Лика Семенова – Мама для Пиявки, или Дракона в мужья не предлагать (страница 54)

— Нет, не переживайте. Но полагаю, что вы должны узнать кое о чем.

Я ненавидела эти театральные паузы!

— НУ…

— Мне доложили, что в последнее время льера Исабелла полюбила прогуливаться в восточной части сада.

— И? Мне то что?

Мне было совершенно наплевать, что она там полюбила. Для меня эта гадюка больше не существовала. И было бы идеально, если бы я перестала существовать для нее.

— В восточной части сада, госпожа. — Гриб повторил с нажимом

— Вы можете сказать нормально?

Боск шумно выдохнул, явно раздосадованный моим непониманием:

— Пруд располагается в восточной части.

АХ, вот как... Значит, она заметила, что я постоянно туда хожу. И, конечно же, чуть не облысела от любопытства. Я повернулась к Грибу:

— Вы говорили, что туда нельзя ходить без разрешения.

— Да, госпожа.

— ЕЙ ведь никто не разрешал.

Казалось, Гриб на мгновение растерялся. Я поняла, куда он клонил. От этой гадюки можно ждать все, что угодно. Она может пробраться тайком и узнать нашу маленькую тайну. Но почему меня это должно заботить? Мы с Пиявкой ходили туда с разрешения Дориана. Нам не от кого прятаться. Остальное — уж точно не моя проблема. Льера Исабелла такая любопытная? Пусть приходит и посмотрит, мне не жалко. И хорошо бы, чтобы Дориан был там вместе с нами. А потом пусть с горя напьется своей камилеи и покроется язвами. Или чем там у нее покрывались.

Я улыбнулась:

— Льер Боск, я не вижу ни одной причины, почему меня должна волновать льера Исабелла. Пусть прогуливается, где хочет.

Евнух кивнул.

— Я понял, госпожа. Просто счел, что лучше вас уведомить.

— Вы сделали правильно, благодарю вас. Разумеется, лучше знать. Но в данной ситуации расстройство будет скорее у нее, чем у меня.

От этой мелочи у меня даже поднялось настроение. Я шла по саду, живо и красочно представляла себе, как Исабелла воровато бегает от куста к кусту, припадает к земле, продирается сквозь ветви. Я даже осматривалась время от времени, ожидая впрямь обнаружить гадюку где-нибудь в кустах. Там ей и место, под теплым замшелым валуном!

Я замерла, миновав каменную арку. Дориан стоял на берегу пруда и швырял в воду камешки. А Пиявка усердно собирала для него новые. Да... Жаль, что гадины здесь нет! Она бы ядом захлебнулась.

Сердце заколотилось часто-часто, под кожей приятно забурлило. Я была рада, что он пришел. Но эта радость почти тут же сменилась опасением. Совпадение? Он мог прийти сюда вчера. Или завтра. Почему сегодня? Великий, помоги мне! Я не хочу, чтобы все закончилось вот так!

Я спустилась к пруду, подошла к Дориану и от неловкости поклонилась

— Добрый день, ваше высочество.

Он лукаво посмотрел на меня, неожиданно взял мою руку, медленно поднес к своим губам. И меня бросило в жар. Я чуть не отскочила. Да мне сроду рук не целовали!

Тем более, всякие драконы! Он с ума сошел?

— Кажется, мы договорились, что здесь я не принц.

Я растерянно кивнула:

— Да... Да…

Положение спасла Пиявка. Подбежала и подскакивала на месте, подняв руки Хотела, чтобы я ее поцеловала. Ну и уродину-Розалину, разумеется. Липучка тут же унеслась дальше собирать гальку, а я осталась с Дорианом. Настороженно смотрела на него, пытаясь понять по лицу, в каком он настроении.

Он снова повернулся к воде, бросил камешек. Не смотрел на меня.

— Я скучал.

Я опустила голову, вся съежилась, но не могла задавить совершенно идиотскую улыбку. Великий! Кажется, даже в голове что-то произошло. Я разом отупела и сейчас взлечу, как пушинка одуванчика. Чтобы чем-то себя занять, я тоже быстро подобрала пару камней и кинула в воду, подняв целый фонтан.

Наконец, пробормотала:

— Не преувеличивай.

— Это правда. Очень скучал.

Я снова набрала камней. Если он не прекратит, скоро от моих бросков рыба повсплывает брюхом вверх!

— Тогда почему не приходил столько времени?

Дориан опустил руку с камнем, молчал. Наконец, разомкнул губы

— Разве ты не получала моих подарков?

Я кивнула.

— Получала. Все они прекрасны, спасибо.

— Тогда почему ты недовольна?

— Я... довольна... — Но я не выдержала и порывисто повернулась к нему: — Ты, правда, думаешь, что все решается подарками?

Он зашвырнул в воду сразу пригоршню гальки, повернулся, уставившись на меня синими глазами:

— Если бы я так думал, меня бы здесь не было.

Он снова взял меня за руку и мягко сжимал раскаленными пальцами. Нахмурился и повертел мою перепачканную кисть:

— Что это? Почему ты вся в чернилах?

Я хотела отнять руку, но не вышло — он крепко держал. Я опустила голову:

— Допоздна упражнялась в каллиграфии. Я очень неаккуратная.

Он усмехнулся:

— Пиявка даже год назад не была такой перемазанной.

Я выдернула руку:

— Я не Пиявка. Я простолюдинка, которая ничего не умеет. Не смейся надо мной.

Дориан улыбнулся.

— Я не смеюсь. Учителя говорят, что ты способная. У тебя есть успехи.

Я снова по-идиотски улыбалась и чувствовала, что зажгло щеки.

— Они просто не хотят тебя огорчать. Я умею трезво смотреть на себя. У меня ничего не выходит.

— На верю! — Он поднял голову и смотрел в сторону арки: — Я сейчас попрошу Боска принести твои листы. Посмотрю сам.

Я порывисто схватила его за руки и сжала.

— Прошу, не надо! Не сейчас! — Мне нечего было ему показывать, я даже старые каракули не хранила. — Мне будет очень стыдно.

Он замер от моего прикосновения. Лишь молчал и пристально смотрел.

— Я покажу сама, обязательно. Когда сочту, что это хоть немного сносно.

Дориан медленно склонился, и его лицо оказалось очень близко. Он прошептал: