Лера Золотая – Босс и его пышное недоразумение (страница 6)

— Ну или хотя бы план выживания, — смягчается подруга. — Но сначала — уборка. У тебя там, кажется, потоп был?

— Да. Надо убраться, — потерянно говорю я. — Привести свою бестолковую голову в порядок. Марин, а если он меня уволит? Я же его выгнала? Просто вытолкала взашей. Как мы ему отомстим? И вообще, а за что мстить-то будем?

— Так, подруга, проблемы будем решать по мере поступления, — прерывает поток моих вопросов Марина. — Отомстить всегда есть за что. Это же мужики. А пока иди, енот-полоскун, пол протри и успокойся.

Полночи я убираю кухню. Оттираю капли воды с мебели, выжимаю мокрые полотенца, пытаюсь понять, как починить кран. Ругаю Игната на чем свет стоит за его слова, за то, что он все испортил своим длинным языком, который совсем недавно дарил мне неземное наслаждение.

А потом, когда пол был вымыт, а кран кое‑как закреплен, сажусь на стул и смотрю в окно. За ним темный двор, редкие фонари… и тишина. И внутри такая же тишина и пустота.

«Наверное, мне завтра на работу не надо идти, — мелькает мысль. — Надо просто пойти и написать заявление об увольнении. Найти что‑то другое. Пусть разбираются сами с этим проектом „Альфа“, с клиентами, с видеообращениями, с профессионализмом…»

Но тут же вспоминаю про кредит. Большой, неподъемный. Платежи, которые нужно вносить каждый месяц. И о том, что работа, которая мне, в общем‑то, нравится, еще и просто жизненно необходима. Вспоминаю про идею, которую я придумала. Мне так хотелось бы довести ее до конца. Но, видимо, не судьба…

Вздыхаю, поднимаюсь и иду в спальню. Ложусь, но сон не идет. Перед глазами его лицо, когда он говорил про «непрофессионально». И его же взгляд, когда мы были вместе теплый, восхищенный, живой.

Под утро, когда за окном начинает сереть, я, наконец-то, засыпаю.

Телефон разрывается, вырывая меня из неглубокого сна. Смотрю на экран и понимаю, что звонит босс. Сердце екает и катится куда-то вниз, но я, собравшись, беру трубку:

— Да?

— Алёна, почему вас до сих пор нет на работе? — голос Игната звучит ровно, почти холодно. — У нас сегодня презентация для Орлова, вы забыли?

Молча случаю его дыхание. Он не уволил меня? Но не позвонил, чтобы извиниться или объясниться. Просто… работа.

— А я еще у вас работаю? — робко спрашиваю я.

— Ну, если я вам звоню, значит, да, — цедит сквозь зубы Игнат Александрович.

— Еду, — коротко отвечаю я и отключаюсь.

Быстро принимаю душ, одеваюсь в строгий черный костюм с юбкой до колена. Волосы собираю в аккуратный пучок. Никаких украшений, минимум макияжа. «Профессионально», — напоминаю себе.

В приемной меня встречает Виктор, который стоит у моего стола, скрестив руки на груди.

— О, наконец‑то явилась, — язвительно шипит он. — Не рано ли ты себе позволяешь так себя вести? Хочешь вылететь по статье?

— Не вы меня принимали на работу, и не вам меня увольнять, — огрызаюсь я, замечая одобрительный взгляд Инессы Владимировны. — Или вы отвечаете здесь за трудовую дисциплину?

— Я здесь за все отвечаю, — я вижу, как растет его раздражение. Наверное, была бы его воля, он бы, не раздумывая, выгнал меня взашей.

— А немного вы на себя берете, господин заместитель? — я делаю ударение на последнее слово, произнося его с издевкой.

— Кстати, тебя ищет Демидов, — мужчина резко меняет тему разговора. — И знаешь, что я ему скажу? Что ты не заслуживаешь этого проекта. Что ты…

— Виктор, — перебиваю я, вешая пиджак на стул. — Давайте без нравоучений и ваших домыслов. Я опоздала на двадцать минут из‑за пробок, и нечего строить из себя строгую мамочку.

Его лицо краснеет:

— Да как ты смеешь…

— Смею, — улыбаюсь я, но улыбка выходит острой, как лезвие. — Потому что я работаю здесь не по блату, а потому что умею делать свое дело. И если вы считаете, что можете меня запугать увольнением, то ошибаетесь.

— Ты… — он делает шаг ко мне. — Ты забываешься! Я заместитель Демидова, и я…

— А я руководитель проекта «Альфа», — спокойно отвечаю я. — По крайней мере, так сказал сам господин Демидов. Или вы с ним не согласовали свое право меня отчитывать?

Виктор открывает рот, но не находит слов. В этот момент дверь открывается, и входит Игнат.

— Что здесь происходит? — строго спрашивает он. — Что вы так орете?

— Игнат Александрович, — Виктор тут же поворачивается к нему. — Ваша помощница позволяет себе…

— Моя помощница, — перебивает Демидов. — Теперь руководит проектом «Альфа». А вы, Виктор, если хотите высказать претензии, делайте это в корректной форме. И лучше в моем присутствии.

Виктор краснеет еще сильнее, бросает на меня злобный взгляд и выходит.

— Алёна, — Игнат поворачивается ко мне. — Нам нужно поговорить.

— О чем? — я скрещиваю руки на груди. — О непрофессионализме? О маленьких тайнах? Или о том, как быстро вы забываете о людях после того, как…

— Перестаньте, — он делает шаг ко мне. — Я не хотел вас обидеть.

Он замолкает, замечая неприкрытую заинтересованность в нашем разговоре Инессы Владимировны и Виктора.

— Нам лучше продолжить наш разговор в моем кабинете, — он демонстративно распахивает дверь и жестом приглашает войти.

— Конечно, — киваю я, как только за нами закрываются двери. — Вы просто хотели все «забыть». Как будто ничего не было.

Он пытается взять меня за руку, но я отступаю:

— Не надо, — делаю шаг назад, выставляя руку вперед и останавливая мужчину. — Давайте будем действовать профессионально.

— Алёна… — босс продолжает наступать на меня, и я чувствую, что моя спина упирается в стену. — Я не думал, что ты так бурно будешь реагировать на такие безобидные слова.

— А действительно, чего это я так? Может, потому, что я не привыкла, чтобы меня использовали? — именно в этот момент моя выдержка мне изменяет, и я резко беру графин с водой со столика, который оказывается у меня под рукой, и, не раздумывая, выливаю ему на голову. — Вот вам за профессионализм и за кран, который вы сломали!

6

Игнат замирает, вода стекает по его лицу, капает на пиджак. Потом он медленно вытирает глаза и… смотрит на меня округлившимися глазами. Босс явно не ожидал от меня такой выходки.

— Ну, ты вообще безбашенная, — говорит он, смахивая пиджака воду. — Совершенно без тормозов. Это я еще вчера понял.

— Зато честная, — парирую я. — И теперь, если вы не против, я пойду готовить презентацию. У нас важная встреча с Орловым, если вы не забыли.

Разворачиваюсь и выхожу из кабинета, оставляя его стоять мокрым и с растерянной улыбкой.

Выхожу из кабинета, стараясь не показать, как дрожат руки. Внутри все бурлит: злость, обида, растерянность. Но я стараюсь держать лицо. Спина прямая, шаг уверенный, взгляд устремлен вперед. И слава богу, что Виктор уже убрался с горизонта.

Мне оказалось достаточно три часа, чтобы набросать презентацию проекта. Поэтому я уверенно захожу в переговорную, где уже собрались коллеги для заслушивания моего выступления. Инесса Владимировна бросает на меня вопросительный взгляд, приподнимая брови в немом вопросе, но ничего не говорит. Я киваю ей, показывая взглядом, что у меня все готово, и начинаю раскладывать материалы на столе.

— Алёна, — тихо зовет она, подходя ближе, когда остальные шушукаются, явно обсуждая мою персону. — Все в порядке? Ты какая‑то, бледная.

— Все нормально, — выдавливаю улыбку. — Просто… перенервничала.

Она смотрит внимательно, словно видит меня насквозь, потом кивает:

— Ну ладно. Но если что — я рядом.

Я благодарно сжимаю ее руку и возвращаюсь к бумагам. Нужно сосредоточиться. Презентация для Орлова — это не просто формальность. Это мой шанс доказать, что я достойна возглавить проект не потому, что провела ночь с боссом, а потому, что действительно в этом разбираюсь.

Презентация проходит напряженно. Орлов сидит с непроницаемым лицом, его заместитель что‑то быстро строчит в блокноте. Я держу речь четко, по делу, демонстрирую слайды с планом реализации видеообращений, отвечаю на вопросы — коротко, уверенно, без лишних эмоций.

— Итак, — завершаю я. — Мы предлагаем поэтапный запуск: сначала пилотная серия роликов, затем сбор обратной связи от клиента, корректировка формата и масштабирование.

Орлов задумчиво постукивает ручкой по столу:

— Любопытно. Нестандартно. Но… — он делает паузу, и я замираю, ожидая конечного вердикта. — Мне нравится. Вы смогли убедить.

У меня внутри все ликует, но я сохраняю спокойствие:

— Спасибо, Андрей Петрович. Мы приложим все усилия, чтобы оправдать ваше доверие.

Когда встреча заканчивается и все расходятся, Орлов задерживается:

— Алёна, — обращается он ко мне. — Признаться, я сомневался в этой затее. Но вы показали себя настоящим профессионалом. Удачи вам с проектом.

Я киваю, чувствуя, как напряжение последних часов понемногу отпускает: