Лидия Гулина – Убить Саламандру (страница 23)

— Влад, — доев пирожок с повидлом, Анка прервала друга.

— А?

Парень сильно увлекся, рассказывая известную ему информацию, и совсем забыл, что у него есть собеседник. Такое с ним случалось часто: бесконтрольный поток слов на интересующую тему. Он настолько увлекался, что совершенно забывал с кем он, где он, и о чем изначально вообще шёл разговор. Со временем Влад постарался научиться это контролировать, но вышло только хуже — теперь он мог, наоборот, часами не открывать рот, насупившись как воробышек. Малознакомые люди пугались такого: Влад смотрел волком, но на самом деле он просто держал себя, чтобы не сказать лишнего, зная, что, если начнет говорить, он не остановится.

— Ты спрашивал, есть ли у меня вопросы, — Анка понимающе улыбнулась, она знала об этой особенности Влада, и его покрасневшие уши жутко её веселили.

— Да, прости. Спрашивай.

— Почему ты сейчас так добр со мной?

Влад подавился первым сделанным глотком чая и резко дёрнул рукой в сторону. Чай тёмным пятном окрасил светлую скатерть.

— Кхм, — парень вконец сдался с чаем. Он никогда не любил пить горячее, а потому просто отодвинул чашку подальше от себя, чтобы больше ничего не пролилось. — Я думал, ты больше о себе захочешь узнать, о своем прошлом или о том, что в мире происходит в конце концов.

— Мне не интересно своё прошлое, я его вспомнила, — отмахнулась Анка и вгрызлась в очередной пирожок, уже третий по счёту, в этот раз с вишней.

— Ага, — кивнул Влад, — ну тогда… Как вспомнила?!

Парень вскочил со стула и опёрся руками о стол, сдвигая скатерть и разлившееся пятно в сторону. Краем мысли он обрадовался, что отодвинул чашку, но больше всего его занимали другие вопросы.

— Что вспомнила? Когда вспомнила? Где ты была всё это время? Ты знаешь, из-за чего ломаются люди? Кто…

— Влад, полегче, — Анка тоже привстала и успокаивающе положила руку на плечо парню. — Я не смогу ответить тебе на всё и сразу.

Влад уже хотел присесть обратно, но снова подскочил и двинулся к двери.

— Надо рассказать Сергею Борисовичу, что ты что-то вспомнила. Подожди, расскажешь нам обоим сразу, чтобы не повторяться.

— Нет!

Анка схватила Влада у самой двери с силой навалившись на неё. Рука парня застыла на лапе хищной птицы.

— Не надо его звать. Позволь мне сначала поговорить с тобой, хорошо?

— Ладно-ладно, ты только не волнуйся. Давай присядем тогда обратно — при одной мысли о Сергее Борисовиче Влад снова начал блаженно улыбаться и плавно двигаться. Анке это не нравилось: надо было что-то с этим сделать, прежде чем продолжать разговор. Но что?

Ребята снова расположились за столом. Анка сложила на скатерти свои руки, думая, как начать разговор. И как привести Влада в чувства. Пальцы постукивали по мягкой ткани, под которой находился дорогой белый мрамор столешницы. Идея пришла сама собой.

— Тот случай со Сломанным в больнице, он привёл меня в чувство. Я вспомнила, кто я такая, какой я была, вспомнила всё вплоть до события в Эрмитаже… здесь, — Анка обвела рукой комнату, в которой они сидели. — Это какая-то шутка: уснуть в самом страшном кошмаре и проснуться там же. Нет, Влад, я не помню, как убивала маму, — даже сквозь дурман Влад напрягся, и Анка это заметила. Страх не ушёл от него, он всё ещё думал, что она опасна. Она и была опасна, но теперь могла это контролировать.

Анка подвинула стул поближе к парню, и теперь сидела прямо рядом с ним, положив ему руку на предплечье.

— Я вспомнила свою жизнь до. Вспомнила своих родителей, школу. Друзей, — пока Анка говорила, она медленно передвигала свою руку выше, к плечу Влада. — Мы ведь были друзьями, не так ли? — Влад осторожно кивнул, он всё еще улыбался, но сидел настороженно, не зная, что ожидать от девушки. — Ходили в одну школу, жили недалеко друг от друга. Твой дедушка тоже ведь из Александровки родом, как и моя мама? Интересно, живы ли ещё мои дедушка с бабушкой? — Анка тепло улыбнулась собственному вопросу.

— Нет.

Плечо под рукой Анки напряглось. Улыбка девушки сползла с лица. Она хотела разговором отвлечь юношу, а вышло так, что сама ударилась в воспоминания.

— Они умерли вскоре после смерти твоей мамы. Сами, — быстро добавил Влад, увидев гримасу боли на лице Анки. — Анфиса Павловна, а за ней и Петр, извини, не вспомню его отчество. Оба примерно через полгода после смерти Елизаветы Петровны, тихо и во сне.

— Михайлович, — невпопад сказала Анка. — Спасибо.

Анка едва прошептала слова благодарности. Дедушка с бабушкой не очень жаловали внучку, навсегда привязавшую их любимую дочь к большому городу, но Лизу любили всем сердцем. Они очень переживали, что их единственная дочь уехала покорять Санкт-Петербург из маленькой деревни. Возможно, в её смерти винили и себя.

Тёплая рука накрыла Анкину, до сих пор лежавшую на плече Влада, и сжала её в поддержке.

— Многие погибли за это время, Анка.

Она сжала руку в ответ лёгким движением и сразу освободила, переместив ещё выше, уже на голову парню.

— Мы ещё можем быть друзьями, Влад?

Он повернулся к ней лицом и строго посмотрел в глаза.

— Ты спрашивала, почему я добр к тебе. Потому что я верю тебе, и верю в то, что ты ни в чем не виновата. Как бы это не противоречило логике или твоим действиям, Анка, но я верю тебе. То письмо…

— Тогда прости меня за это.

— За что?

Анка внезапно посмотрела в сторону окон и ткнула туда свободной левой рукой.

— Там!

— Да что там? — удивление успело проскочить на лице парня, когда он повернулся туда, куда указывала Анка, где, конечно, ничего не было. Анка, продолжая сжимать правой рукой голову юноши, внезапно привстала и, вкладывая всю свою набравшую пирожками силу, резко опустила её вниз, соединив лоб парня с толстой мраморной столешницей. В этот момент удивление сменилось ужасом, первой искренней эмоцией Влада с момента пробуждения девушки в этом зловещем месте.

В голове у Влада вспыхнула искра, в глазах потемнело, в ушах заложило, а из носа тонкой струйкой потекла кровь, окрашивая изысканные светлые скатерти в замысловатый багряный рисунок, напоминающий цветы на постельном белье. Всё ещё дезориентированный, он отшатнулся вправо и чуть не упал со стула, но Анка резво подхватила его и усадила на место, ловко увернувшись от ответного удара и вложив в свободную руку салфетку, которую Влад сразу же автоматически приложил к носу. Когда в голове начало проясняться, парень со злостью прошипел на подругу, ненароком повторив вопрос:

— За что?

С заложенным носом фраза прозвучала бы даже комично, если бы не полные злобы глаза говорившего. Звон в ушах оглушал, но через мгновение Влад стал слышать даже немного четче, чем раньше, как будто у него заложило уши, даже характерный щелчок барабанной перепонки в виде удара был.

— Помогаю тебе, дурак, — Анка с обиженным видом переместилась обратно на другую сторону стола, подальше от Влада, будто это он её только что приложил о стол. Нога на ногу, руки скрещены на груди, губы сжаты, а нижняя даже немного выпячивалась — прямо маленький нашкодивший ребёнок.

— Чем? Я только сказал, что, чёрт тебя подери, верю тебе. Верю, что ты не агрессивное неуправляемое существо, коими заполнена сейчас наша планета по самое не могу, а ты в ответ ведешь себя как это самое неуправляемое и агрессивное существо и избиваешь меня?! — не смотря на шок и боль от произошедшего, Влад не поднимал голос, «шипя» обвинения в торчащий перед губами платок, свисающий с носа и уже успевший пропитаться кровью.

— Ты теперь хорошо меня слышишь? Понимаешь, что я говорю? Твои мысли не путаются? — не обращая внимания на обвинения, спросила Анка.

— Я и до этого тебя слышал и понимал, — проворчал Влад. На последнее благоразумно промолчал, но Анку не проведешь.

Девушка лишь усмехнулась на выпад.

— Ты бы видел себя со стороны: лыбился, как идиот, взгляд в никуда, движения заторможенные. Как вы назвали такое состояние? Сломанные? Так вот, Влад, тебя ломали.

Не веря своим ушам, парень уставился на собеседницу.

— Да о чем ты? Все Сломанные сразу становятся агрессивными, это достоверный факт. Алина бы лучше тебе рассказала об изменениях в гипоталамусе и гипофизе у поверженных этой болезнью людей, но и я тебе скажу, что люди — не тупые. Медицина за эти пять лет не стояла на месте, тысячи врачей изучали трупы поверженных этой болезнью людей, и нашли многие её характерные признаки.

Сильный удар и стресс от случившегося снова заставили Влада говорить без остановки. Сломанные, медицина, врачи. Его понесло, и если его не остановить, то скоро он мог начать рассказывать о влиянии Луны на случившуюся катастрофу.

— Стой, — Анка взмахнула руками, останавливая поток слов. Кое-что из сказанного её заинтересовало. — Почему вы все называете это болезнью?

— А как нам ещё это называть? — теперь руками развёл Влад, капелька не засохшей крови с платка сделала кульбит и присоединилась к тёмному пятну от чая. Высохнет и не отличишь: где что. — Были теории, что это террористы, но никто так и не взял на себя ответственность за эти случаи, а многие организации и сами пострадали от Сломанных. В интернете серьёзно обсуждали атаку инопланетян, мол, они так хотят ослабить нас и поработить. Даже если так, сейчас уже самое время, мы и так ослаблены, а они всё не прилетают. В церквях говорят, что это наказание Бога нам за грехи. Но, Анка, больше всего это похоже именно на пандемию: распространение, заражение, физические повреждения…