Лера Родс – Этернал (страница 4)
По всей видимости, того самого раствораагератума.
Амелия скомкала записку, рыча отраздражения. Даже в такой ситуации, этот индюк не смог обойтись безиздевательств.
Должна ли она извиниться за свои слова,сказанные в момент слабости и поблагодарить, что не бросил? Или забыть, какдурной сон?
Амелия повалилась в постель, закрываяглаза и принимая решение подумать об этом тогда, когда будет в состояниидумать.
***
Амелия Райт родилась на материке Нефессияи покидала его только однажды, когда уехала на год получить углубленные знанияпо расшифровке артефактов и для изучения темной магии. Все, о чем она мечтала –это свой отдел, где она станет лучшим разрушителем проклятий темных артефактов.Для этого у нее было почти все: знания, практика, поддержка со стороныминистра, нестандартное мышление. Но не хватало одного: финансирования.
Когда Амелия только пришла устраиватьсяна работу, Генри Кроссвел предложил ей место в отделе контроля и храненияартефактов, где она смогла бы заниматься снятием проклятий и идентификациейпроклятых предметов. И она ухватилась за такую возможность. Годкропотливой работы, высокие результаты, практика, и однажды за обедом Амелияуслышала, что в академию набирают специалистов. Получив разрешение ссохранением за собой места, Райт собрала чемоданы и уехала на материк Кина́рия.Темные искусства, мертвые заклятия, древние артефакты, проклятые со временвосстания кро́керов [1]– Амелия сходила с ума отвосторга. Она впитывала, как губка все, что ей готовы были предложить. Ивернулась с таким багажом новых и засекреченных знаний, принеся магическуюклятву о соблюдении хранения тайны, что сходу потребовала свой отдел.
Проснувшись вечером, Амелия минут десятьлежала, прокручивая в голове все последние события. И ни одно из них ее нерадовало. Спонсора она не получила, опозорилась перед школьным врагом, плюс ковсему, осталась ему обязанной. И как бы Амелия ненавидела Дилана Эттвуда,виновата во всем этом была она сама.
Чувствуя сильный голод, разрушительницапроклятий на скорую руку приготовила себе поесть, налила огромную кружкуфруктового чая со свежевысушенной мятой и уселась за рабочий стол. Выходные –выходными, а четыре артефакта, привезенные с острова Тэрос, изучить нужно.
Поскольку Амелия Райт обожаластруктурированную работу, ей нравилось оформлять отчеты и документы всоответствующем порядке. Ее личная помощница Соллия давно знала, как следуетработать с бумагами, но иногда Амелия брала на себя и эту обязанность. В ее крошечномотделе, состоящем всего из четырех человек, включая ее саму, каждый выполнялсвою функцию. Но, как это обычно бывало – все они выручали друг друга, есликто-то не справлялся.
Разглядывая картинки стилета, ведь выносить из отдела артефакты строго запрещено даже ей самой, Амелияпыталась вспомнить какого года данный клинок. Очень тяжело работать, когдаперед тобой нет предмета. Ножик изъяли у старушки, которая прикупила его вантикварной лавке и, не успев дойти до дома, напала на прохожих, возомнив себявоином. Проклятый стилет пустил корни темной магии, дурманя рассудок и вызываягаллюцинации. Бедная женщина преклонного возраста видела перед собой поле боя.
― Почему артефакт доставили к нам? ―вслух задала вопрос Амелия.
Такие простые проклятия обезвреживали вОКХА. Поставив себе заметку поговорить с Тренчем в понедельник, чтобы проверялтщательней информацию перед тем, как принимать работу, Амелия откинулась наспинку стула, потирая лицо. Она не могла избавиться от дурного предчувствия.Поступок Эттвуда не выходил у нее из головы. Нет, она, конечно, верила в людейи в их умение меняться, но Дилан? Ни за что. Этот индюк всегда имел корыстныецели, никогда не делал ничего просто так. Даже в его желании задеть ее междупарами в академии всегда находился расчет.
Амелия встала, потягиваясь, и подошла к портику– телепортационному почтовому ящику, задумчиво разглядывая, как небольшой овалпереливается разноцветной магией. Стоит ли написать Эттвуду? Короткую записку сблагодарностью.
― Нет, ― выдохнула она, покачав головой.
Она его не просила помогать, всесказанные ею слова в его адрес можно считать компенсацией за годы унижений вшколе. Сам захотел – сам помог. Поставив точку в своих душевных терзаниях,Амелия набросала небольшой отчет, приняла горячую ванну и улеглась в постель скнигой. И на протяжении всего воскресения даже не вспоминала о Дилане Эттвуде.
Утро понедельника всегда сопровождалосьобожженным языком из-за слишком горячего кофе, выпитого в спешке, сменойвторопях блузки, поскольку выплюнутый горячий кофе обязательно пачкал одежду иутренней газеты, взятой у входа в министерство. Ее ребята уже находились насвоих местах, разбирая бумаги и готовясь к трудовой неделе. Зайдя в свой неочень просторный, но удобный кабинет, Амелия обнаружила на столе папку сприклеенной к ней запиской.
― Что это? ― она выглянула в коридор,где стояло три стола, образующих собой настоящий отдел за стекляннымипрозрачными стенами. Амелия помахала папкой, смотря на Соллию.
― Вернули из ОКХА, ― пожала та плечами.― Сказали, что артефакт фонит, нужно перепроверить.
― А сами они настолько обленились, что сэлементарной остаточной магией не справляются?
Амелия выдохнула сквозь зубы,возвращаясь на свое место и швыряя папку на стол. Этим она займется, когдасделает основную работу. В дверь постучали. Амелия закатила глаза, раздраженнаятаким нервным утром.
― Да?
Растерянная Соллия заглянула внутрь, наее глаза упала рыжая прядь волос. Она не являлась ее секретарем илиадминистратором, но выполняла чаще именно такие функции. Принести кофе,заказать обед, пригласить посетителей, если таковые имелись, конечно.
― К вам тут... ― она прошла внутрь,прикрыв за собой дверь, отчего у Амелии засосало под ложечкой от ощущениянеприятностей. ― Мисс Райт, к вам просится молодой человек. Говорит, что вамнужен этот разговор. Свое имя и цель визита не назвал.
―
Подобравшись и наскоро кое-какприбравшись на столе, что абсолютно не помогло, Амелия выпрямила спину, пересевна край мягкого стула и сложила руки в замок перед собой.
Дверь открылась, впуская внутрь открытовеселящегося, от созданного эффекта своим появлением, Дилана Эттвуда.
Амелия была так ошеломлена, чторастерялась. Она смотрела широко раскрытыми глазами, как Дилан Эттвуд вальяжнойпоходкой заходит в кабинет, закрывая за собой дверь. Он демонстративно медленноокинул взглядом небольшое помещение, в которое вмещались шкаф, забитыйкнижками, большой прозрачный контейнер с отсеками для артефактов, крошечныйдиванчик и стоящий напротив него стол, заваленный папками.
― Могу я присесть? ― спросил он, наглоухмыляясь.
Амелия открыла рот, чтобы позволить, ноизо рта вырвался хрип. Она откашлялась.
― Да, ― кивнула она. ― Что ты здесь делаешь?
― Сразу к делу? А как же светскаябеседа?
Противный кара́ндуш[1]!Амелия заскрипела зубами от злости.
― У меня нет времени наразглагольствования, Эттвуд. Что тебе нужно? Пришел за благодарностью? Что ж,спасибо за то, что привел меня ко мне домой и дал противоядие. Все?
Он тихо засмеялся, усаживаясь надиванчик и закидывая ногу на ногу. Полез во внутренний карман пиджака, доставаяоттуда бумаги. Вскинул бровь, протягивая их ей.
Еще один укол ярости пронзил Амелию, иона поджала губы. Он думает, что она побежит к нему принимать какие-то бумажки?Черта с два! Она повторила за ним, вскидывая бровь. Не дождется! Эттвудусмехнулся, взмахивая рукой, и листы поплыли по воздуху, приземляясь аккуратноперед ней.
― Что это? ― не глядя на них, спросилаАмелия.
― Взгляни, ― он стряхнул с рукаваневидимые пылинки, устраиваясь удобнее.
Она опустила взгляд, пробегая глазами поверхним строчкам.
― Договор? ― удивилась она, посмотрев нанего.
― Договор, ― подтвердил он. ― Читать тыне разучилась, это уже хорошо.
Амелия ненавидела этого напыщенного павака́са [1]всей душой. Настолько презирала, что судорогой сводило мышцы. Она склонилась надбумагами, внимательно вчитываясь в каждую букву. То, что она видела, приводилоее в еще больший шок. Амелия держала в руках договор о финансировании,спонсором которого выступал никто иной, как Дилан Эттвуд.
― Это шутка? ― хриплым голосом спросилаона.
― Отнюдь, ― протянул он, расслабленнопокачивая ногой.
― Почему?
― Будем считать, что ты убедила меня,хотя все твои потуги предназначались не мне, ― Эттвуд сдержано улыбнулся.
― Почему? ― повторила она, не веря впроисходящее.
Дилан вздохнул, садясь ровно.
― Я изучил твое дело, и менязаинтересовала твоя квалификация специалиста разрушителя проклятий. Такихценных знаний нет ни у кого в министерстве. И я уверен, что на нашем материке вцелом. ОКХА и вполовину не так подкованы, как ты. Считай, это мое вложение вобщее будущее магического мира.
Эттвуд говорил ровно, с расстановкой,словно пытаясь вбить каждое слово в мозг Амелии. Она кивнула, возвращаясь кдокументам. Ее смущала не только его заинтересованность в ней, как вспециалисте, но и еще один пункт, который выбивался из общей картины.