Лидия Гусева – Магический дуэт (страница 13)

Все согласились. Тимурчик улёгся сразу в ноги своей принцессы, а Муська в ноги своей хозяйки. Котёнок долго не мог заснуть, думая, что возможно это он сослужил медвежью услугу, побывав в гостях у деда Степана и напомнив ему о Марии Алексеевне. Но она же, сама сказала тогда, ясно сказала, что, если бы в доме был мужчина, то эти инспекторши не сунулись. Защитник, ведь.

– Ладно, после драки кулаками не машут, – продолжал размышлять он, – зато, сколько приятных эмоций получили от его появления Олька с бабушкой! Будем тогда надеяться на Крёстную. Кстати, собралась ли она в дорогу? Посмотреть бы.

Но тут котик задумался о Королевстве кривых зеркал, рассказанном Олей. Тимур думал, как бы обойтись без зеркала… И оно пришло! Решение пришло! И вместе с ним новое знание.

Коты редко используют третье веко, но Рыцарь Непобедимое Око решил испытать, в чём его сила? Он мягко и медленно начал прикрывать глаза третьим веком, как шторкой в фотокамере, затем сомкнул и верхние с нижними. Глаза оказались под двумя покровами, что обеспечивало стопроцентное не проникновение света. Однако, перед ним открылся белый, как снег, экран. Экран, как в кинотеатре. Тимур, зная себя в лицо, то есть мордочку по зеркалу, начал мысленно рисовать на этом экране свой образ. И он не замедлил появиться. О, как котёнок обрадовался! Проблема решена, можно обойтись и без зеркал!

– А теперь по следам Насти! – Приказал он сам себе.

– Ой, мам, пап, говорят, у нас новую пристань построили у Никольского монастыря? – С восторгом спрашивает Настя родителей.

– Да, доченька, да. Со следующей весны к нам пароходы будут заходить с туристами и паломниками, – отвечает мама девушки.

– Это всё мост через Волхов задерживал. Долго строили, ты же знаешь, куда все деньги шли. В Крым, на крымский мост, – подхватывает больную для староладожцев тему отец.

– О, наша Старая Ладога снова станет русской Троей! Ура! Я хочу сбегать, посмотреть на пристань, – говорит радостно Настя.

– Успеешь ещё, вечер на дворе, завтра сходишь.

– Нет, мама, завтра я поеду в Петербург. Хочу навестить свою крестницу Оленьку. Ты, кстати, знаешь адрес бабы Маши?

– Конечно, знаю. И телефон знаю. Ты позвони сначала.

– Нет, я хочу без предупреждения, сюрпризом!

– Ну, как знаешь, ты большая уже девочка! – Улыбается мать.

Тут Тимур, как занавес в театре, убрал свои шторки, только естественно не в разные стороны, а к переносице. Замурлыкал довольно – значит, приедет, значит, помощь будет. А теперь спать!

Приезд Крёстной

Следующий день был очень грустным для всех, и погода стояла пасмурная. Бабушка лежала в постели со своим давлением. Оля приготовила ей и себе завтрак, потом засела за письменный стол, готовясь к началу второго полугодия в школе. Только Тимур выглядел весёлым и бодрым, носился по квартире и сиял, как тульский самовар. Часа в два дня в дверь позвонили. Бабушка крикнула Оле, чтобы та не открывала дверь.

– Это наверно Наташка, бабуль! – Отозвалась девочка.

– На это есть мобильные телефоны, и этот ваш, будь он не ладен, интернет со скайпом.

– Я посмотрю в глазок, Ба, и всё.

Олька на цыпочках глянула в глазок. За дверью стояла красивая улыбающаяся девушка с пакетами в руках.

– Кто там? – Наконец произнесла вопрос бесстрашная Олька.

– Откройте, пожалуйста, я к бабе Маше, – был радостный ответ на вопрос и на то, что дома кто-то есть.

Девочка открыла дверь. Девушка сразу стала обнимать и целовать Олю, которая стояла, как каменная и с презрительным взглядом. Вот ей уже и родителей подыскали…

– Оленька, ну что ты, как не родная. Я – твоя крёстная мама, Настя.

– А что, теперь приёмных родителей крёстными называют? – Подозрительно задала вопрос девочка. – Вас кто прислал сюда? Кто дал адрес?

– Да что ж ты такая нелюдимая? Это я верно виновата, что ты так долго не видела меня. Просто я живу заграницей, – пыталась оправдываться молодая девушка.

– Ба-буш-ка! – Громко крикнула Оля, – иди посмотри, здесь какая-то крёстная приехала.

Мария Алексеевна доковыляла из комнаты.

– Ба! Настя! Ты откуда? Ну и дела! Что же ты стоишь в дверях, раздевайся, проходи, рассказывай! Оленька, это твоя Крёстная Настя из Старой Ладоги, они с твоей мамой подружками были. – Бабушка сразу повеселела и казалась здоровой.

Настя не могла налюбоваться на Ольку.

– Как ты выросла, как ты похожа на свою мамочку, на мою любимую Польку! И от Владика что-то есть, – улыбалась она.

Девочка всё ещё недоверчиво смотрела и слушала её. Потом детское сердечко начало оттаивать, и она сама начала вступать в разговор, отвечать и задавать вопросы, предлагать чай с пирогом.

– Какими судьбами, Настюшка? – Мария Алексеевна, казалось, больше, чем крестница радовалась её приезду.

Тимур же прятался под кроватью, боялся показываться на глаза. Вдруг Настя узнает его из сна. Девушка начала доставать подарки из своих пакетов. Она не знала размеров крестницы, и поэтому в большей степени здесь были, незнакомые по этикеткам для Оли, шоколад, конфеты, и другие коробочки со сластями. И всё это было в новогоднем сапоге. Но, каком сапоге?! С контурами Италии и с вышивкой всех городов и городков, их гербов и символов на всей поверхности.

За чаем, Настя рассказала немного о себе, о своём житии-бытии заграницей. Потом полюбопытствовала у Оли, как она учится, какие у неё хобби и увлечения. Разговор бы продолжался долго, но Мария Алексеевна уже не могла долго молчать об их беде. Со слезами она поведала все события, которые начались у них с начала января.

– Так что же вы молчали? – Взволновалась девушка, – с этого надо было и начинать! А у меня, как сердце чувствовало, что у вас неладное творится. Баба Маша, где находятся ваши органы опеки? Я сейчас же поеду туда. Тем более вы говорите, что они собираются такой злостный акт проверки строчить.

– Недалеко здесь, через две улицы. Но время-то уже четыре. Не знаю, до которого часа они работают?

Крёстная молниеносно начала собираться, уже около лифта застёгивала свою шубку и обвязывала шарф.

– Я вернусь. Ждите меня. Всё разузнаю, и вернусь, – сказала она им уже из лифта.

– Ну, Бог в помощь тебе, – только и произнесла Мария Алексеевна.

Бабушка с внучкой вернулись в квартиру.

– Ну и Крёстная у меня, бабуль! Огонь!

– В Италии наверно все такие, – улыбнулась бабушка.

– Не в Италии, а в Старой Ладоге! – Скорректировала Оля.

Настроение у всех опять стало праздничным и весёлым. Тимур вылез из-под кровати и начал обнюхивать и рассматривать подарки, привезённые Настей для Оли и бабушки. Жаль, для него, ничего не оказалось. Но это не важно!

Настя шла по улицам быстрым шагом, почти бежала. Сердце её бешено колотилось, в голове не укладывались мысли такой агрессивной несправедливости. Как так можно прессовать людей?! Довести пожилую женщину чуть ни до инфаркта, а Олька совсем превратилась в волчонка, и это за каких-то десять дней. В девушке кипела злость и ненависть на работников учреждения. Она хотела обрушить на них шквал всех грязных слов, которые знала, да и глаза бы выцарапала, только это нельзя. «Стоп, – сказала себе девушка, – не только глаза выцарапывать, но и слова такие говорить нельзя. Раз они кровожадные, то надо с ними вести такую же игру. С волками жить, по-волчьи выть. «Да, успокойся, Настя! – Успокаивала она себя, – вежливость – признак королей. Но надо быть не только вежливой, а приторно вежливой, сладко вежливой». Девушка быстро нашла кабинет, где заседали инспекторы по их участку. Постучалась интеллигентно, поздоровалась с улыбкой. Тётки сразу оглядели с ног до головы красивую молодую женщину в норковой шубке и изящных сапожках, с маникюром и дорогой косметикой.

– С кем бы я могла поговорить по поводу Олечки Савиной? – Сладким голосом начала Настя.

– Ну, с нами, – грубым полицейским голосом ответила одна, – вы что, из школы, что ли?

– Нет, что вы, какая школа. Школа сейчас на каникулах, – продолжала бархатным голосом девушка, – длинные у них, однако, отпуска. Это вы вот только трудитесь денно и нощно, заботясь о детках, – расхваливала она службу опеки. – Я – крёстная мама девочки. Прилетела вчера из Италии. Навестила её, а они там с бабушкой что-то набедокурили. Неужели, всё так серьёзно?

– Серьёзней не бывает, – другая инспекторша решила перечислить все моменты. – Во-первых, девочка гуляет одна во дворе, да за это в той же самой Европе сразу родительских прав лишают! Дерётся с мальчиками. Жалоба есть от мамаши одной. Вчера приходили с проверкой, а в квартире посторонний мужчина. Это, что за воспитание такое?!

– Да, да, это Степан Васильевич, бывший муж бабушки приходил. – Опять сладко, как лиса, заговорила Настя. – Я их давно знаю и с очень положительной стороны. К тому же Оля показывала мне дневник, у неё одни пятёрки, девочка занимается ещё в художественной школе. Её все любят и хвалят. Бабушка постоянно вывозит Олю в театры и музеи. Вчера вот в цирке на Фонтанке они были.

– Вы нам зубы не заговаривайте! – Произнесла та, что потолще.

– Какие зубы, что вы? Я, наоборот, хотела посоветоваться с вами, как из хорошей девочки вырастить ещё более прилежную девушку. Вот приехала сюда на четыре недели, уже составила программу, куда мы пойдём и поедем. Пушкин и Павловск – обязательно. Может, вы подскажите, какие сейчас мероприятия в городе проходят, может, концерты детские?