Лев Давыдычев – Руки вверх! или Враг №1 (страница 11)

— Насколько блестяще продвигается операция «Фрукты-овощи»?

Глядя ему прямо в глаза и зная, что он в это время дремлет, полковник Шито-Крыто ответил:

— Произошли некоторые осложнения, шеф. Абсолютно неожиданные. Стараемся их ликвидировать.

С трудом уловив смысл фраз, генерал Батон соснул семь секунд и сказал:

— Посмотрим. Вот вы, полковник, как мне достоверно известно, каждый день чистите зубы, несколько раз в день моете руки. А?

— Так точно. Шеф. Зубы я чищу дважды в день.

— А с какой целью вы все это выполняете?

— Гигиена, шеф. Чистота — залог здоровья. В здоровом теле — здоровый дух.

— Дух-то у вас, может быть, и здоровый, — соснув, сказал генерал Батон иронически. — А вот какой у вас ум? Разве вы стали умнее оттого, что дважды в день чистите зубы и моете руки перед едой? Разве помогла гигиена хоть кому-нибудь стать умнее? — И он заснул стоя и с открытым ртом.

Полковник Шито-Крыто угадал, когда шеф проснулся, и спросил:

— А разве сделала хоть кого-нибудь умнее нечистоплотность?

— Нет, нет! — громко воскликнул генерал Батон и своим голосом разбудил самого себя. — Гигиена не имеет никакого отношения к уму. Моешь ты руки перед едой или не моешь, умнее от этого не станешь. Нам нужен не здоровый дух, а здоровенный ум. Я считаю, полковник, — говорил он уже во сне, — что вы много времени тратите на гигиену, и это нездоровое увлечение отрицательно сказывается на вашей работе. Ведь в то время, когда вы беззаботно чистите зубы или непонятно зачем моете руки, работа у вас не двигается с места! В молодости, моей и вашей, вы казались мне выдающимся человеком. Вы мечтали — и мечта эта была прекрасна — предать всех людей! Вы даже хвастливо заявили, что предадите и меня при первом удобном случае. Ну?

— Я и предам вас при первом удобном случае, шеф. Не беспокойтесь. И всех людей предам. Не волнуйтесь. Всему свое время.

— Посмотрим! — Генерал Батон опять сам разбудил себя громким голосом. — Мне не нравится ваше увлечение гигиеной, от которой никому ни холодно, ни жарко. Как старший по званию и по возрасту советую: побольше работы, поменьше гигиены!

Полковник Шито-Крыто вернулся в свой кабинет и как ни в чем не бывало продолжал думать и размышлять, рассчитывать и прикидывать, взвешивать и изучать, сравнивать и делать выводы…

На слова шефа он нисколько не обиделся: ведь этому самому шефу грозит грандиозный подвох со стороны полковника Шито-Крыто. Не соображает голова ленивого генерала Батона, что в случае провала операции «Фрукты-овощи» попадет-то ему! И этого добьется голова полковника Шито-Крыто!

Когда их вызовет Самое Высокое Самое Верховное Главнокомандование, полковник Шито-Крыто не станет каяться:

— Простите, извините, виноват, больше не буду, готов понести любое наказание, дурак я, дурак, а вы умные!

А скажет он следующее:

— Это моя первая и последняя крупная ошибка. Прошу дать мне возможность загладить вину. Я предлагаю вашему вниманию операцию «Братцы-тунеядцы», над которой я работал всю жизнь.

Самое Высокое Самое Верховное Главнокомандование будет поражено, ошеломлено, восхищено, обескуражено, обрадовано планом невиданной операции.

Генерал же Батон будет спать с открытыми глазами, а когда проснется, то услышит, что его снимают с поста, а на его место назначают генерала Шито-Крыто.

— За что? — очень глупо спросит генерал Батон.

— А хотя бы за то, — ответит ему Самое Высокое Самое Верховное Главнокомандование, — что не может быть руководителем крупнейшей шпионской организации субъект, который не чистит зубы и не моет рук перед едой и вообще против гигиены который.

Но полковнику Шито-Крыто многое предстояло пережить и многое сделать, прежде чем он проскочит в генералы. Ему еще предстояло, в частности, чуть не

ЛОПНУТЬ ОТ ДИКОЙ ЗЛОБЫ.

ГЛАВА №12

Мечта Толика Прутикова сбылась!

МИЛИЦИЯ ОЦЕПИЛА СКВЕР. Служебные собаки вынюхивали не только каждый сантиметр земли, но и каждый миллиметр, и виновато помахивали хвостами. Ведь по скверу прошло столько людей, что отыскать нужный след было, конечно, невозможно. Но служба есть служба, и собаки старались.

Тетенька общественный контролер Анна Дмитриевна все рассказывала и рассказывала, но уже хриплым голосом:

— Я, говорит, заграничный шпион, я вам пулю в нос без промаха и предупреждения. А сам мальчишкой переоделся и зайцем, как наши, в автобусе разъезжает. И болтает по-нашему. Чувствую я, что это шпион, а не заяц. Потому что бдительности у меня очень много. Заработала я себе почет или не заработала! Конечно заработала!

А Толик тем временем прибежал домой, мимо бабушки прошмыгнул в комнату, сунул пистолет под подушку.

— Не поймал еще шпиона-то? — спросила бабушка. — Давай поешь да снова за дело. Бегаешь, бегаешь — глядишь, и поймаешь. А на голодный желудок шпионы, говорят, ловятся плохо.

Замечательной бабушкой была Александра Петровна! Никогда она на внука не сердилась. Никогда она на внука не ворчала. Никогда она внука не наказывала. Никогда она на внука не жаловалась. Жить с ней было нетрудно и весело. Да и удобно!

Была, например, у нее с внуком секретная тайна, о которой знали только они вдвоем.

Один раз в месяц утром бабушка озабоченно говорила:

— Что-то у тебя лицо, милый внук, очень уж нехорошее. Видно, у тебя недомогание от переутомления. Лечить тебя надо.

Папа Юрий Анатольевич советовал немедленно вызвать «скорую помощь», мама — просто участкового врача, а бабушка успокаивала:

— Я его не хуже любого врача выхожу. Просто устал парень, да и простуду подхватил.

Едва закрывалась дверь за родителями, Толик прямо в постели вставал на голову, болтал в воздухе ногами, снова залезал под одеяло и ждал, когда бабушка начнет его угощать.

Болеть, если болеешь, неинтересно. Но болеть, если ты совершенно здоров, это очень замечательно!

— Конечно, мы поступаем не совсем честно, — говорила бабушка, подкладывая внуку оладью за оладьей, одну больше другой. — Но ведь ребенок — тоже человек и тоже нуждается в дополнительном отдыхе и усиленном питании. Вот полежишь, наберешься сип и дальше будешь учиться.

Потом они с Толиком в шашки играли. И в этом они были друзья. Раз внук ей проиграет, два раза она ему сдастся.

Вот как она внука любила! И, чувствуя, видимо, вред подобной любви, она иногда говаривала:

— Если я и балую тебя, то в меру.

Современные бабушки, как известно, очень отличаются от своих бабушек. В наше время выросло и сформировалось новое, отличное от предыдущих, поколение бабушек, которое можно условно назвать телевизионным.

Телевидение сблизило бабушек и внуков, выработало у них общие интересы.

Бывало, папа с мамой давно уже спят, а Толик и Александра Петровна убавят звук у телевизора и — смотрят! Один раз, правда, их задержали, как говорится, на месте преступления. Это когда бабушка не выдержала и среди ночи криком потребовала у сборной СССР:

— ШАЙ-БУ! ШАЙ-БУ! ШАЙ-БУ!

Сборная СССР, естественно, уважила бабушку, но обе они, и сборная СССР и бабушка, на этом не успокоились: команда забросила еще одну шайбу, а бабушка торжествовала на всю квартиру:

— МО-ЛОД-ЦЫ! МО-ЛОД-ЦЫ!

Тут явился папа Юрий Анатольевич, и ночным болельщикам здорово попало.

Так вот они и жили, и все было хорошо до того самого момента, когда Толик пришел домой с пистолетом. Он вел себя неимоверно гордо. Если можно так выразиться, его прямо распирало от этой самой гордости.

Он и не подозревал, не мог подозревать, что в глубине души бабушка уже давненько сама побаливала шпионизмом! Она тщательно скрывала это от всех, даже от внука. Ей очень хотелось стать первой бабушкой в мире, которая отличится в борьбе со шпионами. Ведь по телевизору или в кино кто только их не ловит! Но еще ни разу ни одного шпиона не поймала ни одна бабушка!

И Александра Петровна не выдержала и спросила Толика, который гордо ел суп:

— Друзья мы с тобой или не друзья? Помогала я тебе всю жизнь или не помогала? Согласен ты со мной дальше дружить или не согласен?

Она намеревалась спросить об этом спокойно, деловито, но при первых же словах разволновалась и совершенно неожиданно начала всхлипывать.

— Да ты что? — небрежно спросил Толик. — Как девчонка какая-нибудь! — И он снисходительно пообещал: — Ты у меня еще прославишься. Ты у меня самой знаменитой бабушкой будешь.

— Вот, вот, вот! — растирая по щекам слезы, воскликнула бабушка. — Ну как ты без меня шпиона поймаешь! Мы же с тобой привыкли все делать вместе. Давай и шпионов вместе ловить! Это же будет замечательно: бабушка и ее любимый внук — герои!

Толик очень насмешливо усмехнулся, гордо доел суп и сказал:

— Да где же это видано? Да где же это слыхано? Никогда еще бабушки такими серьезными и опасными делами не занимались. У тебя ведь даже физической подготовки нет. А бегать быстро ты можешь? А ползать ты умеешь?

— Зачем мне физическая подготовка? Зачем мне быстро бегать? Бегать будешь ты. И физическая подготовка у тебя будет. Вот ползать я, пожалуй, попробую. Ты, главное, пойми, что нельзя тебе меня бросать. Дружить мы с тобой должны до последнего дыхания.

— Давай котлету, — разрешил Толик. — Не волнуйся, что-нибудь придумаем. Ссориться нам с тобой не к чему.

— Всегда всем доказывала, что голова у тебя соображает замечательно! — растроганно сказала бабушка. — Ешь, ешь, сил набирайся! Считай, что шпион у нас с тобой в руках!