Лика Русал – Синтаксис. 200 лет спустя (страница 5)
Стоило просто успокоиться…
Однако удавалось это плохо. После лекции голова разболелась сильнее. Обычно подобные проявления слабости тела появлялись после выплеска магической силы. Могло прийти головокружение, а в самых сложных случаях – ухудшение зрения или кровотечение из глаз и носа. Но сейчас, только после одной сухой теории, я чувствовала себя выжатым лимоном.
– Ты уверена, что не ошиблась? – Мира тащила меня по коридору, игнорируя любопытные взгляды других студентов. – Может, это просто усталость? Первый день, всё новое…
– Я видела руну, – я остановилась, глядя ей в глаза. – Настоящую. Опасную. И профессор знал об этом. Он…
Мира нервно рассмеялась. Она всегда так делала, желая прекратить страшный рассказ или горестные новости из‑за Купола. Всё, лишь бы не слышать голос принёсшего дурные вести. Мой рассказ пугал её, и подруга поспешила скрыть всё за неловкой шуткой:
– Ада, я и не думала, что Академия произведёт на тебя столь неизгладимое впечатление! Уж и мерещится всякое.
Я покачала головой, но, не до конца уверенная в собственном видении, послушно поплелась дальше. Впереди предстояли три новые лекции в разных аудиториях. И все они разлучали нас с Мирой. Стихийники и боевики расходились по профилирующим предметам, лишь такие, как я, оставались в небольших камерных кабинетах – продолжать изучать руны, тексты и их возможные комбинации.
К концу последней лекции, которая прошла так же уныло и непримечательно, как и две предыдущие, я едва держалась на ногах. Лекции, переходы между корпусами, бесконечные коридоры – всё слилось в единый поток.
Мира, встретив меня около перехода к столовой, помахала рукой и, подойдя, заметила моё состояние. Она предложила:
– Давай прогуляемся? Ребята‑огневики предложили сходить к фонтану. – Заговорщицки подмигнув, она указала на двух стихийников – темноволосого и рыжего, кидающих в нашу сторону заинтересованные взгляды. – Развеешься. Посидишь у водички, поболтаешь…
– Нет, – я покачала головой. – Я пойду в комнату. Наверное, ещё не привыкла к плотному расписанию. Хочу сделать задания и лечь пораньше спать.
Отказ дался мне легко. Не хотелось становиться хоть и не «третьей», но всё‑таки лишней. Парни часто бегали за Мирой, а она пыталась вытянуть на подобные парные свидания меня… Только побывав всего на двух, я раз и навсегда поняла: я лишь ширма. Удобный предлог сбежать от наскучившего ухажёра или «некрасивая подруга» для друга парня – но на самом деле меня никто не ждёт…
Мира вздохнула, но спорить не стала. Мы разошлись у лестницы: она направилась в крыло, ведущее к внутреннему дворику Академии, а я – в коридор жилого этажа, где располагались все наши комнаты.
Свернув на последнем повороте, не дойдя до собственной спальни не больше десятка метров, я резко остановилась, наконец‑то увидев того, кого так упорно искал мой взгляд все два дня.
Лиам Торн.
Он стоял над дверью какой‑то девушки с красными волосами и тихо смеялся в ответ на её тёплое прощание. Его светлые пшеничные волосы слегка отросли с момента нашей последней встречи, а на щеке виднелся свежий шрам – след, видимо, от очередного тренировочного боя или занятий с огнём. Но глаза на загорелом лице… оставались теми же, что я помнила с детства: тёплые, зелёные, с искорками смеха.
Сердце сжалось. Год. Целый год я не видела его – с тех пор, как он поступил в Академию стихийником огня. Мы переписывались, но письма выходили редкими, сухими, словно между нами выросла стена. Возможно, так и было.
Следя за тем, как красноволосая оставила на его щеке лёгкий поцелуй и только после этого закрыла дверь комнаты, я не чувствовала уверенности уже ни в чём. Почувствовав неловкость, словно я специально подглядывала за Лиамом всё это время, я собиралась покинуть жилой этаж. Трусливое бегство перед тем, в кого я была влюблена с детства, в этот момент казалось необходимостью. Лишь бы он не видел моё выражение лица. Лишь бы не понял, как сильно я расстроилась, найдя его в компании другой девушки.
Я успела сделать шаг назад, но Лиам, будто почувствовав мой взгляд, резко обернулся.
На мгновение его глаза расширились. Затем он улыбнулся – той самой улыбкой, от которой у меня всегда перехватывало дыхание и слабели колени. Он что‑то тихо шепнул крошечному огненному дракончику, которого я заметила далеко не сразу, терзаясь ранами сердца, помог ему забраться на плечо и направился в мою сторону.
– Аделин, – его голос звучал тише, чем я помнила. – Ада, ты… ты здесь.
– Да, – я попыталась улыбнуться, но губы дрожали. – Я поступила.
– Знаю. Я видел твоё имя в списках. Но не думал, что ты… – он запнулся, затем продолжил: – Что ты будешь недалеко от моей комнаты. Прости, не успел подготовить подарок по поводу зачисления.
– Ничего и не нужно, – сказала я, чувствуя, как внутри всё сжимается. – Ты… – Хотелось расспросить сразу обо всём, а потому слова не желали обретать форму. Запнувшись, я начала с простого: – Академия показалась мне… приемлемой. А как твоё обучение?
Лиам прыснул. Дракончик отзеркалил его эмоцию.
– Тоже весьма неплохо. – Он откинул чёлку со лба, и я уловила запах тёплых пряностей – след от его тренировок с огненной стихией. – Собираешься идти отдыхать? Обычно первокурсники не спешат расходиться после лекций. Ну знаешь… Нет контроля родителей, стоит со всеми познакомиться и всё такое.
Стараясь не растаять от его обезоруживающей улыбки и не думать о том, каким образом Лиам сумел раздобыть фамильяра огня, будучи только на втором курсе, я всё же вытолкала из себя ответ:
– Это не для меня, ты ведь знаешь, – я опустила взгляд на свои потёртые кеды. – Устала после лекций. Но рада, что смогла тебя встретить.
Лиам нахмурился.
– Эй, ты чего, Ада? Решила окончательно подкрепить репутацию затворницы? Не стоит, учись жить свободнее. После выпускного распределения вряд ли представится такая возможность.
Да. Лиам был прав. После рабочего распределения большая часть из нас отправится за Купол или в Архивы и магические цеха заводов. График станет ещё более плотным, нежели во время учёбы. Именно поэтому многие студенты пользовались временной относительной «свободой». Но я не была уверена, что хочу входить в их число.
Решив перевести тему в безопасное русло, я указала на его тёмную спортивную форму:
– Лиам, ты… ты всё так же играешь в команде? Помню, ты и в школе был лучшим. Неужели успел и в Академии отличиться?
Его лицо изменилось. Я не заметила ни довольства, ни вежливой благодарности, что я подметила его успехи. Лиам оставался таким же «лёгким» в общении и тоне, будто и не было года разлуки.
– Да. А красавца Эллиота видишь? – спросил он, почесав дракончика под подбородком. – Я обещал тебе, Ада, что останусь лучшим. И я выполнил обещание.
– Привет, Эллиот, – я запнулась, не зная, как вести себя с фамильяром, но под одобрительным кивком дракончика улыбнулась. – Уверена, что у вас сложился прекрасный тандем в магии.
Лиам глубоко вдохнул, затем наклонился ближе.
– Ты бы знала, сколько энергии он может съесть за раз! А мяса!
Эллиот возмущённо фыркнул и отвернулся. Лиам рассмеялся, вновь одаривая друга лаской – теперь проводя пальцами между его роговых отростков на морде.
– Видишь, Аделин, какой обидчивый. Но зато я его и выбрал. Мы – одно целое.
– Огонь не может быть ласковым и постоянным, – понимающе произнесла я, помня о вспыльчивом и переменчивом характере Лиама.
– И в этом вся его прелесть!
– Да, наверное…
Как бы я ни была рада увидеть того, по ком вздыхала, но… Отчего‑то внутренняя неуверенность и смущение от столь долгожданной встречи подталкивали к прекращению неловкого разговора.
– Знаешь, Лиам, – я сделала паузу, подбирая слова, – мне, наверное, пора. Нужно успеть сделать все задания до отбоя.
Его улыбка дрогнула, но Лиам тут же снова стал беззаботным:
– Конечно. Не хочу задерживать будущую звезду синтаксисов. Но… – Он чуть наклонился ко мне, и в его глазах мелькнуло что‑то неуловимое. – Давай встретимся завтра? После занятий. Мы так давно не виделись!
Я замерла. Сердце забилось чаще, но я постаралась сохранить спокойный тон:
– Хорошо. Где?
– У старого фонтана, – он кивнул в сторону западного крыла. – В четыре. Если, конечно, ты не занята.
– Нет, – я невольно улыбнулась. – Не занята.
– Тогда до завтра, Ада. – Он подмигнул, а Эллиот издал тихий шипящий звук, будто прощаясь.
Я кивнула и развернулась, стараясь не бежать, но с каждым шагом всё же ускоряя шаг. Только за поворотом я позволила себе прислониться к стене и закрыть глаза.
Мысли кружились, как руны в моём сне, но на этот раз не рассыпались в пепел. Напротив – складывались в узор, обещающий что‑то новое, согревающее сердце.
Глубоко вдохнув, я направилась к своей комнате. Впереди – задания, сон, а завтра… завтра будет новый день. И, возможно, ответ на вопрос, который я так долго боялась задать: Кто мы друг другу?
Глава 3
Я бежала по жилому коридору, надеясь, что не выдохнусь окончательно на лестнице или не скачусь с неё кубарем. Времени до лекций оставалось не так уж и много, а ввиду того, что я успела проспать все будильники – и того меньше.
«Новый день. Новые приключения», – старалась заверить себя я.
Преодолевая последний пролёт, я мысленно вспоминала расписание: три лекции по истории магии (включая последнюю по периоду до Великого Разлома); практическое занятие по рунам; и первая тренировка боевых магов, на которую допускались все желающие в качестве наблюдателей. На последнее мероприятие я идти не собиралась, но, с другой стороны, каждому ученику Академии необходимо получить зачёт по Боям. Просто каждому направлению – в своей степени сложности… Синтаксисы обычно отделывались малой кровью – знанием минимальной самообороны. Показательная тренировка боевых магов могла стать неплохим теоретическим подспорьем.