.

– Время ошиблось однажды, – тихо сказал Хейз. – Когда создало Хроноса.

Ректор посмотрела на него долгим взглядом.

– Может быть, – сказала она. – Может быть, именно поэтому сейчас оно посылает ему ту, кто умеет нарушать правила. Чтобы напомнить: даже боги времени когда-то были людьми.

Она снова взялась за вязание.

Спицы застучали быстрее, и в узоре шарфа появилась новая нить.

Рыжая.

___

Лаборатория временных слепков располагалась в подвале восточного крыла, куда редко заглядывали даже старшекурсники. Влада была здесь всего однажды – на первом курсе, когда им показывали, как фиксировать «отпечатки» прошедших событий, оставшиеся во временной ткани.

Тогда ей показалось, что это самое скучное место во всей Академии.

Сейчас она думала иначе.

После разговора с ректором Влада должна была сразу идти в Хранилище Хроник, брать разрешение на прыжок и отправляться в Эрдинг. Но что-то её задержало. Какое-то странное, почти физическое ощущение, что она упускает что-то важное. Что-то, что лежит прямо перед ней, но она не видит.

Кот привел её сюда. Или не кот. Может быть, интуиция. Или просто привычка заходить во все двери, которые не заперты.

Дверь в лабораторию была приоткрыта.

Внутри было темно. Влада нащупала выключатель – старый, механический, без всякой магии, – и щелкнула им. Света не было. Она щелкнула еще раз. Ничего.

– Отлично, – пробормотала она. – Лаборатория временных слепков, а свет провести некому.

Она достала из кармана амулет-якорь, который дал ей кот (или ректор, или время – она уже перестала разбираться), и сосредоточилась. Амулет слабо засветился голубоватым светом, достаточным, чтобы осветить пару метров вокруг.

Лаборатория оказалась заброшенной. Столы были покрыты пылью, приборы – старые, громоздкие, явно не использовавшиеся десятилетиями – стояли вдоль стен, как молчаливые свидетели ушедшей эпохи. В воздухе пахло озоном и чем-то сладковатым – возможно, остаточным эфиром временных смещений.

Влада медленно пошла между столами, разглядывая приборы. Большинство она не узнавала. Какие-то стеклянные сферы с мерцающими внутри облачками, какие-то металлические конструкции, похожие на часовые механизмы гигантских размеров, какие-то свитки с формулами, которые она не могла прочитать даже при свете амулета.

В конце комнаты, в нише, стоял небольшой шкаф. Он был открыт.

Внутри, на бархатной подушке, лежал артефакт.

Влада подошла ближе. Это была сфера из темного стекла, размером с человеческую голову, вставленная в массивную бронзовую оправу с множеством регулировок. На оправе была табличка: «Эхо прошлого. Артефакт класса А. Обращаться с осторожностью. Временные слепки высокой четкости».

– Эхо прошлого, – прочитала Влада вслух. – Я думала, это легенда.

Она слышала об этом артефакте на лекциях по истории хрономагии. Говорили, что он позволяет увидеть любой момент прошлого в мельчайших деталях – не просто зафиксировать событие, а буквально «ожить» его, почувствовать, увидеть, услышать. Говорили, что он был слишком опасен и его запретили. Говорили, что его уничтожили.

Очевидно, не уничтожили.

Влада протянула руку, но в последний момент остановилась.

– Не трогай неизвестные артефакты, – прошептала она, имитируя голос Хроноса. – Основы безопасности, первое занятие.

Она убрала руку.

И тут амулет-якорь в её кармане дернулся. Резко, как живой. Влада почувствовала, как по руке пробежал электрический разряд, и её ладонь сама собой легла на сферу.

– Что за… – начала она.

Сфера засветилась.

Голубым, синим, фиолетовым – цвета переливались, смешивались, превращались в белый. Влада попыталась отдернуть руку, но не смогла. Пальцы прилипли к стеклу, как будто их приклеили.

А потом комната исчезла.

Она стояла в коридоре. Не в подвале Академии, а в каком-то другом коридоре – старом, с деревянными панелями на стенах и газовыми светильниками, которые мерцали желтоватым светом. Вокруг пахло воском и старыми книгами.

– Это… это Академия? – прошептала Влада.

Да. Она узнала эти стены. Это был восточный коридор, тот самый, по которому она ходила каждое утро. Но он выглядел иначе. Полы были деревянными, а не каменными. Светильники – газовыми, а не магическими. На стенах висели портреты, которых она никогда не видела.

Она посмотрела на свои руки. Они были полупрозрачными. Она была здесь, но не полностью. Как призрак. Как… наблюдатель.

– Система дала сбой, – поняла она. – Я в слепке. В прошлом.

Она попыталась пошевелиться, но тело не слушалось. Она была привязана к точке обзора, как камера, направленная в одну сторону. Она могла видеть только то, что происходило прямо перед ней.

А перед ней была дверь.

Дверь, которую она знала. Кабинет Хроноса. Тот самый, в башне.

Но сейчас дверь выглядела иначе – новая, блестящая, с медной ручкой, которая не была покрыта патиной времени.

Дверь открылась.

Из кабинета вышел мужчина. Молодой. Лет двадцать пять, не больше. Светлые волосы, падающие на лоб, – не уложенные в идеальную прическу, как у профессора Хроноса, а растрепанные, будто он провел рукой в отчаянии. Одет он был не в безупречный черный костюм, а в простую рубашку с закатанными рукавами и жилет, который сидел на нем мешковато.

Но Влада узнала его сразу.

По глазам.

Серые, холодные, пустые – такими она видела их на лекциях. Но сейчас они были не холодными. Они были полны такого отчаяния, что у Влады перехватило дыхание.

Это был Хронос.

Молодой. Живой. И… плачущий.

Он не рыдал. Он стоял у двери, прислонившись спиной к косяку, и смотрел куда-то в пол. По его щекам текли слезы. Он не вытирал их. Он вообще, казалось, не замечал, что плачет.

– Я не смог, – прошептал он. Голос был совсем не таким, как на лекциях. Там он звучал как металл. Здесь – как струна, которая вот-вот лопнет. – Я не смог её спасти.

Влада хотела спросить: «Кого?», но не могла говорить. Она была только наблюдателем. Беспомощным, как камера.

Из кабинета вышла женщина. Старше Хроноса, лет сорока, в строгом платье и с амулетом Хранителя времени на груди. Она положила руку ему на плечо.

– Ты сделал всё, что мог, – сказала она.