Лидия Гулина – Убить Саламандру (страница 25)

— И что они обсуждали? — Влад ещё ближе подался к Анке, она начала переходить на шёпот, уходя в воспоминания, и ему становилось труднее услышать её.

— В основном ничего важного: у кого с кем роман, что сегодня на обед, наушники сильно натирают, надо заказать новые.

— Какие ещё наушники? — казалось бы, незначительная деталь привлекла внимание Влада.

— Это сейчас не важно, — Анка торопилась рассказать ему самое важное.

— Нет-нет, я серьёзно. Опиши их.

Настойчивость друга заставила Анку расцепить руки. Упрямый Влад не отстанет ведь, а ей было проще показать.

— Большие, полноразмерные наушники, настолько выпирающие от головы, что иногда в темноте мне казалось, что это огромные обезьяны, — Анка развела руками от ушей сантиметров на пятнадцать, показывая размер устройств. Она снова сцепила руки вокруг ног и с подозрением добавила:

— Почему для тебя это важно?

— Не может быть, — Влад тоже ненароком начал переходить на шёпот. — Охрана Сергея — они все поголовно ходят в таких приблудах. Мы всё смеялись: зачем они им… А зачем, кстати?

— В один из дней, когда я была в сознании уже долгое время, в темницу — а это была именно она, пришёл сам Сергей. Колокольчики в комнате заиграли с неистовой силой, но в этот раз я смогла им противиться и не потеряла сознание. С ним было сопровождение: учёный в халате и охранник в наушниках. Человек в белом сказал, что я исчерпала свой лимит, и вряд ли буду ещё полезна — возможно из-за этого меня несколько дней никуда не отвозили. Сергей посмотрел на учёного и улыбнулся ему, звук в голове сводил с ума, но я лежала, притворяясь тряпкой. Тогда и учёный улыбнулся в ответ со словами: «Мы поднимем её в строй, не волнуйтесь». Это было жутко, Влад. Бедный человек в халате не контролировал себя. Охранник же стоял в оцепенении, стараясь слиться со стеной. Тогда мне показалось, что колокольца имели на него меньший эффект.

— Но что он конкретно с ними делал? Это какая-то магия? Промывка мозгов? — Влад энергично покрутил пальцем у виска.

— Я не знаю, не успела это выяснить. Сергей приходил ещё несколько раз, рассказывая о тебе, о Максе и моём отце. Казалось, он делал это не в первый раз. Так я узнала, что вы живы и даже живёте всё там же. Но однажды, возбуждённо вышагивая по темнице, он сказал страшное. Он извинялся, клялся, что всё должно было пойти не так. Заверял, что я его надежда и будущее. Говорил, что только он и я можем спасти этот загнивающий мир от мешающего мусора. Создать новый мир. Он говорил, что лишние люди должны исчезнуть.

Анка тяжело сглотнула, вспоминая тот день. С каким восторгом Сергей Борисович рассказывал о том, что недостойные жизни люди должны уйти с пути у избранных. И именно он должен избрать их. Его пальцы находились в постоянном движении, приглаживая костюм, проходя по стене и кровати, и изредка задевали Анку. Она каждый раз чуть не вздрагивала, но сдерживалась, боясь выдать.

— После этого разговора он ушёл, а я снова погрузилась в забытье. Не всё, что произнёс Сергей, я осознала — туман всё ещё сковывал мой разум — но слова о новом мире меня испугали, и я решила бежать. К счастью, такая возможность быстро подвернулась: в следующий раз я очнулась в очередной машине, голая и закутанная в огромный плед на заднем сидении. Впереди никого не было. Выглянув в окно, я обнаружила, что на улице ночь, а мы остановились у какой-то заправки с забегаловкой. Там сидела пара людей — скорее всего мои сопровождающие. Недолго думая, я вылезла в через заднюю дверь машины на улицу, в противоположную сторону от харчевни. Перед тем как уйти, я подняла задний коврик и уложила его под плед. И убежала.

— Вот так просто? — Влад недоверчиво покосился на Анку. Не могло всё пройти так легко.

— Я обману, если скажу, что тяжело, — улыбнулась Анка, — я почти не помню свой побег, меня одолевала лихорадка. Единственной целью было — добежать до дома, где я смогу найти защиту у отца, — девушка фыркнула этой мысли. — И ещё одна: отправить тебе письмо о помощи.

Понимание промелькнуло на лице Влада, и он подскочил со стула, подходя к подруге.

— Я получил его! — он начал расхаживать перед Анкой, рассказывая ей о том письме. — За два дня до твоего появления, я нашёл странный конверт, заткнутый в щель между входной дверью и косяком. Ни отправителя, ни моего имени, только адрес и индекс. А внутри твоим почерком: «Я скоро буду, встреть меня у дома».

— Я всё-таки написала письмо? — Анка нахмурилась: она совсем этого не помнила.

— Да! — Влад резко остановился перед Анкой. Кузнецов был рад: хоть что-то он начал понимать.

Солнце неумолимо тянулось к закату, у них оставалось чуть больше полутора часов, а они столько ещё не рассказали друг другу.

— Сначала я его скомкал и выбросил. Шутники — подумал я. Многие знают, что мы дружили. Однако, письмо я нашёл утром, а вечером уже мчался к твоему дому. Просидел как дурак в засаде два дня, хорошо хоть догадался взять с собой еды и воды, — Влад скользил взглядом по стенам, избегая смотреть на Анку. — Если это была шутка, я бы просто почувствовал себя глупо, но, — в этот раз парень устремил свои кофейные глаза на девушку, — если это была на самом деле ты, я должен был попробовать помочь тебе.

— Приставляя ко мне пистолет? — Анка откинулась на спинку стула, всё ещё сжимая в руках колени, и скептически подняла бровь, выражая своё отношение к такому виду встречи.

— Ох, ну прости меня, что самого разыскиваемого в мире преступника я не встретил с цветами и шоколадом. Может тебе ещё транспарант надо было приготовить? — руки парня растянулись в стороны, изображая натянутую ткань, — «Добро пожаловать в созданный тобой ад!» И приписка: раздача печенек и молока на другой стороне гильотины. Так что ли? — он обернулся на девушку. — Ты чего?

Анка опустила ноги вниз и прилегла на стол, положив голову на руки. На лице сияла улыбка, когда она наблюдала за своим потерянным и найденным другом. До этого момента она боялась так называть Влада: многое случилось и много времени утекло с тех пор, как они вот так свободно болтали друг с другом. Пять лет — немаленький срок, тем более для бывших подростков, только вступивших во взрослую жизнь.

Однако сейчас, смотря на Кузнецова, что-то быстро лопочущего и размахивающего руками, в то время, как его вечная куртка звенела всеми своими кармашками и их содержимым на каждом шаге, а непослушные волосы выбились из причёски, завиваясь от влажного воздуха в аккуратные локоны, которым часто завидовали их одноклассницы, Анка снова стала той пятнадцатилетней девчонкой, что с обожанием смотрела на своего друга, боясь признаться в своих чувствах.

Убрав эмоции с лица, Анка подняла голову.

— Ничего, вспоминала, как ты рассказывал о новом дедушкином скакуне. Как Игорь Станиславович, кстати?

Она узнала ответ сразу. Тёмная тень промелькнула на лице парня, снова закрывая его от подруги.

— Он умер в одном из инцидентов ещё в самом начале.

— Прости, — сказала Анка, выпрямляясь и сжимая руки в замок. Зря она задала этот вопрос, ой, зря.

— Ты не виновата. Это был даже не Сломанный, — парень стряхнул с себя воспоминания взмахом руки. — Сейчас не об этом речь, Анка. Ещё успеется.

Они замолчали. Каждый думая о своём. На улице просигналила чья-то машина: кто-то видно торопился домой до захода солнца.

— Сергей в этом замешан — точно, — прервала тишину Анка. — Я не знаю, как он влияет на людей: волшебство это или что-то более реальное. Я не знаю, стоит ли он один за всем этим. Я не знаю, почему сейчас его воздействие не влияет на меня. И я не знаю, зачем ему промывать мозги людям так, чтобы они убивали друг друга.

— Если всё так, как ты говоришь, то я привёл тебя в логово к зверю? — Влад встал около Анки и оперся на заляпанную чаем и кровью скатерть. — Нам надо выбираться отсюда.

Он начал озираться по сторонам, будто прямо сейчас начал искать выход из сложившейся ситуации. Анка в изумлении уставилась на друга:

— Нам?

— А ты хочешь остаться тут? — Влад удивился реакции подруги. Его рука метнулась к голове и взъерошила и без того лохматые волосы.

— Конечно, не хочу, — замотала головой Анка, —но я думала просто рассказать всё, что знаю, чтобы ты сам с этой информацией пошёл в полицию, к асфалийцам или к кому бы то ни было. Тебя то спокойно отпускают прогуливаться, а меня вряд ли теперь выпустят из комнаты.

— Я не оставлю тебя здесь — кофе в глазах парня потемнело, став почти черным. Такое случалось, когда он злился. — Я не допущу, чтобы по его вине на твоих руках снова была кровь. И не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Лицо парня залила краска, но выглядел он решительно: прямой взгляд, выступающие скулы из-за крепко сжатой челюсти. Влад был как никогда серьёзен.

— Спасибо, конечно, за твою заботу, — Анка тоже встала со стула и оказалась напротив друга, только сейчас заметив, насколько он вырос за то время, что они не виделись, — но ты должен оставить меня и уходить. Найди доказательства, запиши разговор с ним, только не забудь заткнуть уши в это время. Останови Сергея, в конце концов!

Анка всплеснула руками, добавляя этим движением убедительности своим словам.

— Ты уже сбегала от него, хочешь вернуться в темницу? — Влад ещё больше приблизился к Анке, нависая над ней на пол головы. — Мы можем уйти вместе: он ведь больше не контролирует тебя. Разве не так? А что будет, если он это узнает? Что он с тобой сделает?