«Letroz» Вадим Смольский – Звёздный капитан (страница 5)

– Токато Ёши, администратор комплекса, – представился он. – Пройдёмте в мой кабинет.

– Я думал, меня встретят военные, – признался я, пока мы шли.

– Военных, за исключением охраны, здесь нет. Только учёные, – отрезал Токато. – Вот и пришли.

Судя по множеству различных дипломов, развешанных по стенам, и обилию научной литературы, администратор также был из научного персонала. Пока Токато усаживался за свой стол, я с интересом подошёл к одной из стен его кабинета – в неё был вмонтирован огромный аквариум. Плавали в нём весьма занятные существа – химеры. Рыбы, «собранные» из разных частей абсолютно разных видов. Порой настолько «неподходящих» друг другу, что непонятно было, как они ещё живы.

– Наша станция специализируется на биологии, – пояснил администратор. – Это невинная шутка одного из наших сотрудников. По-моему, он даже не предполагал, что его проект станет важным научным открытием.

Оторвавшись от наблюдения за существами, я задумчиво кивнул и сел в кресло перед ним, всё ещё не понимая, чего он от меня хочет. С гражданскими властями мне прежде дел иметь не приходилось. Вернее, те проходили как сугубо военные поручения. Однако в данном случае флотская иерархия по каким-то причинам оказалась не у дел.

– По поводу моего задания…

– Да-да, не просто так мы вас вызвали! Необходимо доставить одного из наших специалистов – биолога – вместе с оборудованием на одну планету и всячески содействовать его работе.

«Интересная формулировка, – подумалось мне, – суть ясна, а деталей всё ещё нет.»

– Что за планета?

– Новый Каир. – Тут я вздрогнул, учёный же продолжал: – Вам этот мир должен быть хорошо знаком.

– Он зах… оккупирован ещё во время первой войны, – избегая «некорректной» формулировки, аккуратно сказал я.

– Разумеется, мы тут в курсе очевидных фактов. Но военная разведка сумела нас заверить, что в данный момент на планете ведутся работы по терраформингу, и кроме горстки научного персонала моллюсков там никого нет. Ни гарнизона, ни космических сил.

– Добраться туда будет непростой задачей.

Дело откровенно плохо пахло, и мне очень хотелось понять почему. Или хотя бы выяснить, по какой причине подобного рода дела со мной обсуждает лично учёный, а не офицер из адмиралтейства. Токато, не спешивший вносить в происходящее какую-либо ясность, смерил меня взглядом и, вежливо улыбнувшись, сказал:

– Уверен, для вас, как бывшего жителя этой планеты, это не составит труда. К тому же из-за изменения конфигурации фронта она сейчас буквально в одном прыжке, как вы говорите.

Мне никогда не приходилось слышать о таком выражении. Ни тогда, ни впредь. Но я сделал вид, что ценю данную шутку.

– Что за специалист такой интересуется оккупированными планетами? – поинтересовался я.

– Как я уже сказал, один из наших сотрудников. – Токато выдал мне ещё одну ослепительную улыбку. – Он соберёт образцы воды. Нам очень интересно, каким образом Ма’Феранцы преобразуют состав гидросферы. Предельно простое задание. Нам – научные данные, а вам – галочка в биографии, может, и новый корабль покрупнее.

Чем больше я его слушал, тем больше понимал, что мне усердно вешают лапшу на уши. Причём отравленную и фонящую радиацией. Вот только в чём именно состоит подвох пока не было ясно.

– Припасы… – я ещё не начал, а у администратора уже был ответ.

– В ближайшие часы вам загрузят всё необходимое в любом запрошенном объёме.

Спросить напролом, прямо как есть, я не решился. Всё же, пускай и диалог проходил без участия моего непосредственного командования, но вполне мог быть им санкционирован.

Так ничего и не выудив из Токато, я отправился вместе с ним на почётный обед, а заодно и на экскурсию по станции. Последняя выдалась особенно примечательной: «Лапута-13», что ни говори, завораживала. Я всегда обладал чутьём к показушности, но здесь оно молчало. Хотя у меня были определённые сомнения после аквариума у администратора, однако потом мне продемонстрировали такой же, только раз в сто больше с не менее масштабными обитателями. Судя по всему Токато Ёши не преуменьшал, когда говорил о специализации станции: в чём в чём, а в биологических исследованиях «Лапута-13» явно преуспела.

– Динозавров сумели воскресить? – неосторожно пошутил я.

Администратор хитро улыбнулся и повёл меня к лифту. Мы спустились на пару уровней, и мне показали вольер с оными.

– Воскресить их было весьма непросто, – заметил Токато, – сейчас мы хотим создать разумного динозавра. Но пока всё тщетно.

– Разве это вообще возможно?

– Наши эксперты уверены, что да. У некоторых видов были нужные предпосылки. Им просто не повезло. – Администратор улыбнулся. – А ещё вы не представляете, сколько людей готовы нам платить, лишь бы попробовать «доисторической курятины».

Далее был скромный обед, где меня представили местным знаменитостям, которым я был абсолютно не интересен, да и меня они интересовали мало. Тут же мне довелось попробовать и то самое мясо динозавра – шутка про курятину была не так уж и далека от истины.

Напротив меня сидел человек невысокого роста с аккуратной бородкой. Он откровенно скучал, уныло ковыряясь в своей тарелке. То и дело я чувствовал на себе его цепкий взгляд. Заметив наши переглядывания, Токато соизволил его представить:

– Капитан Чейдвик, познакомьтесь, ваш гость и попутчик – доктор Сиро Ииси.

– Мои самые благожелательные приветствия, капитан, – вежливо, выдавливая из себя натянутую улыбку, сказал он. – Надеюсь, я вас не буду обременять: мне нужны всего-то каюта, куда бы поместились мои вещи, и чтобы меня не беспокоили.

Так обрадовавшись перспективе отсутствия бесконечной возни с хотелками гостя, я отдал ему без раздумий офицерскую кают-компанию – потерпят неудобства. К тому же будет некрасиво, если офицеры не пригласят на свои регулярные посиделки гостя. Учитывая гражданский статус оного, это было весьма и весьма вероятно.

Послушав ещё полчаса абсолютно неинтересные мне разговоры, я откланялся и отправился в грузовой трюм, проверять, как проходит погрузка припасов и что там насчёт «любых» объёмов. Сиро, что удивительно, пожелал составить мне компанию.

Как это обычно бывает, стоило нам только появиться в трюме, как всё у всех начало валиться из рук. Один из моих подчинённых не справился с управлением погрузчика, и один из ящиков с маркировкой «Лапуты-13», бодро звеня и кувыркаясь, улетел аж в секцию, где хранился провиант. Пока я разбирался с матросом, который оказался прилично подвыпившим, Сиро осмотрел ящик.

– Выкиньте, ничего ценного там не уцелело, – хмурясь, сказал он без всякого налёта той вежливости, что была за столом. – И найдите тех, кто будет поаккуратнее! У меня здесь хрупкое оборудование!

***

Разбираясь с вещами гостя, я заметил, как в соседней секции трюма, той самой, предназначенной для хранения еды, копошились сразу двое моих офицеров. Одним из них был Кереньев, боцман, в чьи обязанности в том числе входила кухня, и что довольно странно – Лютцев. Глава службы безопасности внимательно разглядывал один из прибывших ящиков.

– Что-то не так? – подходя к ним, спросил я у него.

– Обычный гражданский ящик, – пожал плечами Кереньев.

– Впервые вижу, чтобы стандартные армейские пайки паковали в гражданские ящики, – сухо заметил Лютцев без претензий. – Для этого их нужно выгрузить, переложить, заново опечатать… многовато мороки.

– Хммм, – задумчиво протянул боцман, явно не понимая, к чему он клонит.

– У нас ещё остались ящики от старого провианта? – поинтересовался я.

– Часть уже выгрузили, но парочка осталась, – немного подумав, сообщил Кереньев.

– Возьмите матросов – пускай переложат на всякий случай. Заодно посмотрим, нет ли брака.

Услышав этот приказ, Лютцев, нарушая собственную традицию невозмутимости, взглянул на меня с нескрываемой благодарностью:

– Ещё есть что-то, требующее моего внимания? – на всякий случай уточнил я.

– Нет, капитан.

Я кивнул. Мне не оставалось ничего, кроме как отправиться к себе планировать маршрут полёта. На выходе из ангара меня нагнала интуиция: что-то было не так. Внимательно осмотревшись, я не обнаружил ничего беспокоящего, и тем не менее тревога не ушла.

***

Планировать маршрут полёта я всегда любил. Занятие это сугубо математическое, требующее некоторых познаний в физике и общего понимания принципов перемещения в космосе.

Разумеется, всё это мог сделать компьютер, и первое, что я всегда делал – это получал построенный им маршрут. А вот дальше начиналась моя стихия: берёшь результат, разбираешь его на отрезки и принимаешься их внимательно изучать на предмет того, где можно схитрить. Так, например, компьютер старательно избегал планет и вообще крупных космических тел, тогда как при хорошем расчёте их гравитацией можно было воспользоваться как своеобразной пращой. Тут час экономим, там, ещё в паре мест – и вот маршрут, занимавший ранее две недели, превращается в маршрут на десять дней.

Отправив данные на мостик, я приступил к неприятной для себя части, а именно: принялся изучать актуальную информацию по Новому Каиру.

Токато Ёши откуда-то знал, что мне в молодости довелось провести на этой планете некоторое время. В моей биографии об этом написано не было. Занимался я там наёмничеством и вспоминать тот период не особо любил. Не только из-за очевидных проблем с законом. Тогда Генри Чейдвик был юн и поэтому глуп, а главное безответственен, абсолютно не понимал, к чему может привести такой образ жизни. В подобных случаях, если не хватает собственного ума, тебя неизбежно научат непреложным истинам. Неважно, будут это обстоятельства или конкретный человек – это неизбежно случится. Так произошло и в моём случае.