Лидия Гулина – Убить Саламандру (страница 52)

Влад всё также мрачно смотрел на Анку, и она уже начала беспокоиться, что перед ней не союзник, а безвольная кукла, готовая в любую секунду броситься убивать всех на своём пути. Но Кузнецов развеял сомнения, мотнув головой и запустив в волосы руку.

— Я в порядке, — грустно улыбнулся он, — но голова теперь раскалывается. Раньше я не замечал, как тяжело находиться рядом с ним. Чувствую себя словно меня пытался одурманить мошенник — если знаешь, что тебя дурят, то ясно видишь все махинации, а если нет — мои деньги у него в кармане.

— Ты не записал его слова? — перебила Анка начавшего волноваться друга. Этот вопрос беспокоил её весь разговор.

— Не знаю. У меня глушит связь с Максом. Это он больше разбирается в этой шайтан-технике, — для наглядности Влад достал микронаушник и подбросил его в ладони, затем положил обратно в ухо. — Мы потом обсудим всё, что услышали, а пока — давай действовать по плану. Я узнаю, как снять путы и сразу же вернусь, — Влад отвернулся к двери.

— Стой! — голос Анки снова остановил Влада. — Я не пойду.

Влад не обернулся обратно. Он знал, что Анка скажет.

— Если Сергей виноват во всё происходящем — хотя мне трудно поверить в это, — то в его лаборатории должен быть ответ, как остановить Слом.

— Мы может туда наведаться после того, как спасём тебя, — Влад не оборачивался, руки сжимались в кулаки.

— Сейчас он думает, что я всё ещё под его контролем, а потому свободно рассказывает мне все свои планы. Если я снова сбегу, каковы шансы, что мы узнаем от него хоть что-то? — продолжала убеждать друга Анка.

— Будем пытать, — Кузнецов также упрямо настаивал на своём.

— Не глупи, Влад…

— Это ты глупая! — резкий возглас прервал Анку. — Глупая, глупая, глупая дурёха. Зачем тебе так рисковать?

Влад так и не повернулся к ней лицом, поэтому отвечала она упрямому затылку с взъерошенными волосами. На самой макушке волосы окрасились пылью, и казалось, что молодой парень постарел на несколько лет, пока сидел под столом и слушал откровения сумасшедшего.

Мысли путались, в голове звенело, и она пыталась сформулировать всё, что узнала за эти пару дней в слова, которые она могла бы донести до Влада.

— Мне всё равно не жить, — Анка старалась говорить как можно мягче. — Пока есть Слом, люди будут пытаться убить меня, надеясь спастись от катастрофы. Вечно прятаться мы не сможем, а пройдёт время и Амерев поработит всех, включая нас. Кто знает, насколько он уже к этому близок? А сегодня у нас есть шанс подобраться к нему максимально близко. Ты должен это понимать.

Влад понимал. Он всё прекрасно понимал. Понимал, что она права, но не хотел это признавать, потому что тогда ему снова придётся оставить Анку одну в логове хищников, именно в тот момент, когда он обещал ей, что этого больше не произойдёт. Он не хотел оставлять подругу, но это был шанс остановить Слом.

Влад снял бесполезный микронаушник, покрутил его немного в руке, как бы взвешивая. Лёгкий, невесомый, его трудно заметить. Он повернулся к Анке. Зелёные глаза горели решимостью, но её тело выдавало внутренний страх, мелко дрожа, несмотря на удушающую жару в комнате. Он подошёл к подруге и поднял свободную руку, нежно отводя растрепанные волосы за покрасневшее от прикосновения ухо.

— Радиус действия наушника небольшой, поэтому мы постараемся быть рядом, — он засунул Анке в ухо небольшой гаджет, накинув обратно длинные пряди. — Надеюсь, что глушилки внутри лаборатории Сергея Борисовича нет, и мы услышим и запишем каждое его слово, — Влад опустил взгляд, боясь пересекаться с ней глазами. — Знать бы ещё, где лаборатория, чтобы нам не пришлось следить за конвоем.

— Я, кажется, знаю, где она, — тихо и неуверенно прошептала Анка.

Влад всё же поднял глаза, уставившись в изумрудную зелень. Такое пристальное внимание смутило Анку, но она продолжила:

— Она должна быть недалеко от места казни, если Амерев хочет успеть поработать с моими мозгами. Также я уверена, что он держал бы её под боком, на всякий случай. Лаборатория в…

— Эрмитаже, — изумлённо выдохнул Влад. Так близко, источник всех проблем, источник Слома был так близко.

Анка кивнула.

— Да, я думаю, что лаборатория в Эрмитаже. Ты заметил, как там прибавилось экспонатов, хотя никто больше не ходит туда на экскурсии? — она продолжила мысль. — Держу пари, они специально освободили подвалы, чтобы обеспечить себе побольше пространства.

До Слома Влад нечасто посещал Эрмитаж, был там два или три раза — и все со школой. Он не знал, стало ли в коридорах больше картин и статуй, однако Анке в этом вопросе доверял: музеи — её страсть.

— Хорошо, — Влад тоже ответил кивком головы, — тогда встретимся там. И, Анка, — не дал он ей открыть рот, — мы придём за тобой. Узнаём всё, что надо, и вместе уйдём. Если Макс и Алина откажутся помогать, я пойду один, но я приду и вытащу тебя оттуда, ты поняла?

Они стояли близко друг к другу, но на последних словах Влад придвинулся ещё ближе, и теперь Анка ощущала тепло его дыхания на своих губах, не отрывая взгляда от кофейных глаз, манящих её сильнее, чем музыка Сергея. Заложило в ушах, колени подогнулись, а в глазах потемнело от этой близости — всё тоже самое, что ощущала она под действием сигнала. Заметив, что подруге плохо, Влад подхватил её под талию, прижав к себе, но только ухудшил тем самым её состояние, заставив сердце биться в бешеном ритме, загоняя лицо в пунцовую краску. Глаза Влада потемнели ещё сильнее, становясь почти чёрными, когда он тоже осознал, насколько они близки. Их губы приоткрылись, будто обоим не хватало воздуха, а Анка прикрыла глаза.

Секундное замешательство, резкий вздох, и Влад отпрыгнул от Анки, в одно движение оказавшись у двери. Красный как рак, он в последний раз обернулся и скрылся за проёмом, прошептав слова прощания одними губами.

Прислонившись спиной к двери, Влад яростно взлохматил свои волосы и со всей силы ударил себя по щекам, приводя в чувство.

«Дурак! Дурак-дурак-дурак!»

Выглянув в пустой коридор — охранники, как надеялся Влад, были ещё внизу, — Кузнецов двинулся к лестнице, не забыв запереть за собой решётку. Если Сергей Борисович не заметил, что двери открыты, то асфалийцы точно почуют неладное. Он тихо спускался по лестнице, прислушиваясь к каждому шороху — без Макса вероятность натолкнуться на праздно шатающегося представителя закона вырастала в разы. Но и без Макса в голове Влада было шумно. Он не прекращал ругать себя за чуть не совершённую глупость.

«Нашёл время. Вы только встретились, спустя столько лет, последние два дня полны не самых хороших событий, она сейчас связана в асфалийском участке, а ты решил её поцеловать. У-у-у, дурак!»

Два этажа прошли без происшествий, но на втором Владу пришлось притаиться: в коридоре были слышны приглушённые голоса.

«Сначала выбраться из всей этой передряги. Потом признаться в своих чувствах. И только если, — если, Влад, — она ответит взаимностью, целовать. В таком порядке, а не наоборот. Не стоит уподобляться принцу из Белоснежки.»

Голоса в коридоре удалились, и Влад продолжил спуск, приближаясь к первому этажу.

«И о чём ты вообще думал? Это был бы первый поцелуй. Первый! Что она запомнила бы? Анка связана, у тебя синяк под глазом, вы оба вымотанные, уставшие и потные, а уж запах изо рта…»

Влад застыл на последней ступеньке, вспомнив, как близко он стоял от Анки, и что она могла услышать его запах. Кузнецов поднёс ладонь ко рту и резко выдохнул, принюхиваясь. На лестничную площадку шагнул мужчина в асфалийской форме. Секунду они рассматривали друг друга. Был ли асфалиец заторможен, потому что находился недавно под действием Сергея или по какой другой причине, но Влад очнулся первым и, оттолкнув незадачливого мужчину в сторону, бросился по коридору к заднему выходу.

— Эй! — услышал он позади.

Дурак, но не настолько, чтобы останавливаться, Влад продолжил бежать к заветной двери, которая уже виднелась справа впереди. Внезапно дверь отворилась, и Влад чуть было резко не затормозил, но вовремя увидел низкую русую макушку и олений взгляд, испуганно смотрящий прямо на него. Кузнецов, наоборот, поднажал, увеличивая скорость. Сзади слышались крики и приказы остановиться. Схватившись правой рукой за косяк двери, Влад вырулил прямо в маленький предбанник, из которого они с Алиной начинали свою маленькую проказу. Левой рукой он захлопнул дверь. Подскочила Алина, запирая её на подготовленный ключ. Как раз вовремя: с другой стороны в неё врезался один из асфалийцев и принялся неистово тянуть ручку на себя, разряжаясь проклятиями. Друзья выскочили на улицу, не забывая запереть за собой и наружную дверь.

— Где Анка? — на бегу спросила Алина, но Влад лишь молча покачал головой. Захарова поджала губы, но двинулась дальше, поднимая руку к уху.

— Макс, заводи машину! — у Алины микронаушник был на месте. Именно Макс подсказал ей, где встретиться с Владом, и когда открыть ему дверь.

После наваждения, когда Сергей Борисович ушёл, собравшиеся в кабинете капитана — а это процентов девяносто из находившихся в данный момент в здании людей, считая Анку и Влада — совершенно забыли, о чём они ругались, и Фёдор Михайлович разогнал всех по местам. Алину тоже выгнали из кабинета, а мать вдогонку ещё и обругала дочь за непотребный вид, посоветовав сходить умыться, прежде чем показываться на глаза честным людям. Охранники с четвёртого, не знающие, кого они охраняли, и поэтому относившиеся к возложенному на них заданию халатно, решили уйти на перекур, отправившись к центральному входу. Алина ушла следом, поправляя с помощью телефона и салфетки макияж: Макс попросил задержать асфалиййцев. Лёгкая задача, всего то улыбнуться одному, подмигнуть второму и отпроситься в уборную, обещая скоро вернуться и оставить свой телефон лишь одному из двоих. Бедняги простояли на улице до последнего, чуть не свалившись друг на друга, когда дверь резко распахнулась, выпуская разгневанных коллег, мчащихся к машине.