Лейтенант Дегре – Ходжа Насреддин и Посох Моисея (страница 3)
– Есть, сэр.
– Я заметил там, – продолжил майор, – тетрадки с арабскими текстами. Это – по вашей части. Отсортируйте то, что может представлять для нас интерес в части разведки. Кое-что показалось мне сборником разной восточной мудрости и анекдотов. Это можете забрать себе для изучения и будете развлекать нас. Только во внеслужебное время!
– Есть, сэр, – улыбнулся Грегсон, – только во внеслужебное!
– Для перевода текстов с турецкого и с немецкого, если сами не справитесь, привлеките наших переводчиков из штаба.
– Есть, сэр.
– Там есть еще бумаги на русском, – продолжил майор после паузы. – Похоже, они уже совсем старые и вряд ли сейчас для нас в данный момент интересны, однако, на будущее их тоже следует как следует изучить: у меня есть подозрения, что это довоенные записки русского резидента. Займитесь и этим тоже, обеспечьте перевод и оцените их с точки зрения полезности для нас. Но это уже не срочно.
– Есть, сэр.
Грегсон не подал виду, что был в восторге от такого задания.
«Аль-Анфаль» («Трофеи»)
Во имя Аллаха Милостивого и Милосердного!
Нун. Клянусь письменной тростью и тем, что они пишут!
Ты по милости своего Господа не являешься одержимым.
Воистину, награда твоя неиссякаема.
Воистину, твой нрав превосходен.
Согласно собственному лейтенанта Грегсона толкованию шестьдесят восьмой суры благородного Корана «Аль-Калям», Аллах Милостивый и Милосердный благословил в ней грамотных людей, как пишущих, так и просто читающих.
Научившись читать, некоторые делают это уже даже не столько для понимания содержания, сколько для естественного наслаждения сочетаниями звуков фраз в человеческой речи. Верующие зачастую читают Библию или Коран, только потому что их успокаивает ритм священного текста. Но еще бывает, что в тексте скрывается некая философская глубина. При внимательном чтении можно отыскать высокие смыслы и красоту в самых неожиданных текстах. Примеры тому – те же Библия и Коран.
Мы – люди Книги. Без чтения жизнь превращается в бессмысленное созерцание окружающего пейзажа. Что видит в нем неграмотный бедуин, часами наблюдающий только неподвижные черные камни и песок, струящийся по барханам? Впрочем, только такой бедуин и достоин визита ангела Джебраила, несущего с собой Откровение…
Неграмотные «люди Книги» – оксюморон. Кроме того, неграмотный англичанин гораздо несчастнее бедуина: ему никогда не явится ангел Джебраил с благой вестью. Нет ему надежды на Откровение Аллаха, а вся его надежда – только на ежедневную порцию грога. Неграмотный англичанин сейчас сидит в Европе в мокрых или заснеженных окопах и ждет, когда его кишки вывернет наружу германский снаряд, или лицо его посинеет или почернеет от удушающего газа… Неграмотный англичанин в Палестине, всего в сотнях ярдов отсюда, копает сейчас новые выгребные ямы, драит офицерский сортир или закапывает в синайский песок полуразложившиеся трупы. А грамотный (слава Аллаху) англичанин – усердный и исполнительный Сэр Тоби – согласно приказанию саед-миджара, то есть господина майора Уилкинсона (да продлит Аллах его дни!), сейчас займется разбором бумажных трофеев…
В палатке были свалены грудой тюки, обернутые мешковиной. Грегсон в предвкушении наслаждения вытащил арабский нож – подарок друзей-бедуинов, за который пришлось отдариваться трофейным штык-ножом Маузера. Кривое лезвие с треском вспороло грубую ткань, обнажив драгоценное содержимое: книги и перевязанные связки бумаг.
Лейтенант произвел тщательное изучение и составил опись доставленных с той стороны бумажных трофеев. Для начала он отсортировал отдельные бумаги, которые показались похожими на документы противника – на немецком и на турецком, и отправил их с вестовым в штаб: пусть там переводят и разбирают.
Оставшееся оказалось не особенно интересным: христианские просветительские брошюры на русском, сирийском и арабском языках. Да кто здесь их будет читать? Это все скопом – на самокрутки солдатам и местным – в кучу налево. Путеводители для паломников с описаниями святых мест. На картинках – виды Иерусалима и святынь Палестины, великие Пирамиды, развалины Пальмиры. Некоторые из этих брошюр были на двух языках: французском и русском, некоторые даже на пяти: на английском, французском, немецком, итальянском и русском. Грегсон питал слабость к билингвам и отложил несколько для себя – в кучку направо. Учебники начальной грамоты – турецкой, сирийской и арабской… в большую кучу налево. Учебник русского языка для местных… тоже налево. Учебник выскользнул из неуверенной руки и скатился направо, пришлось наклониться чтобы отбросить его в левую кучку.
Разобравшись с книгами, лейтенант приступил к перевязанным пачкам бумаг, и раз за разом вспарывая очередную, он с огорчением отправлял в левую кучу очередную порцию макулатуры.
Вот и последний большой пакет, аккуратно завернутый в оберточную бумагу и перевязанный бечевкой. Арабский нож перерезал жилу жертве заклания. С резким щелчком лопнула бечевка, и изнутри высыпались перевязанные толстые пачки тетрадей, пачки машинописных бумажных листов и большой почтовый конверт. Пачки и тетради были надписаны по-русски и пронумерованы. Уж не это ли мемуары русского резидента?
Толстый запечатанный конверт без адреса или иных надписей. Грегсон разрезал его ножом и обнаружил внутри многостраничное письмо, написанное по-русски великолепным каллиграфическим почерком. Только подпись в конце напоминала морской узел и была совершенно неразборчива. Письмо неизвестному адресату от неизвестного адресанта. Господи, ну почему эти русские не переняли цивилизованный обычай дублировать данные об адресате с конверта в начало тела письма!
Почерк в тетрадях вовсе не походил на каллиграфический почерк письма. Чернила сильно выцвели и едва читаются. Листы испачканы следами от залитий и посторонних загрязнений, многие слова затерты и, пожалуй, с трудом поддадутся расшифровке. Явно, что-то уже совсем старое. Но любопытное, как и все старинные вещи. Очень старые тексты всегда внушают некий пиетет: они символизируют, хотя бы частичную, победу над Временем! Их следует непременно бережно сохранять. И нужно будет отдать для перевода…
Лейтенант в задумчивости переложил учебник русского в кучку направо. На всякий случай…
А вот и несказанно порадовавшая долгожданная находка: одна из рукописей оказалась на арабском! Кажется, саед-миджар (да продлит Аллах его дни!) разрешил лейтенанту такое забирать себе. В суре «Аль-Анфаль» Аллах говорит, что что если вы захватили трофеи, то пятая часть их принадлежит Аллаху. Лейтенант оглядел кучи книг и бумаг справа и слева и решил для себя, что доля Аллаха – слева – намного превышает пятую часть. После этого он с легким сердцем прибрал под свою койку отобранные пачки тетрадей, бумаги и книжки, выбрал для себя первый попавшийся рукописный лист на арабском и стал его разбирать.
Ему нравилось читать по-арабски, даже если иногда трудно бывало объяснить смысл прочитанного, но ему нравилось, как странные завитки складываются в звучащие слова и фразы. Но в данном случае все предельно ясно. Не только отдельные слова и фразы, но и смысл рассказа совершенно понятен: перед читателем простая нравоучительная история на тему сто пятой суры благородного Корана. Не очень интересно для дел службы, но пригодится завтра для утреннего ритуала вместо натужно выдуманного квазиарабского анекдота или стилизованной под местный колорит сказки.
«Аль-Филь» («Слон»)
«Во имя Аллаха Милостивого и Милосердного!
Однажды жители одной деревни пришли к Ходже Насреддину и пожаловались: «О, Ходжа Насреддин, известный своею ученостью! Эмир правоверных (да продлит Аллах его дни) прислал нам на постой своего слона. Нет больше мочи нашей терпеть этого слона! Слон уничтожает все плоды трудов наших, топчет наши посевы, ломает ветви наших садов, разрушает берега наших арыков! Мы должны кормить слона сладкими медовыми лепешками из пшеницы, ячменя и лучшего проса, а сами мы питаемся жмыхом и голодаем! Ты известен своей мудростью, ловкостью и остроумием. Сделай же так, о Ходжа Насреддин, чтобы эмир (да продлит Аллах его дни) забрал от нас этого слона!»
Отвечал им Ходжа Насреддин: «О, неразумные жители деревни! Вы сами не знаете, о чем просите! Аллах да накажет вас за ваше неразумие! Наш эмир (да продлит Аллах его дни) оказал вам великое благо, прислав вам своего слона! Горе вам, если вы этого не поняли!»
Но жители деревни возражали ему: «Нет больше сил наших терпеть слона! О Ходжа Насреддин, возьми от нас наши богатые дары, но помоги только нам избавиться от слона!»
Отвечал им Ходжа Насреддин так: «О, неразумные жители деревни! Я пытался вас предостеречь, но вы не слушали меня! Так говорит Аллах Всевышний в Священном Коране: «Мы отправляли посланников, которые говорили на языке своего народа, чтобы они давали им разъяснения. Аллах вводит в заблуждение, кого пожелает, и ведет прямым путем, кого пожелает. Он – Могущественный, Мудрый.» Вы не хотите идти прямым путем, вы ответите за это перед Аллахом. Но я сделаю так, чтобы великий эмир (да продлит Аллах его дни) забрал от вас этого слона!»
Ходжа Насреддин отправился к эмиру и сказал ему так: «О, великий эмир правоверных! Есть у великого эмира слон, который стоит на постое в такой-то деревне. Увидел этого слона один старец-дервиш и сказал так: слон этот приносит несчастье. И сказал мне этот старец-дервиш: «Ступай к эмиру правоверных (да продлит Аллах его дни) и предупреди его!» И сказал я старцу-дервишу: «Как мне предупредить великого эмира правоверных (да продлит Аллах его дни), чтобы он мне поверил?» И сказал мне старец-дервиш: «Во время намаза читай суру «Аль-Филь» и размышляй над ней!» Много дней молился я, читая во время намаза суру «Аль-Филь», пока не понял значение слов старца-дервиша. Да внемлет моим слабым словам великий эмир!