«Letroz» Вадим Смольский – Звёздный капитан (страница 4)

– Орудия к бою, ни один корабль не должен покинуть базу. Подготовьте шаттл со штурмовой командой.

– Есть сигнал, с нами пытаются выйти на связь! – доложил один из мичманов-операторов.

– Соединяйте! – Дождавшись, пока в динамиках кто-то взволнованно засопит, самым громоподобным своим голосом я провозгласил: – С вами говорит капитан флота Земного Содружества Генри Чейдвик. Немедленно сдавайтесь, и я гарантирую вам честный, справедливый суд! Даю пять минут на размышления, после этого никаких переговоров вестись не будет!

Ждать безоговорочной капитуляции пришлось три минуты двадцать две секунды.

Глава 2 – Непростой выбор

2210 г. КЗС «Небула», окрестности Венеры

Родная Солнечная система встретила нас предельно напряжённой обстановкой. Казалось бы, вот она, матушка Земля, рукой подать, но там бушевала гражданская война. Офицеры во главе со мной не без основания опасались бунта: кто знает, сколько на корабле сторонников той или иной фракции и на что они готовы? Матросы, опять же, не без оснований опасались урезания и без того скудного пайка.

Дело в том, что с момента рандеву с контрабандистами на орбите Атроцио-5, «Небула» только и делала, что куда-то опаздывала. Сначала поступил приказ срочно вернуться, но по прибытии обнаружилось, что ситуация на фронте изменилась, и вернулись мы откровенно не туда. Чудом избежав боя, мы выдвинулись в нужную систему. К моменту стыковки со станцией снабжения провизии на корабле оставалось хорошо если недели на две. О качестве остатков лучше умолчать, скажу лишь то, что в пище стал попадаться уж откровенно чужеродный белок, иногда ещё живой.

На мой резонный запрос пополнить припасы местный интендант, у которого только что на лбу не было написано «вор», с мерзкой ухмылкой продемонстрировал документы, согласно которым на «Небуле» остался минимум месячный запас продовольствия. Чиновник напрочь отказывался учитывать тот факт, что на корабле, помимо штатного расписания, находились ещё пятьдесят человек из числа контрабандистов, которых нужно было поить и иногда кормить.

Хуже того, не успели мы передать пленников и выгрузить захваченное, как пришёл новый приказ, на этот раз прямиком с Земли. «Небуле» необходимо было попасть на орбиту Венеры, как можно скорее. На ещё один мой, опять же, резонный запрос припасов с Земли, попросту повторили приказ. На языке командования это означало: «Кто ты, а кто мы – не выделывайся».

Пришлось урезать пайки. Мера необходимая, но безусловно не популярная. К тому же о разнице в качестве работы человека, который вместо положенных трёх тысяч килокалорий получает всего две, говорить не приходится. Не стоит забывать и сугубо психологический момент. Подобные меры никогда не воспринимаются командой положительно. Абсолютно всегда появляются слухи вроде: «офицеры едят больше» или «у капитана там полный сундук бекона», с которыми бороться бесполезно. Проще победить глупость логистов, чем суеверия команды.

Лишь на подлёте к Венере, наконец, повезло на чиновника, обременённого интеллектом. Тот сам со мною связался и недоумевающе спросил:

– По моим данным, у вас должны были закончиться припасы ещё пару дней назад. Почему вы их не восполнили на той станции снабжения, где получали приказ?

Выслушав моё краткое, но очень яркое объяснение, он, немного смутившись, сказал:

– Вам будет дан максимальный приоритет на пополнение. Ваша цель – станция Лапута-13, стыковочный док 3, передаю точные координаты…

***

Венера, как это ни удивительно или странно, учитывая характеристики, стала первой крупной колонией человечества на другой планете. Марс, при всех его достоинствах, был практически лишён атмосферы и тектонически мертв, а значит, лишён защиты от солнечной радиации в виде магнитного поля. В разное время предлагались самые безумные теории насчёт того, как привести красную планету в удобоваримый вид, вплоть до того, что отдельные горячие головы на полном серьёзе хотели закидать несчастную ядерными бомбами.

Венера же, также лишённая магнитного поля, обладала атмосферой. Чрезвычайно плотной и кислотной, но атмосферой. Таким образом, задача звучала уже не как «создать атмосферу», а как «преобразовать атмосферу, снизив её плотность и одновременно изменив состав». Проект безумно сложный, но вполне выполнимый.

Не последнюю роль сыграла также и гравитация. Существует правило десяти процентов: если ускорение свободного падения меньше этого порога, попытка «переехать», например, на Землю, чревата огромным риском для жизни. Так человек, родившийся на Марсе или пробывший там значительное время, уже никогда не сможет ступить на прародину. Если же это значение выше, то адаптироваться к этому миру первым колонистам чрезвычайно сложно, а последующие поколения могут покинуть его разве что в один конец.

Ходили иного рода слухи на тему «почему Венера», а не другая планета или спутник. В них частенько, но, к сожалению, абсолютно бездоказательно рассказывалось про некие руины, в том числе расположенные на орбите второй планеты. Дескать, именно в них сокрыт секрет того рывка, что последовал позже.

Так или иначе 6 июля 2055 года человек впервые прошёлся по поверхности Венеры без скафандра. Всего двадцать лет спустя суммарное население на орбите и в городах-поселениях достигло одного миллиарда человек. Всё это ознаменовало конец тому рывку к другим планетам, что начался в начале XXI века, и начало нового, ставящего своей целью освоение иных звёзд.

За прошедшие полтора века Венера преобразилась ещё больше. Появились моря и океаны, континенты приобрели устойчивые очертания и названия. Давно уже забыли о тех временах, когда стены местных зданий строили из свинца, стремясь защититься от радиации. Теперь от неё защищала массивная станция, кольцом опоясывавшая всю планету.

***

«Лапутами» традиционно называли все космические станции на орбите Венеры, по аналогии с тем, как в незапамятные времена назывались первые из них. «Лапута-13» была местом особенным, начать хотя бы с того, что это был самый засекреченный объект во всём Земном Содружестве, поэтому ещё на подлёте нас стала сопровождать пара суборбитальных истребителей. К тому же вокруг этой станции образовался ореол таинственный и мрачный. Ходили слухи, что занимаются там весьма неприятными вещами, мало связанными не только с гуманизмом, но и с человечностью вообще.

– Почётный эскорт, – нервно пошутил лейтенант Фаррел, стоявший вместе со мной на мостике и контролировавший полёт.

– Пятёрка таких раздеребанят нас на куски, стоит нам хоть чуть-чуть отклониться от курса, – не менее нервно заметил старший инженер Ворстон.

– Прекратить разговорчики, – сказал я. – Лучше следите за курсом. А вы, Ворстон, должны были мне ещё вчера подать список запчастей на пополнение.

– Он вокруг вас, – развёл руками инженер. – На этом корыте нет ни одного прибора, который бы не требовал ремонта. Для начала стержни из…

– Список, старший инженер, по пунктам, можно с указанием приоритета поставки, – довольно резко остановил я этот поток технических названий. – Займитесь немедленно.

Ворстон со времён инцидента с погибшим матросом беспокоил меня всё больше и больше. Памятуя о его и без того шаткой карьере, я не стал упоминать в официальном отчёте, что его подчинённые непосредственно виноваты в произошедшем, а часть из них и вовсе была в сговоре с нарушителями. Старший инженер воспринял это по-своему, считая, что ему теперь многое сойдёт с рук. Убедившись, что он ушёл, я аккуратно оттянул Фаррела в сторону и тихо, чтобы не слышали прочие находившиеся на мостике, сказал:

– После стыковки я отправляюсь к местному начальству, уж не знаю, сколько там пробуду. Убедись, что нам поставят припасы в полном объёме, особенно по инженерной части. Если прибудут новобранцы – всех к Лютцеву.

– Вы уверены? По поводу новобранцев, они ж… – лейтенант проглотил ругательство, – попасть сразу к службе безопасности – так себе первое впечатление.

– Неважно. Штанишки мы им новые выдадим.

– Стыковка завершена, капитан! – доложил один из мичманов.

– Замечательно. – Я чуть поправил форму, надел фуражку и побрёл к шлюзу.

***

Много разных стыковок мне довелось повидать. В зависимости от твоего звания встречают по-разному: на лейтенантов и прочую мелочь даже не обращают внимания, капитанов, как правило, встречает какой-нибудь местный чиновник или офицер, для адмиралов и выше устраиваются целые процессии разной степени помпезности. Встречу на «Лапуте-13» я запомнил на всю жизнь.

Встретили меня двое солдат в тяжёлых скафандрах-экзоскелетах чёрного цвета и наглухо задраенными шлемами. Вооружены они оба были массивными гаусс-винтовками такого калибра, что, наверное, и авиацию получилось бы сбить. То ли я чего-то не заметил, то ли повёл себя как-то странно, но вид у них был такой, что, клянусь: сделай ещё шаг – и они бы меня попросту застрелили!

Насколько мне известно, снимки и видео того, как бледный, словно мел, капитан Чейдвик стоит с высоко поднятыми руками, а в него тычут винтовкой размером с человека, до сих пор бродят по интернету.

К счастью, достаточно оперативно, хотя всё равно недостаточно быстро для сохранности моих нервов, появился худощавый человек в униформе учёного, с первых секунд ведущий себя как самый главный начальник здесь, и всё нормализовалось.