Лейла Тан – Принцесса звезд (страница 4)

Кочевник с бесконечным сожалением взглянул на Человека.

– Ты любил когда-нибудь?

– Нет, мне повезло.

– Мне жаль тебя, Человек, – сказал Кочевник.

Они поднялись и, держась за специальные перила для гостей, заскользили по красному склону вниз, где на космодроме ждали корабли.

Дальше…

границ Республики по пути к галактике, в которой вращалась, накручивая звездную нить, система Веретена, лежала бесконечная безжизненная пустота. В ней уныло плавали мертвые планеты и погасшие звезды. Великие цивилизации, некогда населявшие этот уголок вселенной, погибли от войн, эпидемий и злых намерений соседей. Они уничтожили друг друга, оставив после себя лишь занесенные временем руины. Ветер и песок поглотили древние камни, сгладили очертания могущественных городов и стран, уровняли дворцы и лачуги, превратили в пыль чудесные храмы, торжествуя и утверждая смерть.

Мертвая галактика считалась нехорошим местом. Суеверные жители Империи обычно преодолевали ее на предельной скорости, стараясь не приближаться к границам. Только кладоискатели заводили свои корабли в глубину в поисках легендарных древних кладов. Но сокровища ушли в небытие вместе со своими хозяевами, чтобы не достаться никому.

Кочевнику уже приходилось видеть эту картину, и всякий раз она потрясала его и наводила на мысли о бренности бытия. Он как раз предавался размышлениям, когда на связь вышел Человек.

– Что это? – спросил он. -Жуткое зрелище.

– Эти мертвая галактика, – с мрачной торжественностью ответил Кочевник. – Сейчас они мертвы, но когда-то в глубокой древности здесь цвели цивилизации, великие и могучие. Они вымерли из-за бесконечных войн за те самые богатство и славу, к которым ты так стремишься. Хочешь, сядем где-нибудь, сам убедишься.

– А мы разве не торопимся?

– В гости к магам? Нет…

Они углубились в скопление. Чем глубже, тем темнее и тоскливее становилась пустыня. Брошенные живыми существами миры устали от одиночества и тоже постепенно, в течение долгих тысячелетий умирали. Безликие каменные шары – планеты, похожие одна на другую, вращались в пустоте по нечетким орбитам вокруг своих тусклых звезд. В увеличитель было видно, что одни из планет испещрены глубокими трещинами и готовы вот-вот развалиться на куски, другие еще продолжают дрожать от подземных толчков, изливая раскаленную лаву, третьи бешено вращаются, словно хотят вырваться из объятий притягивающих их погасших светил. .Космическая пустыня была бескрайней и бездонной.

Кочевник выбрал одну из планет, наиболее отдаленных от губительного притяжения бьющихся в агонии звезд. Прежде чем сесть, они покружились по орбите, изучая поверхность, и выбрали плато в опаленных горах на освещенной стороне планеты.

Корабли погрузились в больше похожий на пыль черный песок, покрывающий все вокруг толстым слоем. Серое небо в пятнах тусклых светил было покрыто клочьями неподвижного, словно нарисованного, бурого тумана. Унылая горная страна, укрытая черным покрывалом, раскинулась от горизонта до горизонта, навевая тоску. Но если всмотреться, становилось ясно, что все эти холмы и скалы на самом деле – исполинские сооружения древних, слишком прочные, чтобы стать добычей времени. Только они выжили, устояли перед стихией и только они провожают теперь этот мир в последний путь.

Человек первым покинул свой корабль и, провалившись по колено в черный песок, побрел к краю обрыва. Кочевник последовал за ним. Они замерли над пропастью, потрясенные открывшейся им картиной. Перед ними был город легендарных исполинов. Очертания строений четко просматривались на отвесных склонах. Стройные колонны, круглые окна, уступы этажей, крепостные стены. Просторные равнины – древние площади и проспекты, на которых когда-то кипела жизнь. Город был так огромен, что даже тысячелетия не смогли разрушить его полностью. Те, кто жил за этими стенами, обратились в прах, а построенное ими осталось почти невредимо, словно в насмешку над ушедшими.

– Надо же, я всегда думал, что великаны – бабушкины сказки, – задумчиво произнес Человек, – а они, оказывается, существуют, точнее. существовали.

– Да, они существовали, – сказал Кочевник. – У нас, Кочевников, есть много древних преданий, в которых говорится о племени исполинов. В те далекие времена нашу планету еще не столкнул с орбиты астероид и мой народ не кочевал по Вселенной. Так рассказывают старики. У нас не было кораблей, но был свой дом, и хотя мои предки не могли сами подняться к звездам, гости оттуда часто навещали их. В том числе и великаны. Когда-нибудь я расскажу тебе много интересного. Ты не представляешь, как загадочен космос, как таинственна и богата история его многочисленных миров. Сколько я слышал за годы своих путешествий, сколько всего сам повидал. Когда я устану странствовать, я осяду на какой-нибудь планете, может быть, даже на Земле и начну писать книги. Как думаешь?

Человек странно взглянул на него, вздохнул и ничего не ответил. Он долго молчал, изучая окрестности, а потом спросил:

– Слушай, может, мне правда не стоит соваться в это Веретено?

– Не знаю, – уклончиво ответил Кочевник, – сам решай.

– Хм. А что, разве ты не для того меня сюда привел, чтобы я, посмотрев на это кладбище, отказался лететь к Принцессе? Тогда для чего?

– Сам не знаю, для чего.

Кочевнику больше не хотелось оставаться здесь Город был мертв, но казалось, что в нем продолжают жить какие-то невидимые сущности. Они носятся по улицам-ущельям, выглядывают из круглых окон, шуршат черным песком, оставляя трехпалые следы. Это могли быть падальщики, охотящиеся за мертвой энергией, могли быть и галлюцинации, навеваемые излучениями черного песка.

– Здесь кто-то есть! – испуганно сказал Человек. – Ты это видишь?

Он показывал пальцем на цепочку странных следов, выстраивающуюся в нескольких шагах от них. На черном песке хорошо отпечатывались три толстых пальца.

– Точно, это падальщики, – заключил Кочевник, присмотревшись. – Надо уходить…

Покинув планету, они разогнали свои корабли и слились с веществом пространства, но галактика Веретена еще долгих два месяца оставалась на экранах маленьким вытянутым пятном. На предельных скоростях, когда корабль превращается в невидимку, связь теряется, а картина неба меняется с каждым днем и становится все более чужой, чувствуешь себя совершенно одиноким в бесконечной мгле космоса. За годы странствий Кочевник привык к одиночеству, хотя так далеко летал всего четыре раза в своей жизни. Два путешествия были полны приключений, третье чуть не завершилось трагедией, а четвертое вообще не оставило никаких воспоминаний.

К концу второго месяца галактика наконец начала расти, и в ней четко обозначилась гигантская система Веретена. Серебристая нить с нанизанными на нее звездами накручивалась на невидимый стержень, ее кончик болтался в пустом пространстве за пределами скопления. Веретено нестерпимо сияло россыпью гигантских светил – белых, красных, голубых, изумрудных, опаловых – и завораживало невероятной красотой. Зрелище растущего серебристого пламени так увлекло Кочевника, что он не заметил, как прошел еще месяц.

По истечении заданного срока автоматика корабля начала сбрасывать скорость. После торможения заработали все приборы, и Кочевник с беспокойством поискал следы корабля Человека. Вдруг тот не затормозил вовремя и угодил в поле притяжения магов? Это было бы ужасно и непоправимо. Но нет, вот он, красный огонек. Кочевник очень обрадовался и сразу попытался установить связь. Однако Человек опередил его. Его восторженные и дикие вопли ворвались в космическую пустоту, распугав звезды.

– А-а-а! О-о-о! У-у-у! – кричал Человек. – Великолепно! Здорово! Я никогда еще не видел такого! Я потрясен!

– Как ты провел это время? – спросил Кочевник, дождавшись, когда Человек перестал кричать. – Не страшно было?

– Не страшно, но скучновато, очень не хватало твоих поучений, – засмеялся Человек. – Честное слово!

Кочевник не обиделся. После трех месяцев молчания он перестал ощущать разделявшую их преграду. Странно, но ему уже казалось, что он знает Человека тысячу лет, что они почти друзья. Кто-то из великих землян сказал, что дружба – в молчании. Кочевник не помнил, кто именно, но как же этот кто-то был прав!

– Рад опять услышать твой голос, друг мой, – сказал он. – Веретено и правда великолепно. Если бы оно не таило в себе столь страшное зло, я мог бы поселиться поблизости и любоваться им всю жизнь. Но давай не забывать, что перед нами опаснейшая из известных нам звездных дорог и скоро мы с тобой расстанемся.

– Как скоро? – спросил Человек.

–Когда на конце нити появится узелок. Смотри внимательно, чтобы не перескочить границу и не попасть в магнит.

Узелок – крупная белая звезда – появился неожиданно Они едва успели сменить курс и заскользили вдоль границы, за которой начинались владения магов. Сияющее Веретено лежало перед ними прекрасное и недоступное, сияя, как драгоценное ожерелье на черном бархате космоса…

Когда пришла пора прощаться, оба погрустнели. Человек не мог поверить, что все это происходит с ним. Это он, а не кто-то другой, роняет слезу и называет случайного попутчика другом, и не просто называет, а чувствует это слово сердцем. У него никогда не было друзей и любимых, никто не ждал его и не смотрел по ночам на звезды, думая о нем. Он не верил во всю эту ерунду, а тут… "Наверное, я боюсь лететь к магам один, поэтому и развел нюни, – рассуждал Человек, глядя вслед удаляющемуся кораблю Кочевника. – Вдвоем было бы куда веселее… Значит так, я должен идти вдоль границы до тех пор, пока веретено не повернется по оси, а зеленая двойная не переместится в сектор 33Н. Мда, так можно год крутиться, никакого топлива не хватит".