Алина улыбалась, встречая раненых. Невинно хлопала ресницами, когда в неё кто-то врезался и начинал сразу же кричать — крики моментально смолкали под таким взглядом. Изящно крутила бёдрами, проходя мимо зазевавшейся толпы, отвлекая её от творившегося вокруг ужаса. Зажималась с мерзким Васильевым в подсобке, чтобы он поставил ей поменьше утренних смен, когда голова совсем переставала работать.
Всё так, как учила мама. Пользуйся своим телом, это твоё орудие, твой щит и твой меч. «Мир жесток, а люди ещё ужаснее, и каждый захочет сделать тебе больно».
И вот, в относительно спокойную смену — по крайней мере не было раненых или больных в коридорах больницы, к ним ввалилось два старшеклассника — один волочил другого за собой. Алина сразу поразилась высокому блондину: он был практически раздет: в одной майке и шортах. Его кожа горела красным, и не понятно: от потуги или холода. Голубые глаза лихорадочно блестели, а пухлые губы приоткрывались в такт дыханию. Влажные волосы прилипли ко лбу, пока он затаскивал на рецепцию своего друга. Только потом она заметила второго коренастого парня, у которого лоб тоже был влажный, но не от мокрого снега или пота, а от начавшей уже сворачиваться крови.
— Помогите, — хриплый, срывающийся голос.
Алина обворожительно улыбнулась: надо было их успокоить, чтобы не разбудили всех в округе, а потом позвать Кристину, пускай эта серая мышь работает, а Захарова хотела отдохнуть и посмотреть новый сериал, который теперь непонятно, выйдет ли до конца. Она применила свою лучшую тактику: улыбка, лёгкий наклон головы и невесомое прикосновение — достаточно, чтобы успокоить любого мужчину и попросить его подождать медсестру.
— Пожалуйста, присядьте и подо…
Алина не успела закончить, как парень резко схватил её за руку.
— Не играй со мной, — сквозь зубы, тихо, чтобы слышала только она, прорычал парень. — Моему другу нужна срочная помощь. Ты сейчас свободна, как я вижу, поэтому не стой столбом и помоги ему! — Блондин отбросил руку Алины и усадил своего друга на кушетку. Он был накрыт двумя куртками: одна, несомненно, его, а вторая — длиннее — вероятно, высокого блондина.
Едва справившись с потрясением, что её чары не сработали, Алина начала машинально осматривать больного, не снимая с лица улыбки.
— Что с ним произошло? — она откинула пряди со лба. Небольшой осколок застрял в коже прямо на границе роста волос. Взяла руку парня и прижала пальцы к тыльной стороне запястья, направив свой взгляд на наручные часы.
— Авария, — блондин топтался на месте и похлопывал свои плечи, пытаясь согреться. — Какой-то поехавший, наверное, Сломанный, врезался в нас со всей дури прямо со стороны Влада, — ага, коренастого, поняла Алина, — Это было до захода солнца, но, когда я очнулся, на улице уже была темень, а Влад еле дышал. Это произошло буквально через дорогу от вас, вот я его и притащил сюда, — блондин перестал пританцовывать и серьёзно взглянул на девушку. — Помогите ему.
— Для начала, — Алина оставила пострадавшего и с улыбкой повернулась к раздетому парню, — вам не стоило доставать его из машины. Если бы у него были серьёзные внутренние повреждения, вы могли очень сильно ему навредить, — девушка заправила выпавшие из прически волосы за уши, — Я сейчас позову другого доктора, и она вам поможет, — она развернулась, чтобы уйти: её начинала раздражать эта парочка, а особенно блондин, который продолжал смотреть на неё волком, вместо того чтобы, как все, упасть к её ногам.
— Стой, — блондин снова схватил её за руку. Раздражение начало перерастать в злость: что он себе позволяет?!
— Слушаю, — тем не менее добродушия в голосе у неё не убавилось.
— Я понимаю, что сглупил, принеся его сюда без должного осмотра, но я не хочу сделать ещё хуже, оставив его без помощи на неопределённый срок, — парень сжимал рукав халата девушки, трясясь от холода. — Помоги ему. Ты ведь врач, я верю, что ты сможешь помочь ему. Этот парень и так уже настрадался.
И Алина утонула в ледяной синеве глаз. Никто ещё не говорил ей таких слов. Нет, врачом называли, конечно, но никто не говорил, что верит в неё и её силы, считая пустышкой и глупенькой девчонкой. На её решение взяться за незапланированную ночную помощь повлиял именно этот парень.
У Влада оказалось сильное сотрясение мозга, но не более того: осколок на лбу даже не дошёл до кости, но сильно перепугал блондина, мешая крови сворачиваться и стекать вниз по лицу друга. Хуже дела оказались с самим спасающим, Максимом, как было сказано в его паспорте, когда Алина уговорила и его на осмотр. Вывих плеча, обморожение конечностей и ушей (в машине была включена печка и водитель решил сильно не одеваться, пролежав потом на холодном льду, вывалившись из машины около трёх часов назад), сотрясение и задетая гордость, когда его друг в какой-то момент осмотра начал храпеть прямо на кушетке, провалившись в глубокий сон.
— Мест не так много, останетесь на ночь в коридоре, — сказала Алина, закончив заполнять документы. — Утром вас посмотрит ещё хирург, и, думаю, отправит домой, — девушка зевнула, прикрывшись бумагами от лишнего взгляда. Выглянув из-за них обратно, она столкнулась лицом к лицу с Максимом, который очень тепло ей улыбнулся.
— Спасибо, — он снова взял девушку за рукав халата, но в этот раз более нежно, — Правда спасибо. Я понимаю, что этому увальню хоть бы хны, и он там сейчас уже десятый сон видит, — Максим ткнул себе за спину, где на кушетке самозабвенно спал «пострадавший», — но я бы ни за что не простил себе, если бы с ним что-нибудь случилось, — его взгляд стал серьёзным. — Ты очень помогла.
Алина не знала, что с ней происходит, но она не могла больше держать привычную ей маску, и та улыбка, что расцвела на её лице, была искренней впервые за… сколько лет? Пять? Десять? Улыбалась ли она когда-нибудь по-настоящему?
— Это вам спасибо, — проговорила Алина и моментально нацепила привычную маску доброжелательности, заметив на лице парня удивление, смешанное с другой, какой-то новой эмоцией. Она мягко освободила руку и двинулась в сторону ординаторской, по пути бросив дежурную фразу:
— Выздоравливайте, и больше к нам не возвращайтесь.
Алина ушла уже далеко и не должна была этого слышать, но голос симпатичного блондина всё же донёсся до её ушей:
— Ещё вернусь.
Алина очнулась от воспоминаний: время не терпело. Наконец-то телефон полностью загрузился, а она зашла в мессенджер, лихорадочно печатая сообщение: «Отбой. Мы передислоцируемся. По новой точке отпишу позже.». Сообщение ушло и сразу же пометилось как прочитанное. Алина с облегчением выдохнула. Успела. Но тут ей пришёл ответ, убравший всю краску с её лица:
«Мы на месте. Успеем перехватить. Прячься».
Нет.
Алина бросилась к выходу из уборной, но быстро поняла, что опоздала окончательно, когда за дверью раздался грохот и короткий девичий возглас, оборвавшийся слишком резко.
Глава 20
21 июля. 14:15.
От Галчонка надо было избавиться. Макс понимал, что его машина — это отличная наводка, а потому не тешил себя надеждой, и первым же делом они с Владом сменили транспортное средство, подрезав чей-то давно стоявший у тротуара автомобиль. Хорошо, что Влад умел это делать в силу своих способностей: он не раз выезжал на вызов, где его просили открыть заклинившую автомобильную дверь или завести машину без потерянных ключей. Макс предупреждал друга, что не каждый подобный вызов исходит от настоящих владельцев транспорта, но Влад всегда сильно верил в людей, поэтому отмахивался — не могли же его обманывать. Зато набитая на этом рука сейчас сильно им помогла, и теперь парни разъезжали на таком же побитом, как и всё в округе, ларгусе.
Они и правда заехали всего в пару мест: Макс купил несколько сотовых, в продуктовом набрал консерв, а какой-то мутный тип передал ему туго набитый портфель с неизвестным для Влада содержимым. На всё про всё у них ушло около двух часов, так что и со временем блондин не ошибся.
— Если мы собираемся бежать, то нам долгое время придётся ехать без остановки, — промолвил Макс, когда они уже ехали по Невскому в сторону Итальянской. Мигая проблесковыми маячками, в полной тишине проехала пожарная машина — вдалеке снова виднелся дым. Между ними всё ещё была стена из обиды, но парни никогда не умели злиться друг на друга по-настоящему и долго. — Алина водить не умеет, Анка, я уверен, тоже, а я один вас далеко не увезу, без того, чтобы не съехать в ближайший же кювет от недосыпа, — он глянул на друга. — Придётся и тебе вести.
Влад в ужасе воззрился на водителя, а затем неистово замотал головой из стороны в сторону, чуть её не свихнув:
— Нет-нет-нет. Ты знаешь, я после того раза ни за что за руль не сяду. Нет. И не проси.
— Ёжики пушистые, Влад, — Макс закатил глаза и свернул на Михайловскую. — Ты — сапожник без сапог, ты в курсе? Воскрешаешь машины как автомобильный Иисус, а сам в штаны ссышь, стоит только сесть за руль.
