Лев Аскеров – Визит к архивариусу. Исторический роман в двух книгах (IV) (страница 9)
– А кто?
– Джордж Буш…
Рональд, судя по всему, с непониманием уставился на жену. «Президент США Джордж Буш», – четко выговаривает Нэнси.
– Да-а-а, – тянет он и уже в трубку вежливо говорит:
– Слушаю вас, сэр.
– Ты что, меня не узнал, Рони?
– Узнал, – неуверенно бормочет он.
– Вот и хорошо. Я звоню тебе из Мальты.
– Откуда?
– Из Мальты, Рони… Хочу поздравить тебя и себя. Мы загнали их в угол. Мы, как ты и хотел, дожали их. Твой «Реквием» сработал как часы.
Наступила пауза. Затем приглушенный голос Рейгана:
– Нэнси, у Джорди поехала крыша. Он там с кем-то кого-то загнал.
Лицо Буша багровеет, глаза становятся свинцовыми.
– Это не Джордж Кемп, – шипит жена и вырывает у него трубку.
– Джорди, извините, пожалуйста… У него снова началось.
– Сочувствую, Нэнси. Как просветлеет, передайте, что на Мальте мы добились большего, чем он хотел.
– От души поздравляю, Джорди. Обязательно передам… Ради Бога, простите, – и дала отбой…
Ему не спится. Уже которую ночь. А ночи – чудо! Тихий восторг небес. Роскошные сказки искрящихся звезд в синем отливе черной парчи. Песня песен Соломоновых. Как эта, которая, затаив дыхание, обмерла, словно девица, слушая в себе сладкую истому первой в ее жизни любви.
Интересно, какие ночи тогда стояли над Хатынью и Ходжалами? Сказать мрачные, с перекошенной в злобе мордой? Сказать, что в поздний час тот звезды в небе щелкали искрами, аки волки зубами?..
Сказать можно. Любая ночь, как и день, – не просто время суток. Это чувство. Это ощущение жизни и себя в ней. Это – ты, мир и Бог. Для тех, кто рвал в ту пору плоть людскую, тот мрак над миром, разрывавшийся криками о пощаде и слезной мольбой ребенка – «Не убивайте, дяденька!» – была благодатью небесной. А для тех, кого нещадно губили, та ночь казалась апокалипсисом. Она умирала вместе с ними.
Подробности той ночи в Ходжалы Семен узнал от Центуриона. Он показал ему видеозаписи.
– Утро после шабаша, – комментировал он. – Вот село. Ходжалы. Оно под боком древней столицы Азербайджана – Шуши. В двадцати километрах от Степанакерта.
– Да что ты мне говоришь?! Азербайджан – моя Родина. Я все знаю в ней. И в Ходжалах доводилось бывать. Большое село.
– Вот оно дымится… – не отрываясь от экрана, продолжал комментировать Алекс. – Из шести тысяч человек остались в живых те, кто находился за его пределами… А вот посмотри… Его жители…
– Где? Не вижу?
И тут Семен увидел полуобвалившуюся каменную ограду и вдавленного в нее небритого средних лет мужчину. По обе стороны его надломленных рук свисало что-то бесформенное.
– Что это? – тычет Семен в схваченное багровым инеем и вмёрзшее к его бокам месиво.
– Не что, а кто, – поправляет Алекс. – Его дети. Он стоял, прижавшись с ними к ограде. Их вмазал в нее танк. Очевидно, механик-водитель именно этого и хотел. Обрати внимание, забор под мощным давлением накренился в сторону, противоположную движению танка. Верхние два ряда камня-кубика упали не вперед, а назад, и потому голова мужчины сохранилась. Дети – в лепешку… А вот их мать… Она, видимо, бежала впереди их с годовалым ребенком и мальчиком лет пяти. Увидев, как на ее старших детей и мужа наезжает танк, она бросилась к ним. Ее и мальчонку искромсала пулеметная очередь. По следам траков видно: разворачивая танк, механик-водитель проехал по нему. От малыша остались головка и плечико…
– Это горят люди? – следуя за объективом камеры, спрашивает он.
– Сейчас будет крупный план. Вот один… второй… третий…
– Неужели применили напалм?!
– Я тоже сначала так думал. Нет, то какая-то липкая горючая смесь. Ее сливали с вертолетов. Сверху прожектором высвечивали скопившиеся кучки людей и… обливали. Съемка велась спустя пять часов после бойни. А люди, вспыхивая иногда язычками пламени, тлели еще долго.
– Вертолеты? – Семен с недоверием смотрит на Алекса.
– Да! Да! Их было три. Сначала на спящие дома они скинули фугаски, а потом, двигаясь по кругу, на окраине села совершили посадку, высадили десантников и снова поднялись в воздух.
– В Ходжалах стояла военная часть азербайджанцев?
– Если бы! – вздохнул Алекс. – Всего 16 милиционеров. Это личный состав сельского участка из трех человек, усиленный, в связи с конфликтом, тринадцатью милиционерами соседних Агдамского и Агджабединского районов. Шестерых из них схватили, затолкали в один из вертолетов, а потом с высоты скинули на землю.
Вульфсон вдруг умолк.
– Сейчас будет страшный кадр… Это после шабаша. Азербайджанцы ищут живых и собирают трупы. Смотри…
Тело молодой женщины, располосованное от горла до междуножья. Остекленевший взгляд ее застыл на склоне. Объектив движется туда же… На взгорье, среди острых каменьев, которые от заиндевелости кажутся седыми, – одеревеневший на морозе пестрый свёрток. Один из мужчин, заметив его, карабкается туда. Вот он рядом. Он в оцепенении. Он трясет головой, словно ему хочется очнуться ото сна, а затем, обезумело, озирая все вокруг, судя по широко раскрытому рту, кричит. Затем нагибается и поднимает.
«Кажется, кукла», – думает Семен. Камера наплывает вплотную. Она сначала показывает искривленный судорогой, широко разинутый рот мужчины. Он явно издает вой. А потом на весь экран глаза той куклы. Никакая это не кукла. Это девочка. Распахнутые два большущих агата глаз, в уголках которых застыли две хрустальные струйки замерзших слез…
– Боже, Алекс! Выключи. Здесь, до не могу, все страшно.
– Я по сию пору в шоке.
– Кто снимал?
– Наш человек. Он там оказался раньше съемочных групп, прилетевших из Баку.
– Понял, – угрюмо вперившись в пол, глухо произнес Мишиев. – Значит, твоих рук дело?
– Кретин! – взвился Вульфсон. – Также спросил меня и Стюарт. Он связался со мной и без предисловий и жестким голосом по эфиру, как железом по стеклу, провел: «Кто вам давал право без согласования со мной устраивать эту кровавую вакханалию?»
«Я к ней никакого отношения не имею, Бобби», – сразу поняв, о чем речь, ответил я.
«Не Бобби – сэр!» – ледяным тоном поправляет он.
«Сэр, ни я, ни моя команда к этому не имеет никакого отношения…»
«Президент и Бейкер, посмотрев видеозапись – ужаснулись. Джеймс сказал: «Это Хатынь сегодня»…
«Поверьте, сэр, меня самого потрясло увиденное…»
«Я поверю вам, когда буду располагать достоверными фактами, подтверждающими ваши слова. К вам летит группа экспертов для служебного расследования. Рекомендую оказывать им всяческое содействие, вплоть до контактов с агентами и людьми, работающими на вас».
«Сэр, что так круто? Ваши подозрения беспочвенны».
«Вы знаете, что это неслыханное варварство вешают на нас?.. Слушай, что пишет русскоязычная бакинская газета «Новое Время»:
«Как, по-вашему, нам нужно было реагировать?.. Если мы докажем обратное, я первый, кто попросит у вас извинение».
– И он сдержал свое слово. И тебе, полковник Боливар, придется извиниться. – Центурион сделал паузу, нагнулся к тумбочке, что стояла справа от него, вытащил из нее довольно объемистую папку и, порывшись в ней, извлек несколько скрепленных стэплером машинописных листов.
– Читай! – потребовал он.
Служебного расследования Президентской Комиссии по факту причастности к Ходжалинской трагедии Московской резидентуры ЦРУ
Анализ документов, предоставленных резидентурой, а также фактов, обнаруженных Комиссией собственными возможностями, как то: выезд на место происшествия, опрос непосредственных участников события и иных должностных лиц различных ведомств – позволил установить следующее.
1. Событие произошло в ночь с 25 на 26 февраля 1992 года и имело все признаки спланированной и осуществленной с особой жестокостью военно-карательной операции.
По утверждению членов Комиссии, побывавших на месте события, село Ходжалы подверглось внезапному нападению армейскими регулярными силами России, дислоцированными в Нагорном Карабахе, с применением вертолетов, артиллерии, танков, бронетранспортеров и автоматического стрелкового оружия.
Населенный пункт, со всеми его жилыми строениями и инфраструктурой, уничтожен на 90 процентов. Погибло 983 человека мирных граждан. В том числе: детей от одного года до 15 лет – 193; женщин возрастом от 16 до 80-и и старше – 409, из которых 26 беременных; мужчин в том же пределе возраста – 408;сотрудников внутренних дел – 6 из 16-и числящихся в списке на 25 февраля.
2029 ходжалинцев пропали без вести.