Лика Семенова – Мама для Пиявки, или Дракона в мужья не предлагать (страница 43)

Если кто и может что подсказать — то только она.

Герада слушала меня с мрачным лицом. На ее упругих щеках плясали отблески жаровни. Это приглашение ей тоже совершенно не понравилось. Она молчала, отрешенно глядя в пустоту. Сосредоточенно о чем-то думала. Наконец, «протрезвела». Посмотрела на меня.

— Госпожа, когда завтра подадут угощения, берите только то, что украшено белым кунжутом. Я сама это принесу, никого не подпущу — можете есть без опаски.

Я замерла, буквально потеряв дар речи. Наконец, постаралась взять себя в руки.

— Вы думаете... она прикажет меня отравить? Там же будет куча народу.

В глазах Герады полыхнуло ужасом.

— Нет, что вы, госпожа. Она никогда на такое не осмелится. Надеюсь, вы не пили камилею?

Я покачала головой

— Нет конечно.

Герада вздохнула:

— Не сомневаюсь, что подадут непременно ее. Придумайте что-нибудь, чтобы не пить. — Она растерянно покачала головой: — Правда, ума не приложу, как вы это сделаете.

44.

Герада очень благодарила меня вчера за то, что я рассказала ей о предстоящем ужине. Ведь я даже не додумалась, что все это напрямую касается и ее. Если что-то произойдет — первым делом обвинят кухню. Как уже бывало ни раз. И не факт, что всем поварам удастся уцелеть. И эта гадина Исабелла не может этого не знать и не понимать. Вот только, похоже, ей никого не жаль... Я все никак не могла взять, в толк, что в этом проклятом дворце действие одного-единственного человека может повлечь за собой массу последствий, которые коснутся других. Я привыкла отвечать лишь за себя, но, похоже, пора это пересматривать. Если пострадаю я —пострадает и Герада. И кто-нибудь еще... Сейчас у Герады появлялось немного времени, чтобы попытаться подстелить себе соломки. Но ведь это только полумера, дело в причине, а не в последствиях... Пока у осы не вырвали жало — эта оса опасна.

У меня появилась идея вообще не ходить на этот злополучный ужин. Самая очевидная и простая. Заболела и слегла. Лучше — с чем-нибудь заразным. Тогда и у кухни проблем точно не будет. Но Герада дала понять, что это очень плохое решение. Особенно после того, как пересчитала моих служанок... Исабелла точно решит, что я пытаюсь ее унизить, и все станет только хуже. Когда я шла в кухню мою свиту, разумеется, видели. И кланялись теперь ниже обычного. И Исабелле, само собой, уже донесли. Никакого сомнения. Восемь служанок. Как у нее самой. Значило ли это, что у нас с ней теперь равное положение? Представляю, как она бесится!

Да, Гриб сказал, что я должна оставить себе всех девушек. Но больше ничего не уточнял. А я не выспрашивала. И не возражала. Всех, так всех. Уже не было никакой разницы: четыре пары глаз и ушей или восемь. Лишь бы в петлю не лезли.

Не представляю, как я это вытерплю. В прошлый раз на меня таращилась одна Исабелла, а теперь будут пялиться все шестеро. И всё подмечать. Малейшую оплошность, малейшее несоответствие этикету. И я, конечно же, опозорюсь, потому что всему этому не обучена. До идеальной Исабеллы мне не дотянуться, хоть надорвись. Я лишь выставлю себя на посмешище. Поэтому... Не думаю, что мой план так гениален, но это было лучше, чем просто хлопать глазами и бояться сделать что-то не так. По крайней мере, мне так казалось.

Я надела все лучшее сразу. Нарочно пытала служанок, какие ткани и украшения дороже. Остановилась на голубом платье, шитом серебром, и гарнитуре с синими камнями, размером с орех. Получилось миленько. И роскошно. Уж, если мы с этой любительницей камилеи равны по статусу, я ни за что не должна выглядеть хуже.

Гриб явился так вовремя, что не было никакого сомнения — пришел проверить, как я справилась. Даже одобрил. Точнее, промолчал. В его случае это было одно и то же. Но это хорошо, что он зашел.

— Льер Боск, правильно я понимаю, что у меня и у льеры Исабеллы положение теперь одинаковое? У нас у обеих по восемь служанок.

Тот кивнул.

— Согласно дворцовой иерархии, да.

— Скажите, мой наряд соответствует статусу? Это достаточно роскошно?

Гриб окинул меня придирчивым взглядом, поджал губы:

— Достаточно. Но позвольте дать совет, госпожа... Не думаю, что попытка соперничать с льерой Исабеллой — хорошая идея. — Он нагнулся к моему уху, чтобы не слышали служанки: — Вам недостает манер и воспитания. К тому же, выше всегда будет та, кому больше благоволит господин.

Тоже мне, великое открытие!

Я спокойно кивнула:

— Я это прекрасно понимаю. — Теперь я наклонилась к Грибу, понизила голос: — А когда его высочество навещал льеру Исабеллу в последний раз?

Тот не хотел отвечать, смотрел на меня с осуждением.

Я выпрямилась:

— Я просто пытаюсь понять, насколько ее положение прочнее моего. Скажите, как мне теперь ее приветствовать? Чтобы не опозориться? И не оскорбить?

Гриб смягчился. Кажется, сыграло роль «не оскорбить».

— Достаточно учтивого кивка, госпожа.

— Насколько учтивого? Вы можете показать, льер Боск?

Гриб отошел на пару шагов, сделал приветливое лицо, пытаясь изобразить меня сцепил пухлые ручки и плавно кивнул, прикрывая глаза. Таким уморительным чучелом я его еще не видела. Девушки, кажется, тоже. Идиотская шапка была вишенкой на торте. Кто-то из служанок за спиной едва слышно прыснул со смеху.

Кажется, Юлая, самая молоденькая. Ей едва исполнилось пятнадцать.

Я повторила несколько раз, и Гриб оказался вполне доволен. По крайней мере, так сказал.

Когда евнух вышел, Иза отвела меня в сторону. Шепнула, едва слышно:

— Госпожа, его высочество последний раз посещал льеру Исабеллу два месяца назад.

Вот оно как... меня здесь еще и в помине не было.

— Уверена?

Она кивнула.

— А про остальных что-нибудь знаешь?

— Льеру Леонору и льеру Доретту за все время он посетил лишь дважды. Льеру Алессию и льеру Тамиру — один раз.

Я даже хмыкнула. Они, что же, так ему не угодили?

— А та, у которой шесть служанок? Не помню, как ее зовут.

— Льера Мариса.

— да.

— Льеру Марису господин посещает время от времени, но никаких привилегий ей это почему-то не приносит.

Мариса... О ней говорила Герада. Она поссорилась с Исабеллой, и из-за ее «отравления» казнили повариху. Второй была, кажется, Доретта.

— А как к этому относится Исабелла?

Иза пожала плечами:

— Никак, госпожа.

— Совсем никак?

Та покачала головой.

— Говорят, они в прекрасных отношениях.

— И никогда не ссорились?

Иза отвела взгляд:

— Кажется, было однажды... Но я это знаю лишь по слухам, тогда я работала в прачечной.

Собственно, в словах Герады я нисколько не сомневалась — та сказала правду. И судя по всему, Исабелла не считает Марису опасной. А меня — еще как считает. Но идти в змеиное гнездо все равно придется. Только у меня не было никакого желания плясать под дудку льеры Исабеллы.

45.

Великий! Как же мне не хотелась туда идти! Знать бы еще, что все пройдет гладко.

Но выбора не было. Я уже подходила, когда двери начали открываться, и огласили:

— Льера Розалина к льере Исабелле.

Я пришла последней — сказали, что так надо. Исабелла была хозяйкой покоев, а остальные дамочки — ниже меня по статусу. Поэтому все должны меня ждать. Все это было смехотворно, но я начинала понимать, что без правил во дворце воцарится совершенный бардак. Правила и репутация — вот настоящие ценности, которые имеют здесь вес. А подмоченная репутация — истинное бедствие... и ужасный стыд. Просто жуть.

Комната была мне уже знакома, хоть в прошлый раз я ее толком и не разглядывала. Да и что разглядывать — обычные дворцовые покои. Меня этим уже не удивишь. Наложницы расположились вокруг низенького квадратного стола, уже уставленного множеством блюд. Исабелла занимала мягкое креспо, а остальные красавицы расселись по подушкам и невысоким табуретам. Лишь Марисе полагался стул со спинкой.