Лидия Гулина – Дар Евы (страница 5)

– Эмер?

Ева застыла. Прожив всю жизнь на маленьком острове, число жителей которого не достигало и пары сотен человек, и общаясь с большинством из них только через дверь, Ева знала голос каждого. И этот она никогда не слышала. Низкий и бархатный, он явно принадлежал мужчине, и это еще больше испугало Еву.

Замерев, она боялась пошевелиться, чтобы не выдать свое присутствие еще больше. Сердце забилось в бешеном ритме, и не только из-за страха быть услышанной. В голове зашумело от волнения: этот мужчина пришел с корабля-черепахи – иначе и быть не могло. Еву разрывало между желанием увидеть человека, который плавает на живой легенде, и страхом – зачем он пришел к их дому?

Тем временем мужчина забарабанил в дверь с новой силой.

– Дома кто-нибудь есть? Семья Эмер! Тут проживает Семья Эмер? Анна, Изабель, Ева! Есть тут кто?

Он знал их имена. Любопытство пересилило страх, и Ева рискнула еще приоткрыть ставню. В этот раз, к счастью, совершенно бесшумно.

Ночной посетитель отлично просматривался в открывшуюся щель, находясь буквально на расстоянии вытянутой руки от Евы. Помогала и яркая лампа, висевшая у него на поясе прямо рядом с изогнутой саблей. Блики света играли на гравировке ее ножен. Ева впервые видела оружие так близко: отец всегда оставлял свое на корабле, боясь, что дочери могут случайно найти его и пораниться. Засмотревшись на блеск гарды, дужкой переходящей к навершию в виде головы морской черепахи, она не сразу рассмотрела самого гостя и его одежду, а потому запоздало поняла, кто стучался в их дверь. Сердце замерло от восторга.

Добротные сапоги и кожаные штаны, плотно облегающие ноги. Расстегнутая на груди белая рубашка, обнажающая мускулистую грудь. Куртка, висящая на левом плече, которую мужчина придерживал рукой. Обычная одежда мореплавателя, если бы не треуголка, венчающая голову с короткими черными волосами. Капитан корабля. Самый настоящий капитан чудовищного корабля стоял сейчас на пороге ее дома.

Ева не сдержала тихий возглас и, прикрыв за собой створку до конца, осела на пол, прижав ладони к губам, начавшим растягиваться в улыбке.

Стук прекратился, а потом возобновился, более активный.

– Я знаю, что вы дома! Именем капитана Акупары, откройте дверь!

«Акупара. Какое необычное имя». Ева не сомневалась, что это было не только название корабля, но и имя огромной черепахи, к которой приросло судно.

Услышав приказ капитана, Ева встала, с беспокойством уставившись на дверь. Она не могла ослушаться, но и открывать незнакомому мужчине не горела желанием. Ее сомнения прервал шепот, раздавшийся с кухни.

– Ева! Не открывай!

Тихо вздрогнув, младшая из Эмер повернула голову на звук. Лишь чудом узнала она в темной фигуре, влезшей в кухонное окно, Изабель. Из кухни открывался вид на другую сторону острова, так что она спокойно смогла проникнуть незамеченной.

– Изи! – как можно тише прошелестела Ева. Руки сами легли на грудь, где бешено билось испуганное сердце. Сколько страха она уже успела натерпеться за этот вечер.

Изабель приложила палец к губам, призывая к тишине, и быстрым шагом подойдя к сестре, порывисто ее обняла. Ева уткнулась носом в родное плечо, вдыхая яблочный запах, пропитавший кожу Изабель.

– Ева, слушай меня внимательно, – зашептала Изабель прямо в ухо младшей сестры. – Это капитан приплывшего корабля. Я столкнулась с его командой в таверне, когда пришла к Игорю спрашивать долг. Ни они, ни Матильда, с которой разговаривал капитан, меня не увидели, зато я слышала их прекрасно… – Изи тяжело сглотнула, а на Еву упала капля пота с виска сестры. Голос Изабель стал тверже: – Она сдала нас. Продала, как куриц на ярмарке. Даже дешевле, чем мы были должны ей.

Изабель все сильнее стискивала сестру в объятиях, и на последних словах Ева пискнула от боли в ребрах. Изи не заметила этого: ее переполняла злость на корыстную соседку.

– Не высовывайся и не шуми, – продолжала Изабель, все же ослабив хватку. – Не думаю, что они будут ломиться в дом, не зная точно, есть ли кто-нибудь внутри. Пересидим в тишине, а завтра они, скорее всего, уплывут, ведь…

Все это время капитан продолжал монотонно стучать в дверь, нервируя Еву. Каждый удар отдавался в ее теле, сплетаясь с ритмом сердца. Но тут, прерывая шепот Изабель, ночной гость забарабанил с новой силой, сопроводив удары криком, от которого глаза сестер расширились в ужасе.

– Анна, открывайте! Я пришел от вашего мужа, Брома!

Матушка, все это время неподвижно лежавшая на диване, подскочила и бросилась к двери. Ни Изи, ни Ева, расцепившие объятия, не успели ее остановить, и Анна, в этот раз вспомнив о щеколде, резко распахнула дверь. Свет от лампы озарил ее бледное лицо, перед которым буквально в сантиметре остановился кулак капитана.

– Вы от Брома? Он жив?

Матушка и не заметила руки перед ней: она смотрела сквозь нее на капитана, всматриваясь в его черты в поисках ответов. Ева тоже не могла отвести глаз от лица гостя. По голосу она ожидала увидеть взрослого мужчину, ровесника отца, но перед ней оказался совсем молодой юноша, точно не старше двадцати. Он сильно отличался внешностью от привычных ей островитян, с бронзовым загаром от постоянной работы в садах, прямыми длинными волосами, высокими скулами и аккуратными, чуть вздернутыми носами. У капитана же были широкие черные брови, опущенные внешние уголки темных глаз, длинный тонкий нос с горбинкой, почти орлиный, как их называл отец, – такие лица Ева видела только в книгах, рассказывающих о разных народах, населяющих медуз по всей планете. Характерные черты для людей, живущих ближе к полюсам, где воды темнее, зона дождей шире, а в короткой зоне зноя так мало солнца, что кожа почти не успевает загореть, оставаясь такой же светлой, как у Евы, с детства побывавшей на улице меньше раз, чем пальцев на одной руке. На левой щеке блеснул давний шрам, проходящий от скулы до нижней челюсти и ниже, теряясь за воротом рубашки.

Капитан перехватил ее взгляд, и Ева, смутившись, спряталась за сестрой. Изабель, напротив, гордо вскинув голову, заслонила младшую от непрошенного гостя. Сестра не боялась опасностей, и Ева ужасно завидовала ей в такие моменты, когда она сама дрожала, боясь даже пискнуть.

– Ответьте же! – матушка схватила руку капитана, привлекая его внимание. Еве стало горько от мысли, что Анна как будто бы и забыла о своих дочерях, поступая так опрометчиво.

Капитан не сразу отвел взгляд от сестер, задержавшись с ответом на пару биений сердца, от чего матушка занервничала еще больше.

– Вы Семья Эмер? Анна, Изабель и Ева? – уточнил капитан.

Матушка энергично закивала, не только головой, но и телом, тряся заодно руку капитана. На его лице появилась широкая яркая улыбка, озарившая его хмурое лицо. Ева приметила, какие ровные и белые зубы у юноши. Отец Семьи Эмер часто страдал от зубной боли, которую он успокаивал травяными настоями. Половина зубов были неродные, а оставшиеся крошились, желтели и чернели. В общем-то, как и у большинства моряков, на долгое время уходящих в плавание. Но не у этого капитана, который не стеснялся широко улыбаться незнакомым женщинам. И эта улыбка была такой яркой, что Ева улыбнулась в ответ.

Приятный молодой человек. Возможно, он знал отца и хотел почтить его память с родными?

– Как здорово, что я все же нашел вас! – Радость капитана была заразной, и Ева тотчас согласилась с ним. – Жаль было бы потерять новых членов моей команды. Вик, Дом, забирайте поскорее девушек, нам скоро отплывать.

До Евы не сразу дошел смысл сказанного, и она продолжала глупо улыбаться, глядя на рот капитана. Если бы не Изабель, она бы так и осталась стоять столбом.

– Вы, наверное, ошибаетесь, капитан, – воскликнула Изабель, одергивая вновь погрустневшую матушку к себе за спину, туда, где уже пряталась Ева. – Куда вы собираетесь нас забирать? Мы не члены вашей команды.

Из темноты за спиной капитана вышли два огромных мужчины. Они угрожающе двинулись ко входу, заставив Изи, а за ней и сестру с матушкой отступить на шаг. Но капитан остановил их жестом, глядя прямо на старшую сестру Евы.

– Изабель, верно? – вкрадчиво спросил капитан. – Ваш отец много о тебе рассказывал. Ты и правда на него похожа. А за тобой прячется малютка Ева? Удивительно, как у такого искусного капитана родилась Бездарная.

– Не трогайте ее! – Изабель сделала шаг в сторону, еще больше скрывая Еву, вцепившуюся в платье сестры мертвой хваткой.

– Мы с Бромом были… друзьями и немало вечеров провели за разговорами и игрой. – Капитан не обратил внимания на крик сестры, а Ева удивилась тому, как мог отец дружить с кем-то столь молодым, а тем более не рассказать Семье о своем знакомстве с кораблем-чудовищем. – В последнюю нашу встречу у нас состоялась интересная партия в белот. Он проигрался несколько раз подряд, но все равно продолжал раскладывать карты, и в конце концов поставил на кон вас, и я выиграл, – развел он руками, и Еву передернуло от жестоких слов. – Возможно, позже он и хотел бы отыграться, – честно, я был бы не против: зачем мне обуза в виде трех женщин? – но кто знал, что он погибнет, так и не столкнувшись со мной в карточной битве еще раз? Так, парни?

Смеясь, он повернулся к двоим амбалам, что сопровождали его. Они загоготали, обнажая уже более типичные рты моряков с отсутствующими зубами. Внезапно Ева услышала хохот и дальше в темноте: капитана сопровождало больше, чем два человека.