Ли Динхай – Инивумус (страница 8)
Глава 7 Красный блеск
Закон изменения. Принцип второй из
Принципов Железа и Льда Детей Гор.
Мышцы рук Сектора дрожали от натуги. Перед ним стоял древний враг. Он знал: стрела летит быстрее, но болт Детей Гор бьет больнее. Ходили слухи, что их начиняют скверной, которая разрывает плоть изнутри. Он сам видел одного раненого – болт рванул у того в животе, и никто не смог сшить его кишки.
В глазах северянки пылало презрение. В его собственных, как он надеялся, – ненависть, способная посеять в ней хоть крупицу страха.
Она уже собиралась нажать на спуск. Он уже подбирался для выстрела. И в этот миг кусты позади них с треском раздвинулись.
Оба вздрогнули, но не успели развернуться, как их накрыла огромная тень. Стрелы и болты мгновенно переметнулись на нового врага.
Сектор сглотнул ком в горле, ощутив, как по виску скатывается ледяная капля пота.
Из чащи на них надвигалось чудище, подобного которому он не видывал. Его красные глаза пылали голодом. Кожа отливала тусклым серым цветом, казавшись непробиваемой. Оно шло на двух ногах, по-человечьи, а вместо третьей конечности торчал обрубок, из которого свисали жилы. Кто-то уже оторвал ему конечность?
Первой не выдержала северянка. Болт с сухим щелчком сорвался с тетивы, ударил чудовищу в грудь – и с глухим стуком отскочил, хлопком взорвавшись в воздухе. Сектора передернуло: будь он на месте твари, от его нутра сейчас остались бы кровавые ошметки.
Он тут же выпустил стрелу, целясь в глаз. Деревянное древко со щелчком сломалось о непробиваемую шкуру.
Взгляд Сектора на миг встретился со взглядом северянки. На ее лице – тот же первобытный ужас, что кричал и в его душе. Без единого слова, оба разом убрали оружие и рванули прочь. Куда – неважно. Лишь бы подальше.
Позади грузно ступал преследователь. Он был уже кем-то ранен – и эта мысль леденила душу еще сильнее. Что еще могло покалечить такую тварь? Более того, оторвать целую конечность?
Раздался глухой щелчок, а следом за ним громкий взрыв. В нос ударил едкий запах чего-то жженого. Что-то метнула эта рыжая ведьма. Сектор оглянулся – сквозь серый дым проступила фигура абсолютно невредимого монстра. Тварь, которую не берут даже колдовские штуки северян. Припустив еще быстрее, он помчался, ломая на ходу кустарники и спотыкаясь о толстые нити лиан.
Сектор слышал сбоку сбивчивое дыхание дочери Гор. Ее белая кожа и огненные волосы мелькали среди зелени. Бег по джунглям явно не был ее стихией. Хорошо, – мстительно подумал он. Может, чудовище схватит именно ее, и мне удастся уйти.
Лес редел, уступая место каменистой осыпи.
И он его увидел. И она – тоже. Большую нору какого-то крупного зверя. Но лучше знакомый враг, чем незнакомый монстр.
Они ринулись к ней одновременно, отталкиваясь друг от друга, пытаясь подставить подножку. Влетели внутрь, кувыркнулись в темноте, и холщовая сумка Сектора, разорвавшись, выплюнула свое содержимое. Десятки прочных, не поддающихся времени листов веером разлетелись по земле.
У Сектора перехватило дыхание. Он бросился их собирать, сердце бешено колотилось. Сбоку послышался шорох – северянка, приподнявшись, с любопытством вглядывалась в его сокровища.
– Не смотри! Это не для твоих оскверняющих глаз! – вырвалось у него с отчаянием.
Но она была уже рядом. Ее пальцы, быстрые и цепкие, выхватили из его рук один из листов. Сектор попытался вырвать его обратно, но замер, увидев ее лицо, на котором гнев сменился изумлением, а затем – жадным, почти святотатственным интересом.
– Постой…– ее голос потерял всю свою ядовитость. Она тыкала пальцем в святую схему. – Это же… принцип рециркуляции! Мы к этому шли годами и то…! А это…– она схватила другой лист, впиваясь в него взглядом в полумраке пещеры. – Усилитель крутящего момента? Это гениально!
– Это.., – попытался он возразить, но голос звучал слабо. – Это Священные писания! Не для твоих глаз. Это священный Корабль Предтечи, что отвезет нас на край Вселенной!
– СВЯЩЕННЫЕ?
Она вскочила, тряся драгоценными листами перед его носом.
– ВЫ ЧТО, МОЛИТЕСЬ ЧЕРТЕЖАМ? Вы еще более дикие, чем я думала! Вы тысячелетиями сидели на таких знаниях и молились на них?! Да это же…, – она аж задохнулась от возмущения. – Это же кощунство!
– Что ты можешь знать?! – выкрикнул Сектор, с обидой вырывая у нее листы.
– О-о! Поверь, я знаю куда больше, чем вмещает твоя, – она резко ткнула пальцем ему в лоб, – закостеневшая башка!
– Кто ты вообще такая, чтобы судить?!
Сектор отшатнулся, потирая ушибленное место. Рука у нее тяжелая, как у кузнеца!
– А я – дочь Архитектора Мегапроектов! И не позволю каким-то одичалым дикарям хоронить такие знания!
– Ты просто девчонка, которая слишком много о себе возомнила! – яростно парировал он, прижимая свитки к груди.
– Правда? – губы северянки искривились в усмешке.– Тогда объясни, почему я в твоих «священных» книжках разбираюсь лучше ваших хваленых мудрецов?
У Сектора не нашлось ответа. Он лишь сдавленно выдавил:
– Может, ты просто все выдумала?
– Ха! Тешь себя иллюзиями! Между прочим, я…
Внезапно снаружи донесся шорох. Оба разом замолкли и замерли, уставившись на вход. Сектор по привычке затаил дыхание, но северянка так громко сопела, что ему пришлось ущипнуть ее за руку и сердито показать на свой сомкнутый рот. К его удивлению, она послушалась.
Грузные шаги приблизились, замерли у входа, а затем начали удаляться. Выждав еще несколько мгновений, Сектор наконец выдохнул. Пронесло.
– Нам нужно убираться отсюда, – прошептала северянка, хмурясь. – Ты здешний, видал раньше такого зверя?
Сектор мрачно помотал головой. Он не собирался признаваться, что никогда не забирался так далеко от Стен.
– Странная тварь. Чем-то смахивает на паровую турбину, – она загадочно улыбнулась чему-то своему. – Представляешь, если бы наши турбины взяли и пошли гулять? Хм… а если…
Она погрузилась в бормотание понятное только ей, а Сектор, отстранившись, принялся собирать разлетевшиеся листы. Пора было уходить. Через мгновение он с изумлением обнаружил, что собирает их не один. Северянка помогала ему… Помогала? Или хотела украсть?!
– Да не пялься так, – буркнула она, отводя взгляд. – Не нужны мне твои бумажки. Сама придумаю, как турбину улучшить. Ой, а это что?
Их взгляды сошлись на самом священном из листов – изображении Корабля Предтеч. Даже северянка застыла, пораженная.
– Винты и шестерни… – прошептала она. – Какое великолепие…
– Это Корабль Предтеч, – с гордостью провозгласил Сектор, забирая лист.
– Потрясающая конструкция… Интересно, для чего она?
– Разве не очевидно? – Сектор выпрямился, чувствуя свое превосходство. – Он вернет нас на родную Колыбель в глубинах Вселенной!
Скептический взгляд Вальки мгновенно вернул его на землю.
– Забавные вы все-таки, – она смотрела на него с холодным любопытством, с каким инженер изучает сломанную деталь. – И почему родичи считают вас опасными? Кстати, меня зовут Валька.
Она неожиданно протянула ему свою бледную ладонь. Сектор уставился на нее в полном недоумении, словно гайкон на новые ворота.
Послышался раздраженный вздох.
– Эй, деревянный! Ты должен сейчас пожать мою руку и назвать свое имя, – пояснила она, будто младенцу.
Сектор замер в нерешительности. В мыслях стояла оглушительная тишина, которую тут же разорвали искры сомнения. Но он вспомнил, как оказался здесь, и осознал: один грех больше, один меньше – уже не имеет значения. Медленно, почти против воли, он протянул руку и сжал ее ладонь, глядя прямо в насмешливые, полные огня глаза.
– Сектор. Сын Арбитра Чистоты.
– Что ж, сын Арбитра, – Валька едва заметно улыбнулась. – Давай выбираться отсюда. Вместе больше шансов на выживание!
Снаружи царила звенящая тишина. Сектор с тревогой отметил: привычный гул джунглей, крики птиц и стрекот насекомых – все стихло. Все живое попряталось. Их напугало что-то. Идти назад, откуда они с такой скоростью убежали, было безумием. Они двинулись дальше по курсу, вглубь незнакомой местности.
– И что сын самого Арбитра забыл в этих гиблых местах? – не выдержала Валька.
– А дочь Архитектора? – парировал Сектор.
Та хмыкнула, бросив на него лукавый взгляд. Сектор с внутренним смятением осознал что от него сложно оторваться и тут же мысленно одернул себя. Но Валька не замечала его тревог и продолжала трещать.