Леонид Сиротин – Король должен умереть. Книга третья (страница 12)

– Прошу прощения, – смущенно улыбаясь, сказал Фаруз. Он переводил взгляд больших, таких же темных, как у сестры, глаз, с Ватин на Арта и обратно. – Арт, мы только что получили сообщение из штаба наемников. Черный Келеб готов принять парламентера и передает координаты места встречи.

История сорок пятая. Разрушенный город

Салон трофейного броневика «Хакон» штатно вмещал семерых бойцов в силовой броне и водителя. Арт с трудом отговорил Фаруза сначала от машин сопровождения, а потом от того, чтобы рисковать сразу шестью разведчиками. В итоге на переговоры с наемниками эмиссар Катраэта выдвинулся вместе с самим Фарузом (это не обсуждалось) и двумя самыми надежными из вверенных корпус-лейтенанту защитников Медины. К своему стыду, Арт пропустил мимо ушей их имена, а переспрашивать счел невежливым. Про себя он называл их Высокий и Молчун.

За руль посадили Молчуна. Фаруз сказал, что тот раньше жил в Таммаме, городе, куда Черный Келеб приглашал Арта на переговоры.

– Найдет дорогу даже без карты, – уверенно сказал разведчик.

Молчун утвердительно наклонил клювастый шлем брони незнакомой Арту модели. Поверх шлема у бойца, как у большинства его братьев по оружию, был повязан шемаг цветов Катраэта. Символ единства мединских воинов с Восстанием и одновременно с их легендарными предками, чьи заветы они пронесли через Темные Века и тысячелетия жизни в Империи.

Свой шемаг был и у Арта. Ему его подарила Ватин, и она же помогла повязать платок капитану перед тем, как он покинул убежище.

– Это особый, священный узел, – сказала девушка, хитро переплетая концы шемага под свисающим на нагрудник брони треугольником клетчатой ткани. – Он называется…

Слово, которое она произнесла, на слух Арта было похоже на «сабаб».

– Это значит «хранитель», – перевела Ватин. – Он должен будет сберечь тебе жизнь.

Она коснулась двумя пальцами своих губ, спрятанных под хиджабом, тихо прошептала несколько слов, потом дотронулась до узла.

– Узел сабаб матери вяжут сыновьям, когда те уходят на войну. Его вяжут, – она запнулась, потом закончила. – Женщины своим мужчинам.

Арт накрыл ладонями ее запястья, на долю секунды сжал.

– Спасибо, Ватин, – сказал он. – Жаль, что мы не встретились при других обстоятельствах.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

– Ее зовут Идер? – спросила она. – Ты говорил ее имя во сне.

– Да, – Арт кивнул. – Идер. Она спасла меня, помогла бежать с каторги на Гаргаунте. С тех пор мы вместе.

Очень медленно Ватин отняла у него руки, сделала осторожный шаг назад.

– Ты вернешься к своей Идер, – сказала мединка, отводя взгляд, от которого кровь Арктурианина превращалась в лавовые реки Гоморры. – Мой сабаб сохранит тебя и приведет к ней. Так хочет Ар-Рахим.

Пальцы Арта непроизвольно коснулись узла на груди. Сидевший слева от него Фаруз, единственный, кто в «Хаконе» был без шлема, покосился на корпус-командора.

– Выглядишь, как настоящий мединский воин, – сказал брат Ватин. – Грязные наемные псы разбегутся, как только тебя увидят. Я чувствую, сегодняшний день принесет нам победу.

На переднем сиденье справа от водителя заерзал Высокий. Фаруз при рассадке определил его за пульт плазменной турели на крыше «Хакона».

– Нам бы сначала добраться до места, командир, – озабоченно пробасил он на удивительно чистом империке. – До того, как наш уважаемый гость начнет побеждать неверных собак Черного Келеба.

Арт понимал обеспокоенность опытного разведчика. Уже больше часа, как они пересекли условную демаркационную линию между позициями наемников и сил сопротивления, проходящую по границе купола Таммама. Город практически безраздельно принадлежал корпорации «Черный камень». Так глубоко на их территорию бойцы Фаруза забирались лишь под покровом ночи и, как правило, соблюдая гораздо большую скрытность.

Высокий во время короткого совещания, предшествовавшего вылазке, очень серьезно рекомендовал воспользоваться городской канализацией. Проторенные разведчиками маршруты позволяли избежать патрулей наемников, барражирующих беспилотников и густо засеянных минами улиц. Фаруз, который был вообще не в восторге от идеи отпускать Арта прямо в логово зверя, был готов согласиться с Высоким. Арту пришлось напомнить мединцам, что, хотя в сутках планеты и двадцать семь часов, роскоши тратить большую часть этого времени на блуждание под землей у них нет. Приглашение Черного Келеба вряд ли будет действовать бесконечно.

В итоге аргументы Арта перевесили. Брошенный месяц назад отступающими «Львами» вездеход был разрисован белыми парламентерскими квадратами на бортах и крыше, чтобы хорошо было видно с парящих над Таммамом беспилотников. В транспондер броневика был введен переданный в сообщении Келеба код опознания «свой-чужой». На него капитан надеялся гораздо больше, чем на роспись, украсившую серый городской камуфляж «Хакона».

Пока их не трогали. Несколько раз назойливое гудение моторов дрона заставляло мединцев и Арта инстинктивно вжимать головы в плечи. Один раз они видели в отдалении перебирающий лапами согнитский шагающий танк в сопровождении взвода пехотинцев в тяжелой броне. «Львы» не проявили к ним интереса. Черный Келеб не подвел.

Указанный им безопасный маршрут через минные поля тоже оказался верным. К сожалению, дорогу по опустевшим улицам Таммама никак нельзя было назвать приятной. Вездеход нещадно кидало на многочисленных разломах, оставленных бомбардировками и артобстрелами. Молчуну приходилось то и дело яростно выкручивать руль, огибая очередной обгорелый остов машины, рухнувшую секцию здания или гигантскую воронку от взрыва. Опоясывающие корпус броневика камеры транслировали на заменяющие окна экраны картины чудовищных разрушений, причиненных вторжением. Зрелище, которое заставляло даже многое повидавшего Арктурианина коченеть от переполнявшей его ярости.

«Хакон» как раз въехал в деловую часть города. На переднем экране Арт видел пару искореженных взрывами небоскребов, которые привалились друг к другу, как два раненых, но отказывающихся признать поражение бойца. Над ними бесконечно высоко резали ослепительный солнечный свет треугольные осколки треснувшего купола. С них до сих осыпалась зеркально поблескивающая пыль.

Дорогу впереди перекрывала упавшая ажурная конструкция, часть разрушенного здания или архитектурной инсталляции. Молчун повернул направо и первый раз за все время произнес несколько слов на мединском диалекте.

– Что? – не понял Арт.

– Он говорит, что раньше здесь было очень красиво, – перевел Фаруз. И пояснил для Арктурианина: – Упавший дом перед нами – это Музей Искусств. Подарок городу от гильдии шахтеров. Я водил сюда детей на экскурсии. Аскар после армии устроился в музей охранником. В день, когда в музей попала ракета “Черного камня”, его не было в городе. Повезло.

Аскар – так звали Молчуна. Арт вспомнил, что кто-то из разведчиков рассказывал ему историю Аскара. Одна из тысячи таких разных, таких одинаковых историй бойцов, носивших зеленые шемаги. Аскар был за городом, когда наемники взорвали купол и для устрашения нанесли удар по центральным районам Таммама.

Арт сомневался, что их тихий водитель, который почти не говорил на империке, согласился бы с тем, что ему повезло. Его жена и две дочери были на прогулке в городском парке, который тоже сожгли ракетным залпом с десантной баржи «Черного камня». Капитан посмотрел на приклад импульсной винтовки Молчуна, закрепленной в держателе возле сиденья. Судя по количеству сделанных виброножом отметок, Аскар отправил к Аннун немногим меньше пришельцев, чем его командир.

«Для них война теперь никогда не закончится», – подумал Арт, глядя, как проплывают мимо броневика изуродованные кварталы Таммама. Он вспомнил центральную площадь поселка на Тиндаголе и впервые задался вопросом: что должно случиться со слугами Императора, Иглессами, Канторами, чтобы он остановился и перестал их убивать.

– О чем задумался? – спросил Фаруз, касаясь локтя Арктурианина. – Размышляешь, не стоило ли послушать старого зануду Фаруза и не идти на поводу у Черного Келеба?

Разведчик изо всех сил отговаривал Арта лично отправляться на встречу. Его уверенность, что эмиссар Гнезда отправляется в ловушку наемников, была непоколебимой.

– Если не соглашаться на предложение Келеба, то как добыть победу, о которой ты говорил десять минут назад? – спросил Арт, усмехаясь под забралом шлема и намотанным сверху шемагом.

– Ай, зачем ты передергиваешь? – огорченно спросил Фаруз. – Победы можно добиться, не рискуя твоей драгоценной для Восстания жизнью, порученной мне самим генералом Враном. Есть радио, есть лазерная и квантовая связь. Все необходимое для того, чтобы не стоять с врагами лицом к лицу, придумали еще до Темных Веков. А тогда, если верить скрипторам и имперским ученым, наши предки воевали так, что Великая Спираль Истории едва не подошла к концу. Стоит поучиться у них высокому искусству переговоров, если хочешь жить подольше и нянчить внуков.

– Я думаю, что Черный не доверяет любым средствам связи, – сказал Арт. – Он понимает, что я буду пытаться склонить его переметнуться на нашу сторону или выйти из игры. Что в дело пойдет подкуп, потому что давить мне на него нечем. Он, разумеется, не хочет делиться с двумя другими корпорациями и планирует загрести весь куш себе. Поэтому ему нужно говорить со мной с глазу на глаз. И поэтому я не думаю, что это ловушка. Келебу просто невыгодно меня убивать.