Лейла Ужахова – Вечная полночь (страница 8)

С присущей ей проворностью, Молли поочерёдно прикидывала платья к ней. Тем самым определяя подходящий для неё цвет.

– Это платья графини Стенфрилд, – чуть погодя ответила она.– сестры графа.

– Она не будет против?

Молли еле улыбнулась.

– Эмма – добрейшая из людей, которых я знала. Уверяю вас, она будет только рада, что может кому-то на этом свете помочь.

– Вы говорите так, будто она умерла.

– С чего… нет, разумеется, не умерла. А ну-ка, ну, прямо на вас сшито. Примерьте-ка.

Ванесса взяла платье, и тем самым дала одеялу откинуться с плеча.

– Дорогая, да вы мокрая. Как это платьице ваше не высохло?!

Молли удивленно оглядела Ванессу.

– Да это я неловкая, спотыкнулась и всю воду из кувшина на себя вылила, – опять легко соврала она.

Молли оторопела.

– Кувшин с пола подпрыгнул на три фута?– удивилась она.

– Со мной, уверяю вас, всякое возможно. И не такое парой случалось, – сказала Ванесса невинно и поймала себя на мысли, что ей начинает нравиться врать. Плохих привычек у неё и так предостаточно, так что не следует увлекаться. Она спряталась за дверцу шкафа. Раздеваться при чужом человеке она не собиралась.

– Я буду ждать вас в комнате. Не забудьте про туфельки, – сказала Молли, поставив на пол пару туфель цвета слоновой кости.

Ванесса услышала её уходящие шаги. На переодевание хватило пяти минут – весьма долго, если учитывать, что снимать ей практически было нечего. Она пригладила волосы и прошла в спальню.

– Прекрасно, просто прекрасно. Вы настоящая красавица, – замурлыкала Молли, сложив ладони.

Ванесса смущённо улыбнулась.

– Да, верно, платье прекрасно.

– Не скромничайте. Вам бы волосы привести в порядок и можно отправляться на бал ‑ коллекционировать кавалеров.

Ванесса промолчала и только мило улыбнулась. Платье действительно сидело очень хорошо. Затянутый корсет чётко обрисовывал её фигуру. Юбка платья, со спрятанным под ней турнюром, была украшена всяческими отделками из кружев, бархата и лент, собранных рюшкой.

– Даже на Эмме это платье не смотрелось до такой степени красиво, – с заметной привязанностью произнесла Молли. – А теперь спустимся, завтрак давно на столе, – она подхватила Ванессу под ручку.

– А я смогу увидеть сегодня графиню?

– Увы, нет. Её отсутствие в поместье унесло всю нашу радость, – печально произнесла пожилая женщина.

Снова ощущение присутствия смерти. «Всё ясно, слова слуги подтверждаются. Девушка не выдержала издевательств брата и убежала из замка. Ну, конечно, вот почему они не хотели их впускать, бедные слуги боялись смертельной порки». Ванесса продолжала любопыт-ствовать:

– А граф строгий?

– Конечно, без строгости никак. Но Кристофер Стенфрилд намного проще по характеру, чем его отец.

– А вы не хотели бы уехать, или может быть уйти в другой замок? – осторожно спросила она.

– Нет. Мы связаны с поместьем и не уедем никогда. Слуг в этом замке и так уже не осталось. А почему вы спрашиваете? – вдруг удивилась Молли.

– Просто так, – включила Ванесса свою неотразимую улыбку.

«Всё так! Он поубивал всех. Он убийца! И они молчат о его злодеяниях. Они боятся его. Но я не буду молчать. Я освобожу их от рабства!» Ванесса посмотрела на маленькую старушку, на полное тоски лицо, и героизм её в мгновение достиг максимума.

Лестница, ведущая из верхних спальных покоев, широко и плавно спускалась в большой холл. Оставив за спиной портреты предков графа, которые она даже не вздумала почтить своим вниманием, Ванесса спустилась на первый этаж. Дождаться гостей граф не удосужился и, следовательно, увидеть его персону ей не удастся. По слухам, ходившим в Бадгерсе, граф Стенфрилд был заносчивым, старым, да ещё и жадным человеком. Имел не малое, точнее, огромное состояние, и его эгоистичная личность не посчитала до сегодняшнего дня достойной носить его имя ещё ни одну красавицу. Поговаривали, что он немощен и безобразен и что он умрёт в мрачном одиночестве, так и не произведя на свет наследника. Слухов было предостаточно, но про жестокие издевательства и убийства слуг ‑ ни слова. Ванесса, конечно, считала, что слушать сплетни и тем более верить им – вверх низости, но теперь, кажется, её моральные устои претерпевают изменения.

Миссис Хьюбер завела Ванессу в весьма просторную столовую. Увидев сестру, Джо чуть не захлебнулся красным вином. Он выглядел прилично, лучше вчерашнего, даже совершенно здоровым. С живым аппетитом он поглощал завтрак.

– Знаю, ты была бы рада видеть меня обездвиженным и безмолвным, но, сестрёнка, видно, ты чем-то насолила Богу, так как он решил, что моя великая миссия не закончена. Кстати, выглядишь сногсшибательно.

До того изумлённая здравием брата, Ванесса не нашла, на удивление, чем ему ответить. Она, разумеется, бесконечно рада его выздоровлению. Полуживое вчерашнее и великолепное сегодняшнее состояние Джо у нее вызвало удивление и кучу вопросов.

– Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?

Если бы Джо открыл рот, то его содержимое непременно вывалилась бы, предвидя это, он просто помотал головой.

– Что, совсем ничего не болит?

Ванесса вытаращилась на брата. Джо проглотил разжёванный кусок омлета и откашлялся.

– Я, конечно, понимаю, ты меня просто обожаешь, но не до такой же степени, – произнёс он.

Она выпрямилась.

– Ну, тогда прекрасно. Я уже начала думать, что мы не сможем уехать, пока твое здоровье не улучшится, а так как ты блещешь здоровьем, мы сегодня же можем двинуться в путь.

Как только вошла Молли, даже не севшая за стол Ванесса, обратилась к ней:

– А когда вернётся граф?

– Граф вернулся ближе к утру. Он знает о вас и после завтрака ждёт вас в своём кабинете, – предупредила Молли. – Вы не притронулись к еде.

Молли перевела взгляд с тарелки, поставленной для Ванессы, на принявшегося теперь за пирог Джо.

– Спасибо. Я не голодна, – голод её ушёл на второй план.– Мы, наверно, сейчас к нему подойдём.

Она произнесла это нарочито громко для Джо.

– Вас проводить?

– Нет, не стоит. Вы только скажите, где кабинет, а то я боюсь, до вечера буду искать. И спасибо вам за доброту и гостеприимство, – решила Ванесса заранее поблагодарить добрую старушку.

– Дорогая, если б вы знали как давно у нас не было гостей! – встрепенулась миссис Хьюбер, прямо-таки зарумянилась.

«Не удивительно», – про себя подумала Ванесса.– «С таким-то хозяином».

– Джо, ты ещё долго? – обратилась она к брату после того, как Молли объяснила, где находится кабинет.

– Я догоню тебя, – выдавил Джо, не отрываясь от еды.

III

Глядя неотрывно в окно, Кристофер размышлял над своими «вечными» и новыми проблемами. Одно из двух свершится в любом случае: либо он найдёт хоть какое-то решение, либо он скоро спятит. Перспектива не из лучших, но стимул однозначно даёт. Апатия на его лице, могла объясняться сотней причин. И если начать с первой, закончишь расплетать клубок на последней. К тому же, его беспокоили неотложные дела в городе. Но больше всего утомляет и сводит с ума неудержимый поток мыслей, что ему иногда кажется – сейчас расколется череп. Кристофер походил по кабинету, стоял минут пять не шевелясь, потом медленно опёрся обеими руками на оконную раму. Слишком много на него свалилось за последние годы. Он невольно вспомнил беззаботное время, когда родители были живы, когда они с сестрой представляли прекрасное будущее их семьи, когда злой рок ещё не свёл его дядю с коварной Вилайн, и когда их замок, полоный света и радости, не имел и уголка для лживости и мрачного забвения.

«… и тогда, когда ты ослабнешь, я наслажусь твоей беспомощностью, ты не помешаешь мне, она и я связаны …», – ударили ему в голову одинаково странные и страшные для него слова воспоминаний.

С возвращением в мир печальной действительности сердце Кристофера сжалось в комок. Брови его сомкнулись в одну линию. Его раздумья прервал лёгкий стук в дверь.

– Войдите, – не оборачиваясь, сказал он.

Первый шаг за порог в миг развеял первые лживые слухи: граф оказался далеко не коротышкой, довольно высоким, остальные же её представления о нём испарились, когда «безобразный старик» обернулся к ней лицом. У неё появилось откровенное замешательство: «Что этот слуга делает здесь? Слуга…Он…», – она всё сразу поняла. В ту же секунду она готова была сгореть от стыда.

Несомненно, Кристофер был поражен случившимся перевоплощением девушки, которую он героически спасал окало часа назад, но виду не показал. Иначе, он бы выдал свое восхищение. Пожалуй, он слегка погорячился с оскорблениями. С неким смешком на лице Кристофер разглядывал стоявшую перед ним девушку, словно это была кукла. В ней не было ничего от той дикарки, с которой ему утром пришлось вступить в перепалку, если только не вновь разгоревшийся взгляд и копна медно-рыжих волос.

– Вы?!

– Да, я. Поздравляю, у вас замечательная память.

Какие-то спутанные чувства охватывали Ванессу в ту минуту.

– Что вы здесь делаете? – спросила она, хотя сама поняла, как глупо звучит ее вопрос.