Лидия Лис – Замок Росс. Проклятье Аноры (страница 1)
Лидия Лис
Замок Росс. Проклятье Аноры
Пролог I
Языки пламени извивались в своём причудливом, почти живом танце, растворяясь и возрождаясь друг в друге. Я лежал на полу, лишённый воли, и наблюдал, как огонь пожирает потолок.
Краем глаза я различал те самые проклятые портреты, – будь они неладны! – они тоже были поражены огнём, словно неизлечимой болезнью, которая навсегда изменит их. Так же, как они изменили мою жизнь.
Вдруг чьи-то руки схватили меня и потащили прочь из комнаты. Признаться, я отбивался как мог, цеплялся за ковёр. Да и кто это мог быть, чёрт возьми? Разве загадок уже недостаточно?
В коридоре, смирившись с судьбой, я опустился на колени. Дым клубился, обвивая стены. Надо мной нависли два силуэта – чёрные от копоти, едва различимые в густой тьме. Я узнал их: старушка-служанка Бетти и мой новый друг— пастух Джеймс. Теперь они почти не отличались друг от друга: две закопчённые фигуры с лицами, полными ужаса, будто увидели привидение.
– Господин Джек… – протянула дрожащим голосом Бетти.
– Бетти… зачем всё это?! Почему вы спасли меня?! – я был зол, внутри меня переполняла ярость. В голове путались мысли. Сердце пыталось выпрыгнуть наружу. Я не знал, что делать дальше.
Но Джеймс прервал моё безумие:
– Я побегу за портретами, – сказал он спокойно, будто он проделывал это и раньше. – А ты, Бетти, объясни ему всё.
Сбросив с себя куртку, он шагнул в пламя.
– Бетти! Что вы делаете?! Он же погибнет! – Мой крик заглушали падающие балки, пораженные огнём. Стихия захватывала замок, противостоять ей было безумием.
Но я не мог потерять еще одного друга. Я рванул за ним, но старушка удержала меня за руку.
– Нет, господин Джек, не погибнет. – Прошептала она. – Нужно спасти портреты. Хотя бы несколько…
– Сдались вам эти портреты! Мы потеряем его, Бетти! – крикнул я, чувствуя, как слёзы жгут кожу.
– Нет, не переживайте, – ответила она спокойно. – Всё будет хорошо.
– А если пол провалится? Или балка рухнет ему на голову?!
– Господин Джек, умоляю… Сядьте. Мы подождём Джеймса.
Я сел на пол, и это было лучшим решением, – у меня очень кружилась голова. Ко мне подсела Бэтти и прижала мою голову к плечу. Но этого было мало, боль разрывала меня изнутри.
Джеймс возвращался вновь и вновь. Сначала принёс три портрета. Потом ещё пять. Потом два. Я перестал считать, когда узнал среди них наследниц Росс Вирджинию и Мирну.
Небольшое полотно – моя жена и дочь – сияло в руках Джеймса, как уцелевший осколок жизни. Они были прекрасны в своих нарядах, глаза их смотрели на меня с застывшей радостью, столь далёкой от моего нынешнего кошмара. Я всматривался в портрет, и по щекам текли слёзы.
Погружённый в воспоминания и тоску, я и не заметил, как Джеймс вновь вырвался из комнаты с охапкой портретов, захлёбываясь кашлем.
Где-то в глубине сознания мелькнула мысль: «Надо звать на помощь! Полицию, пожарных!». Но я не мог вспомнить, чтобы хоть раз видел их проезжающими мимо замка Росс.
Прошло, быть может, двадцать минут. Джеймс вышел из комнаты, запер дверь на защёлку и удерживал ручку. Я смотрел на него в недоумении: ведь металл должен был быть раскалённым. Старик мог сильно обжечься.
– Ну… всё, – тихо произнес он.
Он распахнул дверь – и перед нами открылась пустая комната без каких-либо признаков пожара. Ни дыма, ни копоти, ни огня. Лишь портреты – некоторые почерневшие, другие изуродованные – свидетельствовали о том, что безумие было реальностью.
Мебель стояла на своих местах, шторы колыхались от лёгкого утреннего ветра, и первые лучи солнца пробивались сквозь ткань
Мы втроём вошли в комнату. Бетти и Джеймс, казалось, не удивились исчезновению огня. Они лишь осторожно касались рам картин, переворачивали обугленные полотна и тяжело вздыхали.
Меня же силы покинули окончательно. В ушах стоял гул, в глазах – огненные круги. Я попытался сделать шаг, но ноги не слушались. Мир пошатнулся – и я рухнул в темноту, где уже не было ни боли, ни страха, ни света.
Пролог II. За 6 дней до пожара
В замке Росс царила тишина. Свет не появлялся в окнах, и никто уже не помнил, когда в последний раз там видели людей.
Входная дверь была заперта изнутри на десятки замков. Замок стоял в стороне от дороги, окружённый розовыми кустами, чьи шипы со временем переплелись в непроходимую изгородь. Плющ, давно овладевший стенами, уже добрался до крыши. Внутри пахло пылью и влажным деревом. Мебель обветшала, половицы вздрагивали при каждом порыве ветра.
Дом словно погрузился в летаргию, и только ветер, скользящий по его стенам, напоминал, что время ещё движется.
Но на втором этаже горел свет. В библиотеке были люди. Их громкие голоса нарушали покой старого дома, не позволяя ему полностью погрузиться во мрак.
Пожилая дама спорила с мужчиной. Волнение делало её речь прерывистой, почти бессвязной; временами голос переходил в пронзительный визг, и от этого становилось не по себе. Мужчина же – высокий, спокойный, с отстранённым видом – казался воплощением равнодушия.
– Пожалуйста, – произнесла она устало. – В последний раз…
Она металась по комнате, шёлковые складки зелёного платья скользили по ковру. Несколько седых прядей выбились из причёски, обрамляя уставшее лицо.
– Ты знаешь правила игры, – скучающе произнёс он. Голос его звучал глухо, словно шёл из-за черты меж мирами живых и мёртвых. – Ты выполняешь свои условия, я – свои. Никаких поблажек.
– Пожалуйста… – Из ее губ звучал крик отчаяния.
– Ты тратишь моё время. Я ухожу.
– Подожди!
Она остановилась у камина. Пламя дрожало, отражаясь в её глазах. Мысли метались, как искры: выхода не было. Всё это – ловушка, и она знала это. Сколько ещё можно идти у него на поводу? Она облокотилась на каминную полку и всматривалась в огонь, словно в нём могла отыскать ответ.
Мужчина сидел в кресле с высокой спинкой в той части комнаты, куда свет не проникал. В руках он держал медальон, перебирая цепочку пальцами. Звук звеньев нарушал тишину. Злодей был спокоен: все карты были в его руках.
– Я позвоню Мирне, – произнесла она наконец, не поднимая глаз.
– Дочери Грейнн? – Он холодно усмехнулся. – Смело.
– Она поможет мне. Она не откажет.
– Семья – это хорошо… – отозвался он, не меняя интонации.
Анора стояла, не двигаясь, не отрывая взгляда от пламени.
– …и тогда ты дашь мне то, о чём я прошу.
– Договор есть договор, Анора. Всё будет сделано.
Она продолжала смотреть на огонь, но глаза ее постепенно наполнялись слезами.
– Что ты делаешь?.. Как ты можешь?..
– Я – ничего, – прозвучало из темноты.
Анора резко обернулась, и сердце её сжалось: он стоял рядом, так близко, убежать было невозможно. Запах дыма смешался с его дыханием. Языки пламени освещали лишь его лицо, исчезая и появляясь снова. Он был выше, сильнее, чистое Зло. Страх пробежал по её коже.
– Я – ничего. А ты, Анора? Что делаешь ты? – Последний вопрос прозвучал так громко, что волна от голоса мужчины вырвала шторы, а из стеллажа выпали бумаги.
Старуха вскрикнула, и в тот же миг мужчина исчез. Словно дым, он растворился в воздухе.
Медальон с глухим звоном упал на пол.
Некоторое время Анора стояла неподвижно. Потом медленно подняла руки к лицу, закрыла глаза. Когда убрала ладони, черты её были спокойны, почти безмятежны. Она пригладила волосы, вытерла слёзы, выпрямила спину.
Она подошла к двери и, глядя в темноту, произнесла твёрдым голосом:
– Генри! Генри, подойди ко мне. Я в библиотеке.
Глава 1. За 3 дня до пожара
Дорога занимала всего лишь 14 часов. Странно, я думал, мы будем добираться дольше. Самолет из Бостона в Дублин летел 6 часов, мы успели поесть, посмотреть фильм и начать другой, когда нас прервала Вирджиния.
– Мама, расскажи еще о бабушке!!!
Меня зовут Джек, и сейчас моя семья, я, моя жена Мирна и наша дочь Вирджиния, летела из Бостона, где мы жили, в Дублин, а потом в туманный Килларни, откуда родом Мирна.
С Мирной я познакомился в Дублине. Тогда, 11 лет назад, в кафе аэропорта официант перепутал наши заказы; мне принесли латте и пирожное, а Мирне – мой стейк. Мы обозначили официанту ошибку в заказах, и я решил подойти к очаровательной незнакомке, которая уже с интересом осматривала мой обед.