Ли Веталина – Академия Четырех Стихий (страница 3)

— Сегодня — первое задание. Вы должны заставить этот камень изменить свою форму. Не разбить, а именно изменить. Сделать из него шар, куб или что-то ещё. Для этого нужно почувствовать его структуру, его скелет. Камень живой, просто очень медленный. Вы — те, кто может ускорить его жизнь.

Студенты по очереди подходили к валуну, клали руки, пытались. Ни у кого не получалось. Камень оставался неподвижным.

Ванесса подошла последней. Она закрыла глаза. Провела ладонями по шершавой поверхности. И вдруг почувствовала — да, что-то отозвалось. Тёплое, глубокое, как биение пульса в земле. Она не стала заставлять камень подчиняться. Она попросила. Мысленно: «Помоги мне. Покажи себя».

И камень медленно, со скрежетом, начал округляться. Через минуту он стал почти идеальным шаром.

Магистр Горн кивнул без улыбки:

— Хорошо, — сказал магистр Горн, но в его голосе проскользнуло что-то похожее на одобрение. — Ты почувствовала камень. Не сломала его, а услышала. Это редкость для первого дня. Запомни это ощущение.

Ванесса убрала руки. Шар на мгновение дрогнул, но остался округлым. Остальные студенты смотрели на неё с уважением и лёгкой завистью.

— Молодец, — шепнула Лира, когда Ванесса вернулась на место. — Я тоже пыталась, но у меня только трещина пошла.

— Ты просто слишком сильно давила, — ответила Ванесса. — Камень не любит, когда его заставляют.

Лира удивлённо подняла бровь, но ничего не сказала.

После урока Ванесса вышла в коридор Восточной башни. Каменные стены здесь были увиты плющом, который рос прямо из щелей — магия Земли поддерживала растения даже без солнца. Она спустилась на первый этаж и направилась в Большой зал, где договорились встретиться с ребятами.

Калеб уже сидел за столом, размахивая ложкой и что-то рассказывая Моргану. Дориан стоял чуть поодаль, прислонившись к колонне, и листал книгу в кожаном переплёте. Увидев Ванессу, он закрыл книгу и кивнул.

— Ну как? — спросил Калеб, когда она подошла. — Горн уже завалил тебя камнями?

— Почти, — улыбнулась Ванесса. — Но я справилась.

— Конечно, справилась, — Калеб похлопал по скамье рядом с собой. — Садись, сейчас принесут суп. А потом мы идём смотреть Затопленный коридор.

— Только не упади в воду, — добавил Морган. — Там холодно, как в Северном море. Я в прошлом году зачерпнул пол сапога — до сих пор вспоминаю.

Они пообедали быстро и без лишних церемоний. Вокруг них кипела жизнь: студенты смеялись, спорили, перебрасывались записками. Ванесса заметила, что стол факультета Пепла снова стоял в тени, и Рейн с компанией ели молча, изредка бросая взгляды в их сторону. Лаура что-то шептала Филиппу, тот кивал, не отрывая глаз от Ванессы.

— Не обращай внимания, — сказал Дориан, перехватив её взгляд. — Они просто хотят, чтобы ты боялась. Не давай им этого.

— Я и не боюсь, — ответила Ванесса. И это была правда.

Затопленный коридор соединял Северную башню Воды с Западной башней Воздуха. Он был длинным, низким, с каменным полом, который во время прилива покрывался водой. Сейчас был отлив, и они могли пройти почти по сухому — только кое-где хлюпали лужи.

— Это наш секретный путь, — пояснил Морган, идя впереди и подсвечивая кристаллом. — Если нужно быстро перебраться от Воды к Воздуху, этот коридор спасает. Главное — следить за расписанием приливов. Вон там, на стене, висит водомер. Красная отметка — значит, вода поднимется через час.

Ванесса огляделась. Стены коридора были покрыты плесенью и странными символами, похожими на руны. Кое-где виднелись старые пятна краски — когда-то здесь были фрески, но вода и время их почти уничтожили.

— А почему его не осушают магией? — спросила она.

— Потому что это традиция, — ответил Дориан. — Академия четырёх стихий стоит на этом острове уже тысячу лет. Затопленный коридор — напоминание о том, что стихии нельзя приручить полностью. С ними нужно договариваться.

Они прошли до конца и вышли к лестнице, ведущей наверх, в Западную башню. Пахло сыростью, морем и старым камнем. Ванесса почувствовала, как её настроение улучшается — здесь, в полумраке, никто не смотрел на неё осуждающе.

— Теперь библиотека, — объявил Калеб. — Это моё любимое место.

— Твоё? — удивилась Ванесса. — Ты же Огонь. Огненные обычно не любят сидеть над книгами.

— А я люблю, — огрызнулся Калеб. — Не все такие, как ты думаешь.

Дориан усмехнулся, и Ванесса поняла, что ребята подкалывают друг друга уже давно и беззлобно.

Библиотека располагалась в Восточной башне, на трёх уровнях. Вход в неё был с внутреннего двора, через массивную дубовую дверь, окованную медью. Внутри пахло пылью, воском и древностью. Движущиеся лестницы вели на верхние ярусы, но сегодня они застыли неподвижно — луна была не в той фазе, объяснил Морган.

— Здесь можно найти книгу про что угодно, — сказал он, проводя рукой по обложке. — От истории стихий до рецептов магических чернил. Но самое интересное хранится внизу, в запретной секции. Туда пускают только с разрешения преподавателя.

— А ты был там? — спросила Ванесса.

— Нет, — признался Морган. — Но очень хотел. Говорят, там есть книги, которые читают сами себе. Или те, которые нельзя открывать при свидетелях.

Ванесса вздрогнула. Ей показалось, что за одной из лестниц мелькнула чья-то тень. Но когда она повернулась, никого не было.

— Пойдём дальше, — сказал Калеб, заметив её напряжение. — Ты ещё увидишь обсерваторию.

Западная башня оказалась самой высокой и самой ветреной. Они поднялись по винтовой лестнице на самый верх — под стеклянный купол, который можно было раздвинуть. В центре стоял огромный медный глобус звёздного неба, весь в мелких отметинах времени.

— Это наша гордость, — сказал Морган, гладя глобус. — Карта всех видимых звёзд. Её создавали пятьдесят лет. Каждая отметина — чья-то наблюдательность и любовь к небу.

Ванесса подошла к окну. Отсюда, с высоты, остров казался игрушечным. Море шумело внизу, чайки кружили вокруг башен, а вдали, на северо-западном утёсе, чернела разрушенная башня Пепла. Сегодня она выглядела особенно мрачно — словно из её проваленных окон кто-то смотрел.

— Красиво, правда? — тихо спросил Дориан, встав рядом.

— Да, — ответила Ванесса. — Но страшновато.

— Страх — это нормально, — сказал он, не глядя на неё. — Главное, чтобы он не управлял тобой.

На несколько секунд повисла тишина. Калеб в это время спорил с Морганом о том, какая звезда ярче. Ванесса и Дориан стояли бок о бок, и она чувствовала тепло, исходящее от него — странное, не огненное, а какое-то внутреннее.

— Ты очень внимательный, — сказала она.

— Вода учит терпению, — ответил Дориан. — И тому, что иногда лучший ответ — это молчание.

Она хотела спросить, о чём он молчит, но не решилась.

Вечерело. Когда они спустились вниз, солнце уже село за горизонт, и замок погрузился в сумерки. Ребята разошлись по своим башням, договорившись встретиться за завтраком. Ванесса пошла в Восточную, но на полпути между двориком и входом в башню она вдруг заметила фигуру.

Женщина в сером платье стояла у колодца. Её лицо было бледным, волосы — пепельными, а глаза — пустыми, как незатянутое небо.

— Ты новенькая, — сказала женщина голосом, похожим на шорох пепла. — Из Земли. Но ты касалась чёрного камня, я видела.

Ванесса замерла.

— Кто вы?

— Та, кого больше нет, — ответила женщина. — Но я пришла предупредить. Не доверяй тем, кто носит чёрное. Они думают, что управляют Пеплом. Но Пепел управляет ими. И однажды он придёт за тобой.

— За мной? — переспросила Ванесса, чувствуя, как холодок бежит по спине. — Я не имею дела с Пеплом.

— Пока не имеешь, — женщина шагнула вперёд, и Ванесса увидела, что её ноги не касаются земли. — Но метка на твоей руке — это приглашение.

Ванесса посмотрела на свою ладонь. Серый отпечаток, оставшийся после того, как она коснулась чёрного камня, вдруг начал слабо светиться.

— Не бойся, — прошептала женщина. — Бой — это пища для Пепла. Лучше помни: что бы ты ни забыла, истина остаётся в камне.

И она исчезла, растворившись в воздухе, как дым.

Ванесса стояла, не в силах пошевелиться. Сердце колотилось где-то в горле. Она посмотрела по сторонам — никого. Только ветер гнал по двору сухие листья.

Она заставила себя дышать. Глубоко, ровно. Потом развернулась и почти побежала к Восточной башне, взлетела по лестнице, ворвалась в свою комнату и рухнула на кровать.

Лира уже спала, свернувшись калачиком. Вторую кровать никто не занимал.

Ванесса лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Метка на руке больше не светилась, но была тёплой, как нагретый солнцем камень.

«Что бы ты ни забыла, истина остаётся в камне», — повторила она про себя.

Она ничего не забывала. Но почему-то эти слова прозвучали так, будто обращались к ней лично.

За окном выл ветер. Где-то в Чёрной башне зажёгся одинокий огонёк.

Ванесса закрыла глаза и решила, что завтра расскажет обо всём ребятам. Обязательно.

Но сначала нужно уснуть.