Лесли Вульф – Послание смерти (страница 19)
— Вы о чем? Об этом?
— Да о чем угодно, — ответил он. Говорил он неожиданно серьезно, в глазах мелькнула печаль. — Если что, пожалуйста, не стесняйтесь. Я тут рядом, по соседству.
Она с усилием удержала улыбку на лице, но глаза отвела. Ей показалось, что Райан в курсе того, что происходит в ее жизни. Но он не мог знать, никак не мог.
В то утро она доехала до работы быстрее обычного. В голове роились мысли о надвигающемся конфликте с Дереком, о разводе. И эти гнетущие размышления отодвинули на задний план воспоминания о встрече с доброжелательным соседом.
Она силилась припомнить их последний счастливый день с Дереком, пыталась понять, когда их брак дал трещину и начал распадаться. Когда это произошло? Примерно полтора года назад, когда отец Дерека умер после тяжелой борьбы с раком. С тех пор муж ходил сам не свой. Они с отцом были очень близки. Поначалу Мелисса давала Дереку время и пространство для скорби. Она в любую минуту готова была его поддержать, но он не принимал ее помощи, все больше отдалялся, становился все более молчаливым и отстраненным. С головой ушел в работу — или хотел, чтобы она так думала. Впрочем, он всегда был сосредоточен на карьерном росте.
Однажды, еще при жизни свекра, они провели счастливые выходные в Тампе. Чарли тогда исполнилось четыре года, они оба играли с малышом, рассказывали сказки, смешили и не могли дождаться, когда он заснет, чтобы поскорее заняться любовью под одеялом, тихо, чтобы не разбудить сына. Этому светлому воспоминанию, почти стершемуся из памяти, было всего два года. И с тех пор не произошло ни одного памятного радостного события, ни единого.
Два года? Куда все подевалось?
23. Утренний обход
Тесс полусидела в постели, глядя, как Мелисса снует по палате, аккуратно выполняя свои обязанности. Медсестра следовала обычному ритуалу. С утра она проверила основные жизненные показатели Тесс и занесла их в карту пациентки. Измерила температуру, вручную проверила пульс, хотя он и отображался на мониторе. Затем при помощи аналогового тонометра и стетоскопа померила пациентке давление, присовокупив свои измерения к цифровым данным. Под конец Мелисса изучила записи ночной смены и убедилась, что не было новых лекарственных назначений. После этого она приготовилась к утреннему обходу, который начинался около девяти часов.
Агент Уиннет шла на поправку, и голова ее с утра была ясной — главным образом благодаря тому, что она накануне вечером не стала пить обезболивающие, нарушив предписания врача. Ей требовалось воспринимать реальность адекватно, а не сквозь медикаментозную пелену. И мыслить быстро и цепко.
Тесс уже несколько дней внимательно наблюдала за медсестрой, отмечая малейшие изменения в ее поведении, — в последнее время с той явно происходило что-то неладное. Угол наклона головы увеличился, голова склонялась сильней прежнего. Под глазами появились темные круги, веки припухли и покраснели. Когда Мелисса мерила ей давление, она чувствовала, какие ледяные у той пальцы. Тесс не могла припомнить, когда они были такими холодными.
— Давайте, — шепнула Тесс, стараясь не разбудить Кота, — присядьте на минутку, — она похлопала по кровати рядом с собой.
Медсестра робко улыбнулась.
— Мне нельзя садиться на кровать, таковы больничные правила.
— Ну тогда подвиньте стул и поговорите со мной, — попросила пациентка.
Мелисса подчинилась. Она выглядела встревоженной.
— Что случилось? Чем я могу вам помочь?
— Как раз наоборот, — ответила Тесс. — Чем я могу помочь вам?
— Я… я не понимаю, что вы имеете в виду, — покраснев, проговорила медсестра.
В довершение к тому, что с ней что-то происходило, лгунья она была никакая.
— Вы ведь знаете, чем я зарабатываю на жизнь?
Мелисса кивнула, и зрачки у нее немного расширились.
— Тогда поверьте, что я не ради красного словца говорю, что у вас неприятности. Я предлагаю помощь. Что с вами?
Опустив голову, Мелисса прошептала:
— Ничего… Так… семейные проблемы.
— То есть я ничем не могу вам помочь, — заключила Тесс. — Кроме одного. Я научу вас лучше скрывать свое состояние от окружающих. Надеюсь, это поможет вам справиться с вашими… семейными неурядицами.
Медсестра посмотрела на пациентку с робкой благодарной улыбкой.
— Все дело в посадке головы и плеч. Держите шею прямо, плечи расслабьте и опустите, тогда вы будете производить впечатление сильной, контролирующей ситуацию женщины. Пусть и с покрасневшими глазами.
На губах у Мелиссы вновь промелькнула тень улыбки.
— Спасибо вам. Правда. — Она поднялась и откатила табурет в сторонку, поближе к стене. — Скоро обход, мне надо подготовить вас и поменять повязку.
В стеклянную дверь постучали. Это прибыл Пирсон, старший специальный агент ФБР и начальник Тесс. Она жестом пригласила его войти, быстренько заправив непослушную светлую прядь за ухо и натянув повыше одеяло, чтобы прикрыть грудь. Ей хотелось выглядеть настолько официально, насколько вообще возможно при сложившихся обстоятельствах.
— Доброе утро, сэр, — сказала Тесс своим обычным голосом.
Кот проснулся и, моргнув пару раз, встал и пожал гостю руку.
— Доброе утро, Уиннет, — произнес Пирсон, стоя в ногах у ее кровати. — Чувствуешь себя лучше, как я вижу.
— Да, сэр, — ответила она, размышляя, в какую же новую беду вляпалась, если босс решил самолично нанести ей визит.
— Получил от тебя вчера любопытное сообщение с разного рода просьбами. Аналитик, лаборатория, восстановление твоих полномочий, служебное оружие и так далее по списку. Но ты же понимаешь, о чем меня просишь?
— Да, понимаю, — согласилась Тесс. Она уже не улыбалась, а хмурилась.
— Мне захотелось лично задать тебе один вопрос. Уиннет, ты в своем уме? Два дня назад ты перенесла операцию…
— Четыре, сэр.
Пирсон выдвинул вперед подбородок.
— Я говорил тебе, что нельзя перебивать других?
Она предпочла промолчать. У Тесс был удивительный талант реагировать не так, как следовало бы, и говорить не то, что нужно, в общении с человеком, от которого зависела ее карьера. Чем больше она пыталась произвести на босса хорошее впечатление, тем больше все портила. Но он ошибся в цифрах, а она предпочитала придерживаться фактов. Для ее работы фактическая точность имела наиважнейшее значение.
Кот направился к двери, намереваясь уйти.
— Пожалуй, мне пора. На обед принести то же, детка?
— Угу, — ответила она с хулиганским огоньком во взгляде. А увидев, как Мелисса закатила глаза, с трудом удержалась от смешка.
Кот удалился. Мелисса последовала за ним и прикрыла дверь, оставив пациентку наедине с угрюмым начальником.
Тесс сосредоточила внимание на нем, молча глядя ему в глаза. Она хотела дать Пирсону понять, что готова слушать его.
— С чем связана подобная просьба? — наконец спросил он.
— Сформирована группа по серийному убийце, — ответила она. — Над этим работает округ Палм-Бич.
Густые брови старшего специального агента шевельнулись.
— Ко мне никто не обращался с запросом задействовать Бюро в этом местном расследовании. Они озвучили тебе такую просьбу?
— Нет, но они бывают здесь чаще, чем мой лечащий врач, и вовсе не потому, что так уж по мне скучают.
— Понимаю, — ответил Пирсон, размеренно вышагивая по палате. — Тебе надо думать только о своем здоровье, агент Уиннет. Тебя тяжело ранили, ты чуть не погибла. И пока врачи не дадут добро, я запрещаю тебе работать. Точка. Если им понадобится помощь, я охотно пришлю кого-нибудь из наших сотрудников.
— Нет, я сама могу им помочь, — вырвалось у Тесс. — Я уже работала с этими ребятами раньше, я изучила дело…
— Что значит — ты изучила дело?
Она отпустила край одеяла и взяла с прикроватной тумбочки небольшую стопку папок.
— У меня есть информация с места преступления…
— Да ты издеваешься, Уиннет! — рявкнул ССА, указывая обеими руками на папки. — Ты на больничном в чертовой больнице! Ты не в состоянии работать, и я не могу тебя допустить. Помимо всего прочего, юротдел подаст на меня в суд, не успею я и глазом моргнуть.
— Я никогда не буду судиться с Бюро, это безумие! — повысила голос Тесс.
— Это не ты подашь на Бюро, Уиннет. Существуют протоколы, правила, которым надо следовать, и среди них есть правило не создавать ситуации, когда на Бюро могут подать в суд. Не ты одна будешь судиться, если что-то пойдет не так.
Она умолкла, не зная, что сказать, чтобы не испортить все еще больше.
— Правила и процедуры, помнишь о них? — продолжил Пирсон, все еще на повышенных тонах. — Досадные мелочи, которыми ты обычно пренебрегаешь. Но все остальные вынуждены с ними считаться.
— Да, сэр, — прошептала Тесс, опустив голову. Однако в следующую секунду посмотрела ему в глаза. — Но я же не могу послать маньяку записку от врача: мол, не убивайте никого, пока я не выйду с больничного.
— Уиннет! Отставить снисходительный тон. Кроме тебя в этом отделении Бюро есть и другие агенты. И они ничем не хуже. Для разнообразия отдохни и перестань со мной дискутировать! Никакой следственной работы, никаких папок с документами и снимков с места преступления в больничной палате, это понятно?
Она кивнула пару раз и сжала кулаки. Челюсть у нее напряглась, она отчаянно пыталась сдержаться и промолчать, чтобы растущий гнев босса не захлестнул ее. Прибор, измеряющий пульс, начал сигнализировать об угрожающих изменениях в ее сердечном ритме.