Лейтенант Дегре – Ходжа Насреддин и Посох Моисея (страница 4)
Пять лет тому начал великий эмир свой поход на эмира афганского Дост-Мухаммада. В этом походе слугами великого эмира и был захвачен злополучный слон. Слон принадлежал тогда побежденному Дост-Мухаммаду. А где добыл эмир афганский Дост-Мухаммад этого слона? Он взял его во время своего похода у побежденных сикхов. Сикхи, владевшие слоном, были побеждены нечестивыми франками, у которых не было слонов. Да вспомнит великий эмир еще раз свой поход на эмира афганского! Дост-Мухаммад (мир ему), потеряв слона, приободрился и не только избежал неминуемого поражения от победоносных войск великого эмира, но даже, как говорят некоторые, имел некоторые успехи над войсками великого эмира! Очевидное открылось: слон приносит несчастья!
Но разве не об этом предупреждал нас Всевышний Аллах через Пророка своего (мир ему и благословение Аллаха) в суре «Аль-Филь»?
Когда-то в стародавние времена Кааба была главным языческим храмом Аравийского полуострова, куда совершали паломничество многие арабы. А хозяева слона имели намерение уничтожить Священную Каабу. Однако Создатель не допустил разрушения Своего запретного дома. Вот как было дело:
Правитель Йемена – многобожник Абраха – построил на своей земле роскошный храм. Он уверил себя, что после того, как язычники увидят его строение, они забудут про Каабу и начнут посещать его храм. Но Всевышний Аллах не попустил этого! Мекка осталась столь же посещаемой даже среди язычников. Абраха в злобе своей решил уничтожить Каабу и, снарядив войско, отправился к Мекке. При штурме Каабы йеменские войска намеревались использовать слона, который, по замыслу Абрахи, должен был растоптать Каабу.
Местные язычники знали, что они не в состоянии противостоять войску Йемена. Они надеялись на то, что Каабу сохранит Всевышний, так как Он является её хозяином. И тут произошло знамение Аллаха, который защитил Запретный дом. Слон, которого натравливали на Каабу, отказывался идти, на армию Абрахи налетела стая птиц. Птицы окружили и забросали войско камнями из обожжённой глины. Так Абраха потерпел сокрушительное поражение и вынужден был вернуться в Йемен, недосчитавшись большей части своих воинов. Эта история является назиданием для людей, ибо всё в этом мире происходит только с ведома Создателя. Без Его на то воли не происходит ни одно, пусть даже самое незначительное, действие.
Так говорит Аллах Всевышний в Священном Коране: «Разве ты не видел, что сделал твой Господь с владельцами слона? Разве Он не запутал их козни и не наслал на них птиц стаями? Они бросали в них каменья из обожженной глины и превратили их в подобие изъеденных иссохших злаковых листьев.»
И да извергнет великий эмир правоверных злосчастного слона из своих пределов, ибо это воля Аллаха!»
И сказал на это великий эмир правоверных: «Воистину, ты прав, Ходжа Насреддин! Но слон – животное редкое и очень дорогое! Слон нужен для величия Власти! Как же мне поступить с этим слоном?»
И отвечал Ходжа Насреддин: «О, великий эмир! Воистину, слон – животное редкое и очень дорогое! И слон нужен для величия Власти! Поэтому слон будет прекрасным подарком для падишаха! Подари же слона великому падишаху! Этим ты окажешь ему большое уважение и вместе с тем перенесешь на падишаха все возможные несчастья, которые может принести слон.»
И сказал на это великий эмир правоверных: «Воистину, ты прав, Ходжа Насреддин! Поезжай к сам великому падишаху и передай ему от нас слова вечной дружбы!»
И приказал великий эмир правоверных собрать богатые дары и снарядить большой караван из верблюдов и лошадей для сопровождения слона. И отправил с этим караваном Ходжу Насреддина к самому падишаху.
Жители деревни, избавленные от слона, радовались, и вручили Ходже Насреддину свои дары, и благодарили его. Но Ходжа Насреддин сказал им так: «Аллах Всевышний говорит в Коране: «Он даровал вам все, о чем вы просили. Если вы станете считать милости Аллаха, то не сможете сосчитать их. Воистину, человек несправедлив и неблагодарен»
И Ходжа Насреддин поспешил уйти вместе с караваном.
А жителям деревни вместо слона великий эмир прислал на постой солдат и стражников. Солдаты получали на прокорм от жителей больше, чем съедал слон, и подвергали жителей и особенно женщин всяческому насилию.
И сказали себе жители деревни: «О, мы неразумные! Аллах да наказал нас за наше неразумие! Наш эмир (да продлит Аллах его дни) оказал вам тогда великое благо, прислав вам своего слона! Горе нам, что мы этого не поняли! О Ходжа Насреддин, верни нам нашего любимого слона, мы согласны его кормить!»
Но Ходжа Насреддин вместе со слоном был уже далеко в дороге к падишаху. Говорят также, что проклятие действительно пало на падишаха, завладевшего слоном, и он через несколько лет так же потерпел большое поражение от нечестивых франков и умер.»
«Абаса» («Нахмурился»)
Перед завтраком Грегсон вместо очередного анекдота зачитал собравшимся за столом офицерам свой перевод истории про слона.
– Что вы можете сказать по поводу услышанного? – спросил майор Уилкинсон своих подчиненных.
– Наше правительство ведет себя точно так же, как этот эмир. – тяжело вздохнул Джеки. – Сняв с нас одну обязанность, тут же возложит более тяжкую. И так всегда.
– По моему мнению, в этой истории ничего нового: солдаты и стражники эмира ведут себя точно так же, как солдаты любой армии мира, включая армию Его Величества, – вяло заметил лейтенант Треллони. (Он был из потомственных офицеров и знал, о чем говорит.)
– Есть еще мнения? – В голосе начальника Грегсон уловил недовольство. Это было странно: обычно майор спокойно относился к критике правительства и вышестоящего начальства.
Все молчали. Майор оглядел сидящих офицеров, тяжело вздохнул и после некоторого молчания обратился к Грегсону:
– А как вы сами прокомментируете этот текст, лейтенант?
Тот откашлялся и доложил:
– Сэр, это нравоучительная история на тему сто пятой суры Корана «Аль-Филь». Тема недальновидности человека перед замыслами Аллаха и человеческой неблагодарности. О том же говорится в суре «Абаса» так: Кутиляль-Инсану Ма Акфарах. Да сгинет человек! Как же он неблагодарен!
– И это все? – скривил недовольную гримасу майор. – Уточняю свой вопрос: что, по-вашему, в этом рассказе странно?
Все молчали. Майор обвел всех глазами и, задержавшись на недоумевающем лице Грегсона, нахмурился:
– Вы здесь не филологи, а разведчики. Вы обязаны думать! Некоторым джентльменам эту обязанность отменили при рождении, но отнюдь не вам, Грегсон!
Трое рыжих лейтенантов переглянулись в недоумении. Что это? Выпад в сторону Сэра Тоби – «временного джентльмена» – за низкое происхождение? Или же тонкий скрытый упрек «настоящим джентльменам» за тупость? Пожалуй, скорее, второе…
Мозг Грегсона заработал на повышенных оборотах:
– Мне показалось странным, сэр, преувеличенное изобилие обязательных формул восхваления в отношении эмира. Эмир, творящий зло жителям деревни, должен восприниматься самими жителями, да и слушателями с осуждением, пусть даже не явно выраженным словами. Формулы восхваления в данном случае показались мне сарказмом. Это необычно для подобных историй.
– Так. Еще что странного? – настаивал майор.
– Странно наличие упоминания имени афганского эмира: Дост-Муххамад. Обычно в таких историях ограничиваются титулом персонажа.
– Уже лучше, – хмуро одобрил майор. – И какие выводы из этого следуют?
Все молчали.
– Уточняю свой вопрос: что в этой, как вы сказали, «нравоучительной истории» относится к реальным событиям?
Все молчали. Майор вновь нахмурился и с презрением отвернулся, и сказал с нескрываемым сарказмом:
– Мой упрек относится к вам, Сэр Тоби, в наименьшей степени из всех собравшихся. Вам простительно невежество: ведь у вас наблюдается явный недостаток классического образования. А остальные джентльмены должны были как следует изучать историю, а не прогуливать занятия. Более того, для многих из вас история британских войн на Востоке тесно переплетена с их собственной семейной историей, не так ли, лейтенант Сейл?
– Так точно, сэр! – вскинулся полный лейтенант. – Этот афганский эмир – уж не тот ли это Дост-Муххамад Хан, которого мы разбили в 1841 году во время нашей первой афганской войны? Там воевал еще мой дед.
Майор улыбнулся и одобрительно кивнул:
– Продолжайте. Какие еще соображения?
Руку поднял приободрившийся Джеки:
– Там упоминаются война афганцев с сикхами и война сикхов с франками. Наверное, под франками в данном случае имеются в виду английские войска в Индии?
– Хорошее замечание, – одобрил майор. – И?
Лейтенант Треллони поднял руку:
– Сэр, если речь идет о событиях времен первой афганской войны, то, наверное, «великий эмир» – это бухарский эмир Насрулла. Это тот самый ублюдок, который рубил головы нашим путешественникам по Центральной Азии: подполковнику – Стоддарту и капитану Конолли. Я не удивлен, что он так обращается и со своими подданными.
– Очень хорошее замечание, – снова одобрил майор. – И?
Ободренный Треллони продолжил:
– Мы сделали вывод, что события в рассказе происходят примерно в 1830-х или 1840-х годах.
– Хорошо. Какие еще реальные события там упомянуты?
Руку вверх первым успел выкинуть Джеки:
– Сэр, там сказано, что падишах – новый владелец слона – вскорости потерпел поражение от франков. Заметим, что эмир бухарский и эмир афганский названы своими правильными титулами. Но кто такой падишах? В это время не было никакого падишаха! Значит, падишахом назван какой-то другой правитель! Кто это может быть? Я рискну предположить, что падишахом назван русский царь, который потерпел поражение от франков, то есть, от нас в Восточной войне.